Завтра будет завтра - Рей Кимберли - Страница 5

В ответ раздались вежливые аплодисменты, и персонал начал расходиться. Кэролайн подозревала, что к работе вернутся еще не скоро: нужно же обсудить и разобрать в мельчайших деталях эту ее спонтанную речь.

– Не беспокойтесь, – доктор Берн широко улыбнулся, – все, у кого неотложные дела, остались на рабочих местах.

– Вы умеете читать мысли? – спросила Кэролайн и с ужасом поняла, что кокетничает с ним.

Что я делаю?! – спросила она себя, но отвечать времени не было, доктор Берн предложил ей руку и увлек за собой по переходам клиники, рассказывая и показывая, что нового они сделали с того времени, как Кэролайн отправилась в Нидерланды.

Дэвид шел за ними и буквально сверлил взглядом спину Берна, но сделать ничего не мог. Теперь он не мог даже рассказать Кэролайн о том, что его девушка ушла к доктору Берну. Ему оставалось уповать только на то, что кто-нибудь в самое ближайшее время обязательно расскажет Кэролайн о романе главного врача и его помощницы Эрики Кебер.

Наконец мучительный для Дэвида путь к кабинету главного врача окончился, и он даже смог сесть так, чтобы оказаться ближе к Кэролайн. Но этот факт ни капельки не смутил доктора Берна. Как не смутило появление Дэвида и Эрику Кебер. Она принесла чай, прошла процедуру знакомства с Кэролайн и удалилась, плотно прикрыв дверь.

– Теперь мы можем поговорить спокойно. – Стенли Берн откинулся на спинку своего кресла и сложил пальцы домиком.

Кэролайн тут же принялась разглядывать эти тонкие, чуткие пальцы хирурга. Ей с трудом удавалось сдерживать некстати разыгравшуюся фантазию.

– Дела в клинике идут неплохо. Не могу сказать, что хорошо, но вполне достаточно, чтобы содержать большой штат сотрудников, научную лабораторию и время от времени обновлять аппаратуру. Остается еще немного денег, которые переводились на личные счета мистера Сотбери. Обычно он пускал эти средства на финансирование научных изысканий, необязательно в нашей лаборатории. Теперь вам предстоит решить, как поступать с этими средствами.

– Сейчас есть стипендиаты, которым выплачивались средства из этих денег? – уточнила Кэролайн.

– Да, есть. Если хотите, я сегодня же попрошу Эрику предоставить вам список.

– Если можно, пусть туда же будут внесены и все те, кто раньше получал стипендии от моего отца. Также я хотела бы попросить вас составить список людей, которые могли бы войти в комиссию, решающую, кому выдавать стипендию имени Дэйва Сотбери.

– У вас столь далеко идущие планы? – поинтересовался доктор Берн.

– Я бы с удовольствием сама занялась этими вопросами, но я совершенно несведуща в этой области. Мне кажется, такая комиссия будет гораздо компетентнее. Я была бы рада, если бы вы возглавили эту комиссию.

– Ваше доверие – большая честь для меня. – Доктор Берн вежливо поклонился Кэролайн.

– Я не могу не доверять вам, если вам доверял мой отец. Он ведь не просто так сделал вас главным врачом клиники. Вы ведь первый главный врач после моего отца?

– Да, три года назад мистер Сотбери понял, что больше не в силах справляться со всей этой рутиной. Он оставил за собой кабинет в родильном корпусе и приезжал в клинику раз в неделю. Просматривал мои отчеты и вел прием по самым сложным случаям. Ваш отец был великим доктором: до самого конца он консультировал женщин, а всего три месяца назад успешно принял очень сложные роды.

– Просто папа считал своим долгом помогать новой жизни прийти в этот мир.

Кэролайн грустно улыбнулась. Даже кабинет ее отец выбрал не в самом спокойном хозяйственном блоке, а в третьем корпусе, где располагалось родильное отделение.

– Думаю, кабинет вашего отца теперь по праву перейдет к вам, мисс Сотбери.

– Зовите меня просто Кэролайн, – попросила она. – Я до сих пор не могу привыкнуть к своей новой роли.

– Тогда и вы называйте меня просто Стенли, ведь мы с вами теперь в одной лодке и должны стать настоящей командой.

– Отлично, Стенли!

– Со времени болезни вашего отца у меня скопилось несколько отчетов. Если хотите, я попрошу Эрику передать вам их немедленно.

Кэролайн беспомощно развела руками.

