Упрямая невеста - Гринвуд Лей - Страница 47

– Что они сделали? – спросил встретившийся им по дороге мужчина.

– Пытались меня убить, – ответил Расс.

– Пятеро против одного? Но это несправедливо!

– Вряд ли это их волновало.

– А кто они?

– Не знаю. Мы впервые их видим.

– Может, это и есть угонщики?

– Говорят, что нет.

– Им нельзя верить, – сказал мужчина. – Пятеро против одного! А потом будут рассказывать всякие небылицы.

– Это кто его так отделал? – спросил еще один прохожий, ткнув пальцем в третьего бандита. Глаза у него так сильно заплыли, что их почти не было видно.

– Расс отделал его, – с гордостью проговорил Черепашка. – Все потроха из него вытряс.

– А ну-ка попридержи язык при даме, – одернул его Расс.

– Прошу прощения. – Черепашка посмотрел на Танзи. – Я забыл.

Танзи с трудом подавила улыбку. Черепашка чрезвычайно гордился собой и своей миссией, и даже намек на насмешку мог его обидеть. Расс позволил ему взять ружье. Видимо, Черепашка втайне надеялся, что кто-нибудь из бандитов попытается сбежать, и тогда у него появится шанс воспользоваться оружием.

– Кто эти люди? – спросил шериф Расса, когда процессия остановилась возле тюрьмы. Новости со скоростью ураганного ветра уже распространились по городу. Шериф и оба его помощника дожидались Расса на улице.

– Понятия не имею, – ответил Расс. – Никогда их не видел.

– Почему они пытались тебя убить?

– Не знаю. Окружили мой дом и открыли пальбу.

– У тебя есть доказательства? – спросил шериф.

– Какие еще доказательства? – возмутилась Танзи.

– Все знают, что этот человек вор и лгун, – ответил шериф.

– А какие у вас есть доказательства, что он лгун?

– Когда он был ребенком…

– Все дети время от времени лгут. Думаю, вы не исключение.

– Он угоняет скот.

– А вы можете это доказать?

Шериф хотел что-то сказать, но передумал.

– Вы не можете доказать, что он лгал, угонял скот, обманывал. Я полагала, тот, кто стоит на страже закона, не принимает в расчет слухи и сплетни.

– Я лишь спросил, как он может доказать, что эти люди на него напали.

– Я видел их, – вмешался Черепашка. – Их видели Орен и Бак.

– Показания мальчишки и бывших преступников нельзя принимать в расчет.

– А как насчет меня? – с вызовом спросила Танзи. – Мои показания тоже не принимаются в расчет?

– Вы не сделали никакого заявления, – уклонился шериф от прямого ответа.

– Я находилась в доме, когда было совершено нападение. Они пытались убить не только Расса, но и меня. Взгляните! У меня порезы от осколков стекла. Не меньше дюжины. Этих доказательств вполне достаточно, чтобы засадить негодяев в тюрьму.

– Поезжайте завтра со мной на ранчо и убедитесь в том, что пули, которые валяются в доме и около него, выпущены из их ружей, – сказал Расс. – Если вашим помощникам приходилось ходить по следу, то пусть посмотрят, с какой стороны эти лошади пришли в долину. А если хотите сэкономить время, просто расспросите обо всем этих бандитов.

– Нам заплатили, чтобы мы пробрались туда и немного постреляли, – сказал один из бандитов. – Мы не собирались никого убивать, просто хотели попугать немного.

– Поэтому ты выстрелил в меня, когда я подошла к окну? – возмутилась Танзи. – А твой сообщник стрелял через крышу?

– Когда я вернулся на ранчо, они все еще стреляли, – снова вмешался Черепашка. – Почему они пытались проникнуть в долину незаметно, если не собирались никого убивать? И зачем пробирались через горы, если есть проход.

Шериф, возможно, и боялся Стокера, но не прислушаться к словам племянника городского третейского судьи и женщины не мог.

– Что ж, придется проверить ваши показания, – со вздохом произнес шериф.

– Дайте мне знать, когда будете готовы. Я поеду с вами. Мои парни сейчас не в лучшем расположении духа.

– Я шериф.

– Думаю, они вас знают. Но должны убедиться в том, что вы на стороне закона.

– А на чьей же стороне мне быть?

