Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер - Страница 89

– Я и был болен. Спасибо Кристе – она просто ангел. Видно, у них это в роду – врачевать. Я метался в жару несколько дней подряд, и все это время она не отходила от меня ни на шаг и терпеливо сносила все мои капризы. Я уже шел на поправку, когда вдруг появился этот юный джентльмен, Джейкоб. Примчался как молния на лошади Джесса. От него-то я и узнал о твоей нелегкой судьбе!

Кирнан стыдливо опустила глаза. Сейчас она чувствовала себя маленькой девочкой, которую отец отчитывает за плохое поведение.

– Я уже кинулся было за ружьем, но тут выяснилось, что этот молодчик все же поступил, как честный человек.

– Джон! – притворно запротестовал Джесс, подходя поближе. – Вы прекрасно знаете, что я давно бы так сделал, если бы ваша дочь дала мне такую возможность.

– Что верно, то верно, – хмыкнул Джон Маккей и с любовью взглянул на дочь. – Могла хотя бы написать мне! – не удержался он от упрека.

– Мне не хотелось тебя огорчать, – отозвалась Кирнан. – Но, узнав о твоей болезни, я тут же поспешила домой!

Джон усмехнулся:

– Да, доченька, домой ты приехала. И могла бы давным-давно довериться собственному отцу. Я ведь никогда не сердился на тебя, Кирнан. Вспомни!

– Ах, папа, как я тебя люблю!

– И я тебя, доченька. И все же не надо было пускаться в столь рискованное путешествие в твоем теперешнем состоянии. Джесс говорит, что роды преждевременные. Ну ладно, будем надеяться, все обойдется. Я не переживу, если из-за меня что-то случится с тобой или с ребенком!

– Папа, разве я могла не приехать!

– Я очень рад, что ты приехала. Да и для Дэниела так лучше. Опять же – ты снова замужем… – Он наклонился к ней и шепнул на ухо: – Правда, твой муж – янки, но все же это законный брак. Конечно, и Маккей – вполне достойное имя, но ребенок должен носить имя отца, так я считаю.

– Ах, папа… – начала было Кирнан, но тут же умолкла: невыносимая боль вновь раздирала ее внутренности.

С каждой минутой ей становилось все хуже, она даже закусила губу, стараясь сдержать крик, но все же непроизвольно застонала. Джон встревожено вскочил.

– Джесс, сделай же что-нибудь!

– Что же я могу сделать, сэр? Она рожает.

– Но ведь это твоя жена, сынок!

– Ну, роды есть роды. Тут уж ничего не поделаешь. Джесс улыбнулся и, присев на кровать, погладил Кирнан по руке.

– Не надо так напрягаться. Расслабься, и тебе сразу станет легче. И дыши глубже, любовь моя, а то ты уже вся посинела. Не волнуйся, все будет хорошо. Я с тобой.

Боль усиливалась с каждой минутой. Женщине казалось, что ее сейчас разорвет пополам, из глаз полились слезы. Вопреки словам Джесса легче ей не становилось.

– Все идет как надо, – как ни в чем не бывало заверил ее муж.

– Иди ты к черту! – стиснув зубы, простонала она.

– Джесс… – в отчаянии воззвал к зятю Джон Маккей.

– Вам бы лучше уйти отсюда, сэр, – спокойно отозвался тот. – Уже недолго осталось. Пришлите ко мне Джейни и Кристу.

Боль немного утихла. Кирнан в изнеможении закрыла глаза, наслаждаясь передышкой, и Джон, обрадовавшись тому, что не будет смотреть на мучения дочери, поспешил выйти.

Джесс тотчас откинул одеяло. Женщина вздрогнула. Боль утихла, но теперь ей стало холодно.

– Укрой меня, – слабым голосом попросила она.

– Нельзя. Тебе надо сесть.

– О! – вскрикнула Кирнан, морщась от новой схватки.

Теперь они участились. Не успевала она отдохнуть от одного приступа, как тут же накатывался другой.

Она судорожно вцепилась в руку Джесса и вдруг поняла, что характер болей изменился. Теперь ей хотелось что-то из себя вытолкнуть.

– Джесс, он уже близко!

– Подожди, дай я посмотрю. Если ты станешь тужиться слишком рано, то повредишь и себе, и ребенку.

Она в изнеможении откинулась на подушку, чувствуя, как краска заливает ее щеки. Господи, за что такие страдания! Ужасная картина – она с огромным животом, вся красная и потная… А Джесс рядом!

А теперь еще хочет осмотреть ее… Кирнан судорожно свела колени.