– Что же я буду с ними делать? Я ведь ничего не понимаю в управлении и уж тем более в медицине.

– Думаю, мистер Гриффин не откажется вам помочь, – предположил доктор Берн.

Дэвид поднял голову и поймал просящий взгляд Кэролайн.

– Конечно, я с удовольствием помогу вам, Кэролайн.

– Вы просто мое спасение! – обрадованно сказала она. – Но я думаю, у Стенли все в порядке. Я полагаю, что мое участие в жизни клиники не будет долгосрочным?

– Это уж решать вам. – Доктор Берн развел руками. – Могу лишь сказать, что даже если вы решите вернуться в Нидерланды, мы можем отправлять вам отчеты о нашей деятельности по электронной почте. А раз в год или чаще, если вам будет удобно, вы сможете приезжать и лично инспектировать нас.

Кэролайн закусила губу. Она еще не думала о том, как будет дальше жить: вернется ли к своей работе в Харлемском музее сразу же или через год или останется в Ноттингеме до конца своих дней, чтобы продолжить дело отца. Буквально вчера ей очень хотелось вернуться к своей спокойной и размеренной жизни. Она знала, что здесь останется Дэвид, а уж на него-то можно положиться со спокойной душой. А что, если и ей задержаться в Ноттингеме? В конце концов с картинами Халса ничего не случится. А здесь ее жизнь может получить новое наполнение. Кэролайн предпочитала не думать пока какое.

– Я пробуду в Ноттингеме так долго, как того потребует ситуация. Спасибо вам, Стенли, за радушный прием. Я еще не совсем пришла в себя, и мне хотелось бы вернуться домой. Завтра я приеду к девяти часам и займусь вашими отчетами. Если от этого будет хоть какой-то прок.

Кэролайн улыбнулась и пожала руку Стенли.

– Может быть, вы хотите осмотреть территорию? – вдруг предложил он. – Мы совсем недавно разбили парк камней в японском стиле. Кстати, это была идея вашего отца.

Конечно, Кэролайн не могла отказаться от того, чтобы взглянуть на что-то, связанное с отцом.

– Я с удовольствием посмотрю на него.

– Давайте я вас провожу, – предложил Стенли.

– У вас наверняка множество дел.

– Просто задержусь на работе подольше. – Стенли пожал плечами. – Не в первый раз.

– Как бы я не вызвала у ваших домашних неприязнь.

– Дома меня никто не ждет. Мой дом – работа. Может быть, поэтому мы так легко нашли общий язык с вашим отцом? Мистер Гриффин, Эрика сейчас передаст вам кое-какую документацию, которую мисс Сотбери нужно будет прочитать и подписать. Иначе наша работа встанет.

– С удовольствием помогу мисс Сотбери.

– Но как же я буду что-то подписывать, если ничего в этом не понимаю?! – огорченно спросила Кэролайн.

Стенли открыл свое расписание и внимательно просмотрел его, поводил по нему пальцем и наконец улыбнулся.

– Может быть, вы завтра со мной пообедаете, и тогда за обедом я постараюсь объяснить вам все, что не сможет объяснить сегодня мистер Гриффин. Все же есть вопросы, в которых ничего не понимает даже он.

Стенли широко улыбнулся Дэвиду. Дэвид же с трудом смог выдавить лишь вялую улыбку. И мысленно пообещал, что сделает сегодня вечером все, лишь бы у Кэролайн не осталось вопросов для доктора Берна.

– Прошу вас! – Стенли галантно подал руку Кэролайн и повел ее куда-то.

Дэвиду опять осталось лишь наблюдать их спины. Он тяжело вздохнул, надеясь, что этого никто не заметил, и бросил еще один сердитый взгляд в спину Стенли.

Этот доктор Берн тот еще ловкач! – сердито подумал Дэвид. Он отлично знал, как лучше меня унизить. Да и Кэролайн ловко завлек в свои сети. Нужно будет внимательнее присмотреться к тому, что творится в клинике. Мистер Сотбери в последние несколько лет почти не занимался рутинными делами, как правильно сказал Стенли. Кто знает, какие секреты скрывает бухгалтерия доктора Берна?

Дэвид не спешил выходить из кабинета, но и оставаться там, когда хозяин уже давно вышел, было как-то невежливо. Он тяжело вздохнул: ему совершенно не хотелось разговаривать с Эрикой о чем бы то ни было. И все же ему пришлось встать и выйти в приемную.