– Это уж вам решать, – спокойно сказал Расс. Однако в голосе его звучал вызов.

– Нам нужно узнать, есть ли в гостинице свободные места. – Танзи решила отвлечь Расса от спора с шерифом, который мог вылиться в стычку с малоприятными последствиями. – К тому же Черепашка проголодался.

– Ты, конечно, можешь остаться с нами, – сказал Расс Черепашке, когда они направились к гостинице. – Но на твоем месте я все-таки навестил бы тетю.

– Она начнет уговаривать меня вернуться домой, – запротестовал Черепашка.

– Вполне возможно, – промолвила Танзи, – но она заботилась о тебе с тех пор, как умерли твои родители. Подумай об этом.

– Я не хочу возвращаться домой.

– Тогда постарайся ей объяснить, почему ты так поступаешь. Уверена, она любит тебя. И ей больно оттого, что ты ее оставил.

Черепашка повернулся и уныло побрел по направлению к дому Этель Питерс.

В гостинице Танзи и Расса встретил Арчи. На его губах появилась робкая улыбка.

– Хотите снять две комнаты? – спросил он.

– Да. Если Стокер не станет возражать, – вежливо сказал Расс.

Улыбка на лице Арчи растаяла.

– Он сегодня приезжает в город на собрание.

– На какое собрание? – удивился Расс.

– На собрании будут решать, что делать с угонщиками коров.

– Хочешь сказать – со мной?

– Не понимаю, почему они так думают, – пробормотал Арчи. – Хочешь пойти на собрание, чтобы это выяснить?

– Хочу, – ответил Расс. – В котором часу?

– Они встречаются в салуне Стокера в семь тридцать.

– Обязательно пойду. А теперь мне нужно заказать ужин для мисс Галлант, а то она от голода может упасть в обморок.

Когда Танзи вошла в салун и окинула взглядом собравшихся, ей стало не по себе. Мужчины выглядели агрессивно. Казалось, ткни пальцем в кого угодно и назови его вором, они без колебаний расправятся с ним. Чувство тревоги у Танзи усилилось, когда она увидела Стокера.

– Наверное, не стоило сюда приходить, – шепнула она Рассу.

– Просто интересно, что они обо мне думают.

– Разве ты не знаешь? Гораздо важнее, что ты собираешься делать.

– Пока не знаю. Сначала давай послушаем, что будут говорить.

Танзи очень не понравилось в салуне. Он являл собой самый низкопробный вариант подобного рода заведений. Маленький, душный, пропитанный запахом пота, дыма и виски. Из-за шума Танзи не слышала, что ей говорил Расс. Столики, грязные и липкие, стояли впритык друг к другу. Мужчины были вооружены. Хоть бы Расс выбрал столик поближе к выходу, подумала девушка.

Через несколько минут Стокер призвал собравшихся к тишине. Одни мужчины так и остались стоять у стойки бара, другие сели за столики, но продолжали болтать с соседями.

– Все вы знаете, зачем мы здесь собрались, – сказал Стокер. – Так что приступим к делу.

– Подавайте сюда того вора, который украл моих коров, – крикнул один из мужчин. – Если это не прекратится в ближайшее время, я разорюсь.

– Сколько коров у тебя угнали? – спросил Расс и услышал ответ:

– Это тебе лучше знать.

Расс промолчал.

– Кто-нибудь может точно сказать, сколько коров у него угнали?

Некоторые владельцы ранчо заявили, что точно не знают, сколько коров у них в стаде, но уверены, что их похищают.

– Если вы точно не знаете, сколько у вас в стаде коров, как можете утверждать, что кто-то их угоняет?

Все закричали, послышались угрозы и обвинения. Стокер призвал собравшихся к порядку.

– Нам не обязательно знать, сколько коров у нас угнали. Факты упрямая вещь. Мы видели следы на болотах и в каньонах, знаем, что коров угоняют, и знаем, кто этим занимается.

– Может, вы еще знаете, куда они деваются? – спросил Расс.

– Тебе это лучше известно, – парировал Стокер.

– Готовы поклясться, они в твоей долине, – крикнул кто-то.

На Расса снова посыпались угрозы, но он оставался невозмутим.

– В моей долине нет ваших коров. Можете прислать людей для проверки, но обязательно в сопровождении полковника из форта.