Чужие пространства - Гуляковский Евгений Яковлевич - Страница 102

— Начинать подобную операцию без единого руководства невозможно. Могу я узнать, кто будет отвечать за весь ее ход и за нашу дальнейшую судьбу?

— Разумеется, можете, поскольку это вы сами. Мы собирались предложить командование крейсером, в случае победы, самому опытному среди нас, но как только здесь появились вы — штурман первого класса, этот вопрос ни у кого не вызывал сомнений.

Люди Ловинского мне в этой чести отказали… Похоже, он говорил правду.

Его предложение польстило моему самолюбию, но я хорошо понимал, какую огромную ответственность возьму на себя, если соглашусь. И все же… Впервые мне предлагали полную самостоятельность. Если удастся заполучить такой корабль, как «Рендболл», то с его помощью, при умелом использовании своего нового положения, можно противостоять не только флоту корпорации, но и ее тайным агентам здесь, на борту «Рендболла», пытавшимся сделать из меня послушного и беспрекословного исполнителя своих неведомых планов. Как только я стану капитаном «Рендболла», они потеряют надо мной всякий контроль. Я слишком хорошо знал, как велика может быть власть капитана в открытом космосе на корабле, оторванном от всяких баз…

— Есть одна сложность… — проговорил я, внимательно вглядываясь в Стрима и стараясь не пропустить на его лице малейшие следы сомнений и колебаний.

Мне все еще не верилось в невероятную удачу, неожиданно свалившуюся на меня, — При любой попытке захвата центральный компьютер берет управление кораблем на себя, блокируя все управляющие системы.

— Я предполагал, что они придумают что-нибудь подобное. Комор не доверяет своим офицерам. Однако у нас есть нечто такое, чего они не смогут предусмотреть. — Он похлопал по трубе энерговода. — Под нашим контролем вся энергия корабля.

— В случае аварии компьютер переключается на автономное энергоснабжение.

— Конечно. Конечно, он переключится. Ну а если по одному из таких энерговодов, прежде чем начнется операция, будет послан точно рассчитанный заряд, который сработает в определенном месте, в заданное время и выведет из строя энергетический распределительный щит? Что тогда?

— Тогда компьютер останется без энергии… Пожалуй, это может получиться.

— Это обязательно получится. Получится, потому что они никогда не принимали пас всерьез в своих расчетах и планах. Те, кто попадает в рабосты или на рудники, вычеркиваются из всех учетных карточек Комора. Мы для них больше не существуем, кто же будет считаться с мертвецами?

— Но вам потребуется немало времени для того, чтобы пробиться с нижних палуб к управляющей рубке корабля. С помощью ремонтных работ новый щит можно смонтировать за полчаса.

— Вот тут вы правы. И поэтому кто-то должен будет заранее проникнуть в рубку.

Забаррикадироваться там и взять на себя управление кораблем вручную, на то время, пока мы захватим все палубы. Иначе они перекроют проходы и изолируют нас в отдельных отсеках.

— И этим человеком может быть лишь тот, кто сумеет осуществить подобное управление.

— И тут вы правы. Им может быть только новый капитан этого корабля.

— Спасибо за честь. Однако не думаю, что у меня много шансов слишком долго удержаться в этой должности.

И он еще говорил мне об отсутствии плана! Этот человек точно знал, чего хотел, и все рассчитал наперед.

— Когда вы собираетесь начать?

— Как только вы поправитесь.

— Я чувствую себя вполне терпимо и не слишком задержу вас.

— Несколько дней не имеют значения. Здесь у нас есть достаточно мест, в которых можно спрятать человека. Официально, в одном из рапортов, упомянут о вашей гибели.

Глава 10

По совету Стрима я не взял с собой никакого оружия. Так у меня было больше шансов добраться до верхних палуб. Там я надеялся проникнуть к Гагарову и, согласившись со всеми его требованиями, в качестве штурмана получить реальный шанс попасть в управляющую рубку.

