Книга вампиров - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 59

Чудесам вампиризма и полтергейста тут усиленно молились, благоговейно это считая «Знаком

Небес», «откровениями Бога». Но никого не удивляло, что разложение тела всегда означало и прекращение чудес. У людей проблемы с логикой, в элементарном не могут увидеть причинной связи.

Сегодня нетленных в силу развития науки более не волокут в церковь и не выставляют как паноптикум, а отдают под надзор медицины. Которая хоть и не может им ничем помочь (и вытащить их из летаргической комы, тем более если это вампирическая кома, но хоть отношение стало иным, более умным.

Сопровождается ли кома современных коматозников чем-то аномальным? Я не смог тут собрать сведений, которые бы позволяли увидеть общую картину.

Во-первых, пресса и литература сообщают только о самых ярких случаях комы, когда человек в ней пребывает многие годы (например, норвежка Линггард, которая спала 22 года, или В. Качалкин, пациент великого И.П. Павлова, который провел в летаргии тоже 22 года).

Если же человек лежал в коме год или два, а потом умер, то он никому не интересен. Но даже в ярких общеизвестных случаях никогда в принципе не станут говорить о чем-то аномальном, так как пациент под контролем науки, а она сообщает только то, что вписывается в научную картину. И если, скажем, у того же В. Качалкина в доме случались полтергейсты, этого нам не говорят, так как это, по мнению медиков, к делу не относится.

Во-вторых, и я хочу это подчеркнуть, отнюдь не всякая летаргическая кома — это вампирическая кома. Вампирическая кома сопровождается характерными явлениями: истеканием жидкости тела, которая состоит — как кажется — наполовину из крови, а наполовину из не установленной белой жидкости, которая при высыхании образует белый осадок, порошок. Это мы видим в отчетах европейских комиссий по проверке фактов вампиризма, это мы видим у католических святых (например, святого Харбела). Полагаю, как и при простуде с ее мокротой, количество выделяемой заболевшим организмом жидкости может варьироваться от степени заболевания. Быть небольшим или огромным в запущенной стадии.

В этой связи интересен случай летаргической комы, который относится к 1941 году.

В. Богданов в книге «Блокадные дни» коротко и попутно пишет, что в 1941 году видел в Ленинграде больную комой С, которая впала в летаргию в январе и погибла в декабре: в дом попала бомба, а больную не могли выносить в бомбоубежище. С ней оставалась ухаживавшая за ней мать, они погибли вместе. Как пишет В. Богданов, будучи медиком, он не мог найти ответ на вопрос, почему у С. выделялся пот, смешанный с кровью. Он считал это патологией, вызванной летаргией. Мать меняла через день простыни, которые пропитывались «потом» больной. На деле — выделениями, весьма похожими на выделения вампира.

И вот любопытный момент. Автор пишет о матери С:

«Могу только преклониться ее мужеству, ее любви к дочери, когда при бомбежках она оставалась с ней. Это характер русской женщины, ленинградский характер… Иногда ей казалось, что над телом дочери светит сияние, голубое пламя, подобное северному сиянию. Все вокруг сотрясало от разрывов бомб, а это сияние, иногда встречающееся у летаргических больных, было для нее, словно неугасимая свеча жизни».

И вот еще цитата. С.А. Панкратов в книге «Саморегуляция организма» (Киев, 1989) пишет: «Иногда у больных летаргическим сном возникает свечение над телом, что медики обычно относят к специфическим выделениям больного летаргией: избыток фосфора или иных веществ, способных вызывать такое явление. На наш взгляд, здесь снова присутствует реакция биополя, которое в ненормальном для организма состоянии показывает себя именно так. Детально это явление пока никто не изучал».

Уже упоминавшаяся выше «Полярная правда» из Мурманска сообщает и такую историю под заголовком «Странные вещи иногда случаются на границе миров»: «О том, что на кладбище не всегда бывает «все спокойно», автору довелось убедиться лично еще в очень юном возрасте.

