Увидеть лицо (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 105

— А как ты туда забралась?! — изумился Жора, подошел к шкафу, протянул руки вверх, и Марина скользнула в них и застыла, дрожа от пережитого ужаса. Ее зубы выбивали замысловатую дробь.

— Откуда тут взялась эта крокозябла? — Олег взял со столика ложку и ткнул ею в паука, сразу же отдернул руку, потом ткнул снова — уже смелее. — Надо же, какой здоровый! Я таких только по телеку видел!

— Из шкафа, — выстукнула зубами Рощина. — Он сидел в вавава…з-з-зочке! Какой страстрашный!

Кристина панически огляделась.

— А вдруг где-то есть еще?!

Марина икнула и предприняла попытку снова взобраться на шкаф, но Жора вовремя ухватил ее за талию.

— Не дури!

— Он ядовитый? — спросил Виталий, потирая ушибленную ногу. Олег пожал плечами.

— Фиг его знает! Я в них не разбираюсь! Возможно. Все здоровые пауки ядовитые.

— Сенокосцы не ядовитые, — заметил Жора, присаживаясь рядом с ними на корточки и разглядывая мертвого паука. Олег презрительно фыркнул.

— Сенокосцев я вообще за пауков не считаю! А этот… видал, какой?! Прям как из фильма ужасов! Домашний любимец?! Не, хозяева дома совершенно ненормальные!

— Ты серьезно все еще представляешь себе хозяев дома?!

— Он точно дохлый? — спросила Алина со страхом и отвращением. — А вдруг прыгнет?

— Ва! — вдруг рявкнул Кривцов, резко разворачиваясь и тыкая ей в лицо растопыренными пальцами. Алина, взвизгнув, отшатнулась, потом ударила его по плечу.

— Дурак!

— Прекратите возню! — Виталий выпрямился. — Если эта тварь ядовитая, то это может быть была еще одна ловушка?

— Ерунда! — возразил Жора. — Откуда было знать, что кто-то вообще полезет в шкаф?!

— Может, ловушка наудачу? Вдруг кто-нибудь да попадется?

— А вчера кто бокалы из шкафа доставал? — спросила Алина. Сидевшая в кресле Кристина передернула плечами.

— Я. Но я не обратила внимания…

— Глупости! Он бы удрал. Его посадили ночью! — сказал Алексей.

— А чего он с ночи не удрал? — Олег бросил ложечку на стол, но ее тут же схватила Алина и осторожно начала ворочать раздавленного паука, замирая от каждого движения. — Сидел себе тихонечко так?

— А может, его усыпили, — предположил Жора. — Например, подержали какое-то время в холодильнике. От холода пауки впадают в состояние близкое к анабиозу.

— От холода и я впаду в состояние, близкое к анабиозу!

— Что?! — возопила Кристина. — Мы же оттуда… и там… а он был в это время набит пауками?!

Алина поспешно задрала голову и испуганно посмотрела на потолок, почти уверенная, что за время их разговора он полностью покрылся огромными длиннолапыми пауками, которые вот-вот свалятся им на головы.

— Чудно, — с испуганным раздражением буркнул Петр. — Мало того, что нас здесь мочат, ловушки кругом, так теперь еще что — отовсюду тарантулы будут вываливаться?!

— Это не тарантул.

— Да какая разница!

— Господи, ну почему это случилось именно со мной! — простонала Марина, яростно растирая полой кремового пиджака руку, которой касались паучьи лапки. — Почему со мной?! Я их до ужаса боюсь! У меня практически арахнофобия! У меня чуть инфаркт не случился! Господи!

Жора задумчиво посмотрел в ее сторону.

— А ведь действительно странно. Как будто специально для нее… но предугадать такое невозможно.

— Может, это еще одна твоя вещь? — негромко спросил Виталий.

Марина застыла, изумленно-испуганно хлопая ресницами. Алина вздрогнула, продолжая разглядывать паука. Его брюхо лопнуло, практически вывернувшись наизнанку, но остальные части тела были в относительной сохранности. Закусив губу, она наклонилась ниже, снова повернув паука, и вдруг застыла.

— Народ, — произнесла Алина странно изменившимся голосом, и все головы тотчас повернулись к ней. — А у него четыре глаза.

— Ну и что? — недоуменно спросила Кристина.

— Как так? — Жора резко наклонился, чуть ли не уткнувшись носом в паучьи останки. — Черт возьми, точно! Это что за штуки?! Что — новый вид что ли?

