Завтра будет завтра - Рей Кимберли - Страница 28

– Ничего с твоей клиникой не случится за несколько недель, – попробовал успокоить ее Дэвид.

Кэролайн лишь нервно дернула плечом и тяжело вздохнула.

– Мне уже начинает казаться, что ты не хочешь выходить замуж! – признался Дэвид.

На этот раз Кэролайн испугалась и повернулась к нему.

– Я очень хочу стать твоей женой.

– Я просто начал думать, не поспешил ли я со своим предложением…

– Ты хочешь все отменить?!

– Нет, – спокойно ответил Дэвид, – я ведь понимаю, что клиника тебя замуж никогда не позовет. А надеть на твой хорошенький пальчик колечко – единственный способ сделать из тебя нормального человека.

– Ну спасибо… – протянула Кэролайн, изо всех сил стараясь сделать вид, что смертельно обижена.

– Пожалуйста! – отозвался Дэвид. – Просто ты так переживаешь за клинику, что мне просто становится смешно. Я искренне хочу верить, что в наш медовый месяц ты найдешь в себе силы забыть о кредитах, сметах и жалобах пациентов хотя бы на два дня из двадцати.

– Я правда так отвратительно себя веду? – пристыженно спросила Кэролайн.

– Еще хуже! – подтвердил Дэвид и, не в силах больше сдерживаться, широко улыбнулся. – А на самом деле ты чудо, Кэролайн. Увидев тебя в первый раз, я подумал, что ты никогда не сможешь взять на себя управление клиникой. А ты со всем справилась, не имея к этому ни тяги, ни необходимого образования. Ты стала превосходным менеджером. Твой отец гордился бы тобой.

– Спасибо, Дэвид.

– Пожалуйста! Может быть, в качестве благодарности за мое терпение ты расскажешь, в каком платье будешь?

– Вот еще! – фыркнула Кэролайн. – Чтобы ты знал, жених не должен видеть платье невесты до дня свадьбы – дурная примета.

– Ну хоть что-нибудь! Я же должен быть готов.

– Скажу одно: я в нем очень красивая.

– И скромная, – усмехнулся Дэвид. – Ты во всем очень красивая, даже в тех ужасных джинсах.

– Которые ты выкинул, как только переехал ко мне?

– Даже в них.

– Жаль, я раньше этого не услышала. Включи радио, – попросила Кэролайн.

Дэвид включил приемник, нашел радиостанцию, передающую классическую музыку, и сосредоточился на дороге. Когда через пятнадцать минут он посмотрел на свою невесту, Кэролайн уже спокойно спала.

Бедная девочка, с жалостью подумал Дэвид. Она так устала от всей этой ответственности, связанной с клиникой… Нужно будет придумать, как заставить ее снять с себя хотя бы часть этого бремени. Она слишком много на себя взвалила с того момента, как ей пришлось выгнать Берна. У Кэролайн, как и у ее отца, гипертрофированное чувство ответственности. Иногда это мешает жить.

Дэвиду очень не хотелось отводить взгляд. Он мог бы так всю жизнь сидеть и любоваться спящей Кэролайн. Но в планы Дэвида не входило окончить свою жизнь на трассе в груде искореженного металла, когда до свадьбы с любимой женщиной оставалось всего-то семь дней и пять часов.

Дэвид разбудил Кэролайн, лишь когда они подъехали к Гриффин-холлу. Сейчас в нем постоянно жила леди Анна. Она решила не возвращаться в Лондон до свадьбы сына, чтобы лично контролировать подготовку имения к радостному событию. Кэролайн и леди Анна созванивались чуть ли не каждый вечер, обсуждая разнообразные мелкие детали и подробности. Дэвид был очень рад, что его никто не пытается привлекать к этому обсуждению. Еще он был рад тому, как быстро сблизились его мать и невеста. Кэролайн всю жизнь не хватало рядом опытной и мудрой женщины, с которой можно обсудить любой вопрос, начиная от фасона свадебного платья и заканчивая некоторыми щекотливыми вопросами о здоровье и развитии Дэвида. Кэролайн тайком от будущего мужа уже прошла обследование в клинике, чтобы убедиться, что сможет без проблем родить Дэвиду ребенка, как только они будут готовы к этому. Ей не хотелось посвящать Дэвида в подробности результатов своих анализов. Кэролайн казалось, что рождение ребенка – тайна, и мужчине совсем не обязательно знать все подробности. Леди Анна вполне разделяла ее взгляды. И теперь Кэролайн могла часами болтать о чем-то с матерью Дэвида, отгоняя его от телефона грозными взглядами. Время от времени Дэвид начинал сожалеть, что вообще решил познакомить Кэролайн с родителями…

Анна и Эдвард ждали их. Их лица сияли от радости, и Дэвид почувствовал, как сжалось его сердце. Слишком долго из-за каких-то глупостей он лишал себя и родителей тепла общения родных людей.