Дело происходило поздней осенью, годах в 1942-1943-м. Место действия — окрестности водяной мельницы под Большими Вяземами, недалеко от подмосковного Голицына. Моя бабушка со своей подругой-ровесницей привезли на мельницу зерно, чтобы перемолоть его на муку. Захватили с собой и внуков — меня и еще одного мальчишку — моего одногодка. Помольщиков было много, и когда подошла наша очередь — начало темнеть. Обратно возвращались уже в кромешном мраке. Ехали на телеге мимо кладбища, поросшего леском.

И в это время над одной из ближних могил полыхнул язык огня метра в два высотой. Одновременно раздался какой-то страшный, нечеловеческий крик, сменившийся костлявым стуком. Лошадь рванулась и понесла. Мы с приятелем ухватились за мешки, чтобы не вылететь из телеги, а бабушкина подружка одной рукой держалась за край телеги, а другой неистово крестилась. На наше счастье, не растерялась только бабушка: она изо всех сил тянула на себя вожжи, стараясь остановить лошадь. Наконец это ей удалось. Лошадь пошла шагом…

Позднее я рассказал об этом происшествии своей матери — учительнице и атеистке. Она объяснила мне, что сполохи огня над могилами случаются в результате выделения фосфорных газов, образующихся при гниении костей. Ну а страшный крик с костяным стуком мог издать испугавшийся филин или сова.

Будучи уже взрослым человеком, я неоднократно слышал крик совы в ночном лесу. Он был похож на тот и производил жуткое впечатление. Поэтому вполне возможно, что мать была права. Но это все-таки предположение. Что же в действительности произошло в ту темную ночь на кладбище — осталось загадкой».

А вот, что приводит в своем трактате Августин Кальме о работе белградской депутации:

«Вампир был похоронен около трех лет назад; над его могилой было видно свечение, похожее на свет лампы, но менее яркое».

В том, что это был именно вампир, не приходится сомневаться, так как:

«Могилу вскрыли и обнаружили человека неповрежденного и казавшегося столь же здоровым, как и любой из нас присутствовавших. Волосы, ногти, зубы и глаза (последние были полузакрыты) также крепко держались на его теле, как они есть сейчас на нас, живых, и его сердце билось.

Затем его вынули из могилы; его тело не было по-настоящему гибким, но оно было целым и абсолютно неповрежденным; потом чем-то вроде металлической пики, круглой и острой, ему пронзили сердце. Оттуда потекло нечто беловатое и жидкое вместе с кровью, но кровь доминировала в ней, все это не имело никакого дурного запаха. После этого ему отрубили голову топором, похожим на те, которыми пользуются на казни в Англии. Из тела потекла та же жидкость с кровью, но беловатой жидкости было в пропорции к крови уже гораздо больше, чем из сердца. В конце концов, его бросили снова в могилу и засыпали негашеной известью, чтобы завершить дело наверняка. С тех пор его племянница, у которой он два раза пил кровь, стала чувствовать себя лучше».

Я снова повторю, что это было убийством, так как только убийством можно назвать лишение жизни человека, у которого бьется сердце. Если Эдгар По ожидал, что в таком случае поспешат спасать, то ошибался — спешили не спасать, а убить. Но дело не в этом. Тут и свечение, и беловатая жидкость с кровью. Они же и в Ленинградском случае, где мы видим лишь вроде бы обыкновенную летаргию.

О свечениях над могилами вампиров пишут все вампирологи той эпохи. Оппоненты заявляют, что это обыкновенное сгорание фосфора, который выделяется при разложении тела.

Закавыка в том, что этого свечения, с точки зрения современной науки, быть не должно. Какое может быть выделение фосфора при РАЗЛОЖЕНИИ тела, если У ЧЕЛОВЕКА БЬЕТСЯ СЕРДЦЕ?

А это означает, что здесь отнюдь не фосфор.

Мы здесь подошли к важному моменту: разоблачить еще один миф, который рожден незнанием.