Мой враг, мой любимый - Грэм Хизер - Страница 63

Отрываться от бумаг Джесс не стал: он знал, что Джейни не любит, когда ее благодарят – она словно стесняется своей заботливости.

– Подай сюда кофе, пожалуйста, – бросил Камерон, не поворачивая головы.

Как ни странно, к столу никто не подошел. Нахмурившись, Джесс оторвался от бумаг и наконец обернулся к двери.

На пороге стоял Джейкоб. Высокий, стройный, с золотистыми кудрями и большими темными глазами, этот мальчик был точной уменьшенной копией своего старшего брата Энтони. В данный момент сходство усиливалось еще и тем, что в руке он держал шестизарядный револьвер, направив его прямо в сердце янки.

«А ведь мальчишка выстрелит», – мелькнуло в голове у Джесса. Еще бы ему не уметь стрелять – ведь он отпрыск оружейных магнатов Миллеров! Джейкоба отделяло от него расстояние пистолетного выстрела.

И все же мальчик был еще слишком мал, чтобы вот так, не моргнув глазом, пальнуть в живого человека. Руки его дрожали, и. пистолет он удерживал с большим трудом. Лицо Джейкоба в мягком свете свечи казалось белым как мел.

Камерон откинулся на спинку стула.

– Ты хочешь меня убить? – тихо спросил он.

Джейкоб молчал так долго, что Джесс начал сомневаться, услышал ли он его.

– Я хочу, чтобы ты убрался из моего дома, – наконец проговорил парнишка. – Пусть даже мертвым.

Джесс опустил глаза, пряча улыбку. Да, мертвый, он наверняка покинет этот дом. Улыбаться вроде бы нечему. Этот решительный юнец вполне способен убить его, чего до сих пор не удалось сделать ни индейцам, ни партизанам, ни конфедератам.

И судя по всему, он не отступит.

– Если ты меня застрелишь, имей в виду – моим людям это может не понравиться. Кто-нибудь из них в ответ убьет тебя, несмотря на то что тебе всего двенадцать.

– Почти тринадцать.

– Все равно слишком юный возраст, чтобы умирать.

– Ты привел целый выводок янки в наш дом! – выкрикнул Джейкоб звенящим от гнева голосом. – Ты убил моего брата!

«Интересно, – подумал Джесс, – с чего он это взял?» А потом понял, что в глазах Джейкоба любой человек в синей форме – виновник гибели Энтони Миллера.

– Мне все равно, даже если кто-нибудь из твоих людей меня застрелит, – продолжал Джейкоб. – По крайней мере, со мной вместе умрет хотя бы один синебрюхий…

– Это верно, – признал Джесс. – А ты подумал о Патрисии и о Кирнан? Если меня не будет в живых, Монтемарт наверняка сожгут.

Парнишка судорожно сглотнул.

– Они могут уехать на восток, – наконец промолвил он. – Туда, где живет отец Кирнан.

Именно этого Джесс и хотел больше всего на свете.

– Джейкоб, если ты…

– Ты знаешь Кирнан лучше, чем я, – неожиданно произнес мальчик. – И наверное, лучше, чем знал мой брат.

– Мы ведь были соседями.

– Ты хотел убить моего брата! – снова бросил парнишка в лицо Камерону.

Тот встал. Рука с пистолетом нацелилась ему в грудь, но неожиданно ему стало все равно, выстрелит Джейкоб или нет. Несправедливое обвинение затмило разум Джесса.

– Ты ошибаешься, Джейкоб Миллер. Я никого не хотел убивать.

Он направился к двери и протянул руку:

– А теперь отдай мне этот пистолет, малыш, и уходи…

Докончить он не успел – раздался выстрел. Джесс молниеносно бросился под ноги Джейкобу. Пуля оцарапала ему плечо и вонзилась в стол. На белом рукаве рубашки выступила кровь, но это была просто царапина. Подмяв под себя мальчишку, Джесс все-таки сумел отобрать у него пистолет.

– А теперь скажи на милость, зачем ты это сделал? – сердито спросил он.

– Я не хотел! – задыхаясь, оправдывался испуганный Джейкоб. – Клянусь Богом, я вовсе не хотел!

Внезапно дверь кабинета распахнулась. На пороге появился капрал О'Малли, молоденький ирландец из Манхэттена, сжимая в руке заряженное ружье. Сегодня ночью он заступил на дежурство в палатах.

– Капитан Камерон…

– Со мной все в порядке, капрал, – бросил Джесс через плечо.

– Но как же…

– Я же сказал – со мной все в порядке! Просто небольшое недоразумение.