Задача осложнялась необходимостью строго выдерживать график. Как только я поднимусь выше шестого яруса, всякая связь с нижними палубами будет прервана. Я должен оказаться в рубке в точно назначенное время. Мне не удастся продержаться там слишком долго, а если я начну действовать до того, как центральный компьютер выведут из строя, меня уничтожат его защитные системы.

Вообще говоря, вся эта затея имела слишком мало шансов на успех, и все же я чувствовал необычайный подъем, почти радость — радость оттого, что наконец мог поступать по собственной воле, без невидимой направляющей руки всемогущей корпорации.

Продвигаясь по бесконечным пустынным коридорам захламленных нижних палуб, производивших впечатление каких-то старинных свалок металлолома, я думал о том, что если этот старый, но все еще могучий корабль окажется под моей командой, я сумею навести здесь порядок.

И еще я прикидывал, как можно использовать крейсер, после того как мы его захватим, уведем в безопасный район, восстановим все повреждения. Что потом?

Какое-то время нам придется осуществлять рейды для захвата транспортников Комора, чтобы восстановить запасы топлива и подготовить корабль к дальнему рейсу, а затем… Я усвоил в жизни одно простое правило: если возникшая передо мной задача оказывалась слишком сложной, ее следовало разбить на множество простых, маленьких, легко выполнимых условий. И постепенное накопление под ногами необходимого фундамента рано или поздно возносит на вершину. Но прежде чем думать о следующем восхождении, следовало закончить начатое.

Я поправил все время сползавший на бок тяжелый футляр с лазерным паяльником.

Этот универсальный инструмент поможет мне справиться с любым замком, а в случае необходимости, послужит неплохим оружием в рукопашной схватке. Сделав несколько глотков горьковатой воды из маленькой пластиковой фляжки, прикрепленной к грязной защитной робе, я двинулся дальше. Эта роба внешне ничем не отличалась от стандартной одежды рабоста, но под ней скрывалась защитная пленка, снятая с костюма охранника. Она способна выдержать удар холодного оружия и даже небольшое излучение. Это была лучшая защитная одежда, которой располагали рабосты. В ней я мог подниматься приблизительно до шестого уровня, не вызывая особых подозрений.

Затем придется любым способом раздобыть новую одежду.

Очередной подъем по аварийному межпалубному трапу закончился у круглого люка, ведущего в верхний коридор. Мне все время приходилось двигаться по запасным переходам — так было больше шансов не столкнуться с охраной. Сверившись со схемой, полученной от Стрима, я осторожно приподнял крышку и осмотрелся.

Мне опять повезло: коридор был пуст. Чем ближе удастся пробраться к центральным палубам, тем больше вероятность того, что меня хотя бы выслушают. Здесь охрана не будет даже разговаривать с разгуливающим на свободе рабостом…

Едва я вылез из люка, как металлический голос корабельных динамиков гулко покатился вдоль коридора:

— Рабост номер четыреста семь! Немедленно вернитесь на свое место!

Проклятье! Здесь работали охранные сканеры, и теперь компьютер не оставит меня в покое, пока я не выполню команду… Что же делать? Стюард говорил, что на корабле много заброшенных помещений, в которых датчики не работают. Если мне удастся разыскать поблизости что-нибудь подобное, прежде чем мной всерьез займется охрана, у меня появится шанс. Я бросился вперед, стараясь как можно быстрее проскочить открытый коридор.

— Рабост номер четыреста семь! Немедленно вернитесь на нижнюю палубу! — назойливо повторил компьютер. Теперь он наверняка включит тревогу — но конец коридора был уже совсем рядом!

За поворотом, буквально в двух шагах от меня, стоял ухмыляющийся охранник. Он стоял здесь, видимо, уже давно, затаился, как только включились динамики, и ждал свою жертву, словно охотник в засаде. Ствол лучевого пистолета, направленный в мою сторону, дрогнул и выплюнул раскаленный добела сгусток протонов.

На груди у меня вспыхнуло ослепительное пятно разряда, я почувствовал легкий толчок. Охранник пошатнулся и упал. Я стоял оглушенный, ничего не понимая, а мой противник неподвижно лежал у моих ног с выпавшим из рук пистолетом.