Партнер - Гришем (Гришэм) Джон - Страница 41

– Хороший вопрос. Три недели спустя Эрин прочла в газете о гибели Патрика Лэнигана в ужасной автокатастрофе. Там же была помещена и его фотография. Еще через шесть недель весь город говорил об украденных из его фирмы деньгах, и вновь с газетного листа на нее смотрело знакомое лицо.

– В книжном были установлены телекамеры охраны?

– Нет. Мы проверили.

– Так что насчет языка?

– Лозьер не сказал нам. Во всяком случае, не сразу. Мы предлагали сто тысяч за надежную информацию о местонахождении Лэнигана. Лозьер же вместе со своим клиентом хотел получить эту сумму, назвав нам всего лишь язык. Мы торговались три дня, но все без толку. В конце концов он позволил переговорить с Эрин. После шестичасовой беседы и проверки каждого сказанного ею слова мы согласились заплатить деньги, все сто тысяч.

– Бразильский португальский?

– Да. Мир внезапно сузился.

Как и каждый юрист, Дж. Мюррей Ридлтон далеко не первый раз попал в подобную ситуацию. Дело, надежное, как гранит, разваливалось на глазах. Карты, которыми он играл, оказались мечеными.

Из желания хоть как-то компенсировать свое унижение, а отчасти желая отомстить, он, перед тем как опустить топор, дал Труди возможность расправить перышки.

– Супружеская измена! – трагически прошептала Труди с оскорбленным видом пуританки-девственницы.

Даже Лэнс бросил на нее изумленный взгляд и, приблизившись, взял за руку.

– Знаю-знаю, – сказал Дж. Мюррей примерно таким же тоном. – Это происходит при каждом разводе. Начинаются гадости.

– Я убью его, – пробормотал Лэнс.

– Об этом поговорим чуть позже, – повернулся к нему адвокат.

– С кем? – мужественно спросила Труди.

– С Лэнсом. Утверждают, что измена имела место до, во время брака и после похорон. Говорят даже, что все это началось еще в школе.

В девятом классе, если соблюдать точность.

– Идиот, – сказал Лэнс без особой уверенности.

Труди кивком выразила согласие. Дикарь. Затем она с тревогой осведомилась:

– И какие у него есть доказательства?

– А вы собираетесь отрицать это? – Дж. Мюррей решил захлопнуть мышеловку.

– Категорически, – негодующе фыркнула Труди.

– Естественно, – добавил Лэнс. – Он – законченный лжец.

Сунув руку в ящик стола, Дж. Мюррей достал полученный от Сэнди отчет.

– Видимо, Патрика мучили подозрения на протяжении всей вашей совместной жизни. Он нанял частных детективов, чтобы они пошарили поосновательнее. Вот, например, только один отчет.

Какое-то мгновение Труди и Лэнс смотрели друг на друга. Оба тут же поняли, что попали в западню. Отрицать связь, длившуюся более двадцати лет, было невозможно и бессмысленно. Ну так что же? Мелочь!

– Я обобщу, – предложил Дж. Мюррей и ограничился перечислением дат, времени дня и мест встреч.

Труди и Лэнс нисколько не смутились, хотя узнать о том, что подробности их отношений подробно задокументированы, было неприятно.

– Будете по-прежнему отрицать? – спросил Дж. Мюррей, закончив.

– Такую чушь может написать каждый, – выговорил Лэнс.

Труди хранила молчание.

Адвокат вытащил другой отчет – о семи месяцах, предшествовавших исчезновению Патрика. Даты, время суток, места свиданий. Когда Патрик выезжал из города, его тут же замещал Лэнс. Каждый раз.

– Эти ищейки могут давать свидетельские показания в суде? – поинтересовался Лэнс.

– В суд мы не пойдем, – ответил Дж. Мюррей.

– Почему? – спросила Труди.

– Потому. – Он швырнул на стол восемь крупноформатных цветных фотоснимков.

Увидев свою фотографию в обнаженном виде и рядом Лэнса, Труди чуть не задохнулась. Пораженный не менее своей подруги, Лэнс чуть заметно улыбнулся. Похоже, снимки пришлись ему по вкусу.

В молчании они передавали друг другу снимки. Улучив момент, Дж. Мюррей сказал:

– Вы позволили себе быть чересчур беспечными.

– Оставьте свой менторский тон, – бросил Лэнс.