– Я ведь твой муж, – осторожно напомнил он.

– Мне больно! – с упреком заметила она.

– Еще бы! Ты же рожаешь.

– Джесс, я не хочу, чтобы ты смотрел на меня…

– Не забывай, что я врач, Кирнан.

– Сам-то ты не рожал, как же тебе меня понять?

– Кирнан, не упрямься. Дай я осмотрю тебя, – настойчиво повторил он.

Из горла у нее вырвался стон, ей казалось, еще минута – и она разрыдается. Но Джесс уже взял ее за руку и принялся баюкать, как ребенка.

– Кирнан, я люблю тебя. Конечно, мне не понять, как ты сейчас себя чувствуешь, но я не раз принимал роды и знаю, что тебе больно. Я сам нервничаю, поверь мне! Ведь я впервые помогаю появиться на свет собственному ребенку… Нашему ребенку, Кирнан! Драгоценная новая жизнь, нечто чудесное рождается благодаря нашей любви, несмотря на все ужасы войны. Новая жизнь, воплощенная в нашем ребенке, гораздо важнее, чем то, что нас с тобой разделяет. Доверься мне, Кирнан. Я люблю тебя, люблю всем сердцем. И сделаю все, что в моих силах!

Слезы по-прежнему туманили взор Кирнан, но в объятиях Джесса ей стало легче. Он мягко опустил ее на подушку. Она больше не противилась. И вдруг услышала, как он шаловливо прошептал ей на ухо:

– А твое лоно мне хорошо знакомо. Не забывай, что я не раз бывал там.

– Джесс! – с упреком воскликнула она.

Он рассмеялся. Кирнан вдруг воспряла духом, но боль тоже возобновилась. Она едва не закричала, впрочем, Джесс опередил ее, в восторге воскликнув:

– Показалась головка! Правда, чуть-чуть… Уже видно, какая она черная – как вороново крыло! Все идет отлично, Кирнан! Теперь тужься, и как можно сильнее!

Криста встала у нее за спиной и обняла за плечи, а Джейни готовилась принять ребенка. Кирнан тужилась и тужилась, а все трое – Криста, Джейни и Джесс – подбадривали ее. Истомленная, она вновь откинулась на подушку. Казалось, сил уже не осталось.

«Господи, когда это кончится?» – подумала она с тоской.

И тут раздался новый возглас Джесса:

– Кирнан, головка уже вышла! Наш ребенок почти родился. Еще чуть-чуть… Потужься сильнее!

Кирнан сделала последнее неистовое усилие и почувствовала резкое облегчение – ребенок появился на свет. Измученная, обрадованная, она попыталась отдышаться. И вдруг поняла, что не слышит детского крика. Ей стало страшно.

– Джесс… – Глаза ее расширились от ужаса, она не договорила.

Как раз в этот момент раздался долгожданный плач новорожденного, и Джесс, сияя, поднял его над головой. Темноволосый малыш беспорядочно двигал ручками и ножками. И вдруг плач сменился криком – видимо, чадо решило возвестить о своем приходе.

– Ах! – выдохнула Кирнан, не помня себя от счастья.

– Мальчик, – торжественно объявил Джесс. – Миссис Камерон, вы подарили мне сына, за что я вам очень благодарен.

Ловко перерезав пуповину, Джесс подошел к кровати и склонился над Кирнан. Нежно коснулся ее рта губами и вручил орущий сверток счастливой мамаше. Вглядываясь в маленькое красноватое личико, она почувствовала, что сердце ее вот-вот разорвется от любви, глубокой и сильной, подобной которой она доселе не испытывала.

– У нас сын! – прошептала женщина.

Джейни хотела забрать мальчика, но Кирнан решительно запротестовала.

– Но ведь его надо выкупать, миз Кирнан, – попыталась урезонить ее негритянка.

– Да и тебя подлатать не помешает, – объявил Джесс. – Ты немного порвалась, надо наложить швы.

– Но я себя прекрасно чувствую!

Вместо ответа Камерон рассмеялся и приступил к своим врачебным обязанностям, а Криста тем временем разговаривала с ней. Кирнан почти не почувствовала боли, пока Джесс вынимал послед и накладывал швы. Наконец роженицу умыли и переодели. Все вокруг так суетились, что она очень удивилась, когда Джесс вдруг скомандовал:

– А теперь тебе надо поспать.

– Но я ничуть не устала! А впрочем, если ты так считаешь… Ну, скажи, Джесс, разве наш сын – не чудо?

Он поцеловал ее в щеку.