– Добрый день! – поприветствовала их Кэролайн.

С леди Анной они сразу же обнялись и поцеловались, как будто были знакомы уже тысячу лет. С лордом Эдвардом Кэролайн вела себя более скованно: он внушал ей необъяснимый трепет.

Дэвид обнялся с матерью и пожал руку отцу.

– Вы как раз вовремя, – сказала леди Анна. – Чай подадут через пятнадцать минут в голубую гостиную. У вас есть время привести себя в порядок.

Дэвид подхватил их чемоданы, не желая ждать слуг, и пошел с Кэролайн в свою детскую комнату. Там все осталось по-прежнему, разве что исчезли дорогие игрушки, которыми родители пытались заменить ласки и поцелуи.

Дэвид бросил вещи и подмигнул Кэролайн.

– У нас есть целых пятнадцать минут.

– Вот только я боюсь, что наша одежда окажется в большем беспорядке, – усмехнулась Кэролайн.

Она подошла к Дэвиду и положила ладонь ему на грудь. Ей нравилось чувствовать, как движется грудная клетка Дэвида и как бьется его сердце.

Дэвид зарылся лицом в волосы Кэролайн и с наслаждением вдохнул ее запах. Уже знакомый тонкий аромат розы с ноткой жасмина.

– Ты пахнешь как цветок, – прошептал он.

Кэролайн и Дэвид спустились в гостиную через двадцать минут. Они даже успели умыться и переодеться, не без приключений, правда. Кэролайн казалось, будто их медовый месяц уже начался. Жизнь была прекрасна и должна такой оставаться еще долгие-долгие годы.

Рука об руку они вошли в гостиную и замерли в растерянности.

Леди Анна и лорд Эдвард сидели в креслах с неестественно прямыми спинами. У камина в сгущающихся сумерках с максимально возможным удобством расположилась та, кого они меньше всего ожидали увидеть в Гриффин-холле за неделю до свадьбы.

– Мне жаль портить эту идиллию, – сообщила Эрика, – но я приехала с новостями, которыми не могу не поделиться.

Кэролайн испуганно посмотрела на Дэвида. Что все это значит? Он крепко сжал ее руку и с вежливым интересом уставился на Эрику.

– Полагаю, все в этой комнате имеют право знать чудесную новость: я жду ребенка от Дэвида.

Никто не пошевелился. Эрика обвела присутствующих торжествующим взглядом.

– Наследник Гриффин-холла должен появиться на свет в конце марта. Ты рад, Дэвид?

Дэвид бросил на нее всего один взгляд, и Эрика почувствовала, что ей очень хочется оказаться как можно дальше отсюда. Идея Стенли нравилась ей уже не так сильно. Но отступать было глупо и бессмысленно. Она собрала волю в кулак, обворожительно улыбнулась и протянула Дэвиду какие-то бумаги.

– Конечно, ты имеешь право сомневаться. Поэтому я подготовилась. Ознакомься.

Дэвид отпустил руку Кэролайн и просмотрел документы. Лицо его побледнело, губы начали подрагивать. Он оторвал взгляд от бумаг и беспомощно посмотрел на Кэролайн.

– Давай, скажи ей. – Эрика усмехнулась и эффектно закинула ногу на ногу. Испуг прошел, и она почувствовала себя хозяйкой положения. – Уж она-то точно имеет право знать!

– Все верно: генетически это мой ребенок. Но, Кэролайн, ты должна…

Кэролайн не стала слушать. Она развернулась и вышла из гостиной. Только оказавшись за дверями, Кэролайн бросилась бежать. Она должна немедленно покинуть этот дом! Сейчас же.

– Бедняжка! Как же ты мог? – прошептала леди Анна и бросилась за Кэролайн.

– Ну знаешь ли! – Лорд Эдвард сердито посмотрел на сына и, резко поднявшись с кресла, вышел за женой.

Кэролайн была рада, что не успела разобрать чемодан. В этом ужасном состоянии она ни за что не смогла бы сложить вещи в него. Только одна мысль сейчас преследовала Кэролайн: сейчас же уехать прочь отсюда. Вернуться в клинику и с головой уйти в дела. Однажды это ее спасло, так почему же не поможет и в этот раз?