Как и следовало ожидать, Труди расплакалась. На ее глазах заблестели слезы, верхняя губа дрогнула, носик сморщился, и щеки мгновенно стали мокрыми. Всегда они начинают плакать, подумал адвокат, и не из-за того, что согрешили, а из-за цены, которую приходится платить за свои грехи.

– Мою дочь он не получит, – со злостью сказала Труди сквозь слезы. Дальнейшие слова утонули в рыданиях.

Стоявший рядом Лэнс попытался ее успокоить.

– Простите, – выговорила Труди, утирая слезы.

– Не принимайте все так близко к сердцу, – без намека на сочувствие в голосе сказал Дж. Мюррей. – Ребенок ему не нужен.

– Почему? – Влага на ее лице мгновенно высохла.

– Ее отец не он. – Адвокат вытащил третий лист. – Когда девочке было четырнадцать месяцев, Лэниган взял у нее образец крови и послал на анализ ДНК. Он просто не может быть ее отцом.

– Тогда кто… – начал было Лэнс, однако так и не сумел закончить мысль.

– Это зависит от того, кто еще был рядом, – с готовностью подсказал Дж. Мюррей.

– Рядом никого не было, – язвительно отозвалась Труди.

– Кроме меня, – признался Лэнс и медленно прикрыл глаза.

Внезапно свалившееся отцовство тяжелым грузом легло на его плечи. Лэнс терпеть не мог детей. Он мирился с Эшли Николь лишь потому, что та была дочерью Труди.

– Поздравляю в таком случае! – Дж. Мюррей достал из ящика дешевую сигару и бросил Лэнсу. – У вас девочка! – Он громко захохотал.

Труди кипела от злости, Лэнс крутил в пальцах сигару. Когда Дж. Мюррей насмеялся вволю, она спросила:

– Так что же мы имеем?

– Все очень просто. Вы отказываетесь от всех прав на его имущество, а он дает вам развод, ребенка и все, что вы еще захотите.

– Чем он сейчас владеет?

– В настоящий момент это неизвестно даже его адвокату. Вашему мужу грозит смертный приговор, так что деньги, возможно, никогда не будут найдены.

– Но я же потеряю все! – воскликнула Труди. – Посмотрите, что он со мной сделал! Когда он погиб, я получила два с половиной миллиона, а теперь страховая компания готова пустить меня по миру с протянутой рукой.

– Труди имела право на эту сумму, – вставил Лэнс.

– Я могу привлечь его за обман, мошенничество или что-то в этом роде? – взмолилась она.

– Нет. Слушайте, все намного проще. Вы получаете развод и ребенка. Патрик сохраняет за собой деньги. И все заканчивается тихо. В противном случае он расскажет о вашей двойной жизни газетчикам. – Дж. Мюррей побарабанил пальцами по отчетам и фотографиям. – Это будет весьма унизительно. Вы уже ворошили ваше грязное белье на публике. Лэниган считает, что тоже имеет на это право.

– Где я должна расписаться? – спросила Труди.

Дж. Мюррей налил всем присутствующим водки, а через весьма короткое время – и по второму разу. В конце концов речь зашла о дурацких слухах: Лэнс, оказывается, бросился на поиски наемного убийцы. Мгновенно посыпались гневные возражения, и адвокату пришлось признать, что он и сам не поверил этой глупости.

Сколько же слухов ходит по побережью!

Глава 22

Наблюдение за Сэнди Макдермоттом началось в восемь утра, сразу, как только он выехал за пределы Нового Орлеана и влился в поток машин, следовавших по автостраде номер десять. Довели его до озера Пончатрейн, где поток транспорта стал менее плотным. Его автомобиль обогнали и по радиотелефону сообщили, что адвокат направляется по дороге в Билокси. Следить за Сэнди было нетрудно. Проблемы возникнут с прослушиванием. У Гая имелись “жучки” для офиса и дома Сэнди, один планировали поставить даже в машине, однако решение об их установке пока не было принято. Боялись рисковать. Особенно беспокоился Арициа. Он вступил в спор со Стефано и Гаем, говоря, что Сэнди мог разгадать их намерения и поэтому даже сейчас опасается обсуждать серьезные вещи, находясь в помещении.

Сэнди не смотрел через плечо, да и впереди себя видел не так уж много. Он просто вел машину, двигаясь вперед и стараясь не зацепить никого рядом. Мысли его были далеко.