О'Малли, казалось, что-то смекнул. Ухмыльнувшись во весь рот, он вышел из кабинета. Однако его место тут же занял другой визитер. В комнату вихрем ворвалась Кирнан, с ног до головы одетая в белое – ни дать ни взять ангел.

«Вот уж действительно ангел, – ухмыльнулся Джесс. – Ангел, посланный с небес на грешную землю, чтобы меня мучить».

На сей раз в ее изумрудно-зеленых глазах не было обычной ненависти или презрения, только страх. «Неужели она испугалась за меня?» – подумал Джесс.

Только тут до него дошло, что он все еще сидит верхом на ее малолетнем девере. Ну, ясно, именно это ее и беспокоит!

– Джесс, что случи… О Боже мой! Джейкоб!

Она бросилась к ним, но Джесс жестом остановил ее. Кирнан замерла в нескольких шагах, во все глаза глядя на сцепившуюся пару.

– Джесс, оставь его! – взмолилась она. – Я прошу, ради нашей дружбы…

– Что я слышу?! «Джесс»? А почему, черт возьми, не «капитан Камерон»? – саркастически заметил он. – И о какой, с позволения сказать, дружбе ты толкуешь? Я ведь янки, надеюсь, ты не забыла? По-моему, еще недавно ты предпочла бы, чтобы дом сожгли, лишь бы ноги моей здесь не было. Джейкоб только хотел вам помочь, миссис Миллер.

Девушка вдруг побледнела как полотно. Джесс поднялся с пола и протянул Джейкобу здоровую руку, чтобы помочь ему встать. Увидев рану, Кирнан охнула.

– Что с твоей рукой? Позволь, я посмотрю…

– Миссис Миллер, мое сердце рвется на части при мысли о том, что придется отказаться от ваших нежных забот, но я вынужден сделать это. А теперь прошу меня извинить…

Он ухватил мальчика за воротник и решительно направился к двери.

– Джесс!

– Для вас – капитан Камерон, мэм, – сердито обернулся тот. – Простите, но нам с этим парнишкой надо кое-что обсудить.

Кирнан застыла, словно от пощечины. Не обращая на нее внимания, Джесс проволок Джейкоба по коридору к лестнице и начал спускаться вниз. Пройдя мимо коек, громоздившихся в холле, он вошел в операционную, остановился, чтобы зажечь лампу, и только тут понял, что хозяйка неотступно следует за ним.

– Джесс…

– Капитан Камерон.

– Пусть будет капитан Камерон! – в сердцах выкрикнула она.

Джесс улыбнулся. Как быстро с нее сошла эта напускная ангельская кротость!

– Он ведь ребенок. И не мог…

– Он уже почти взрослый и как раз мог, – возрази Камерон. – Вон!

Оставив Джейкоба посередине комнаты, он вплотную подошел к Кирнан, заставив ее отступить. Как все-таки хорошо что он сердит на нее!

Потому что было так приятно прикоснуться к ее шелковистой нежной коже, почувствовать соблазнительную упругость груди, на мгновение прижавшейся к нему, пока он вытеснял Кирнан из кабинета.

– Черт побери! Я не оставлю Джейкоба с тобой наедине! – закричала девушка, упираясь кулаками ему в грудь.

Он легко приподнял ее над полом. На секунду их взгляды встретились, тотчас вспомнилось, как он держал ее в объятиях при других обстоятельствах. Огонь страсти, разлившись по телу Джесса, задержался в паху, а глаза их по-прежнему вели безмолвный поединок. Камерон вдруг ощутил, как Кирнан вся затрепетала и опустила глаза.

Впрочем, тут же, вскипев от ярости, подняла их снова.

– Сейчас же отпусти меня, янки, слышишь?

Он так и сделал – вынес ее за дверь, с шумом захлопнул ее у Кирнан перед носом и запер на ключ.

Затем повернулся спиной к двери, не обращая внимания на крики недовольной Кирнан. Вначале девушка просто звала его по имени, а потом перешла на ругательства.

Джесс обернулся к Джейкобу. Парень все это время с расширенными от ужаса глазами стоял посреди кабинета и ждал.

– Наконец-то мы одни, – с улыбкой проговорил Камерон. Чувствуя странное удовлетворение, хотя бешеный огонь желания еще горел в его крови, доставляя определенное неудобство, он решительно подошел к шкафчику с инструментами и бинтами.

– А теперь, парень, перевязывай. Ты меня ранил, тебе и лечить.

Камерон, ухмыльнувшись, снова взглянул на дверь, из-за которой доносились гневные восклицания Кирнан.