— У пауков восемь глаз, — удивленно произнес Виталий. — Это всем известно.

— Но у этого-то четыре! — плачуще ответила Алина. Казалось, она переживает этот факт гораздо болезненней, чем все, что происходило до этого.

Все, кроме Марины, все еще баюкавшей недавний испуг, стремительно посмотрели друг на друга, потом так же стремительно наклонились над раздавленным насекомым, чуть не уткнувшись в него носом. Жора отобрал у Алины ложку и повернул паука так, чтобы лучше его разглядеть. Брюшко паука было раздавлено совершенно, но головогрудь почти не пострадала, и четыре больших тусклых янтарных глаза, располагавшихся в два ряда, были видны совершенно отчетливо.

— А куда же подевались еще четыре? — спросил Олег таким тоном, словно обвинял остальных в этом страшном злодеянии. — Может, он инвалид?

— Тогда бы были видны шра… тьфу ты! — Жора вытянул губы, словно собирался кого-то чмокнуть. — В общем, видно бы было, где эти глаза были раньше. Тварюка-то немелкая. Нет, скорее всего, какой-то мутант.

— И именно в этом доме! — язвительно заметила Кристина, которая стояла напрягшись, готовая отскочить на другой конец комнаты, если паук подаст хоть малейшие признаки жизни. — Сколько ног у него — ужас!

— Сколько ног… — повторил Виталий, сел на корточки и наклонился, пристально разглядывая насекомое. Его серебряная цепь, раскачиваясь, почти касалась изуродованных, неприятно пахнущих останков. Не выпрямляясь, он согнул руки в локтях и поднял их, растопырив пальцы, потом сжал один кулак, оставив торчащим только указательный палец. Другая ладонь так и осталась раскрытой.

— Сколько?! Шестнадцать?! — Олег плюхнулся рядом с пауком на колени и, беззвучно шевеля губами, начал пальцем ткать в воздухе над пауком замысловатые узоры. Остальные уже давно посчитали и теперь ошеломленно наблюдали за его манипуляциями.

— Шестнадцать! — убито подтвердил он, поднимаясь. — Вашу маму, шестнадцать! Это что еще за хреновина?! Радиация, что ли?!

— А вдруг? — Кристина принялась пристально разглядывать свою руку. — Я смотрела один фильм, так там люди под воздействием дикой радиации начали стремительно превращаться в такое…

— Да хватит уже!.. — зло рявкнул Петр, по-старчески потирая поясницу. — Дикая радиация, ручная… Какая разница, сколько у него чего?! Нас тут мочат, а вы всякой монтологией занимаетесь!

— Энтомологией, — автоматически поправил его Жора, снова и снова пересчитывая паучьи лапы. Петр кивнул.

— Во-во! Главное — ядовитый он или нет. Надо весь дом дихлофосом полить!

— Здесь нет дихлофоса.

— Надо поискать.

— Сам ищи! Откроешь шкафчик, а оттуда еще что-нибудь выскочит! Или выстрелит!

— Значит, надо в лес валить!

— Я в лес не пойду ни за что! — вскинулся Алексей, тут же забыв про паукообразного мутанта. — Там еще хуже! Там…

— Что там?! — резко спросил Виталий, и Евсигнеев сразу же сник.

— Не знаю.

Алина, под шумок снова отобравшая ложку у Жоры, опять перевернула дохлое насекомое, нахмурилась, потом обернулась и зашарила взглядом вокруг. Стоявшие рядом люди ее не интересовали.

— Что ты делаешь с насекомым? — недоуменно спросил Олег. — Уже препарируешь? Зачем ты тычешь ложкой ему в физиономию? Мы уже все увидели, а ему от этого лучше не станет… надеюсь.

— Это не паук.

— Из-за того, что у него столько…

— У него зубы.

— Чего?! — голос Олега сорвался на писк, он откашлялся и повторил уже более мужественно, одновременно бухаясь на колени. — Чего?!

— И что в этом такого?! — пискнула Марина из-за кресла, так и не решившись подойти поближе. — Чем-то же они кусаются!

— Посмотри сам! — Алина ручкой ложки осторожно приподняла небольшую складку кожицы у паука под глазами, густо покрытую коричневыми волосками, и все увидели два длинных желтоватых клыка, поразительно напоминающих кошачьи, между которыми виднелись два маленьких треугольных зуба.

Жора схватился за голову, точно боялся, что она вот-вот свалится с плеч и улетит неведомо куда.