Роза - Гринвуд Лей - Страница 73

К удивлению Розы, Джордж подошел к своему бюро и, достав оттуда фотографию в массивной позолоченной рамке, протянул ее Розе. Это был дагерротип мужчины с самой обыкновенной внешностью: у него были борода, усы, и еще Роза увидела необычайно добрые глаза. Она удивилась, что у Джорджа есть фотография Тома Бланда: у него не было даже портретов ни отца, ни матери!

– Отец вбил себя в голову, что мама и Том его обманывают. Не сумев вызвать Тома на дуэль, он соблазнил его сестру. Том всегда был верным другом отца, но этого выдержать он не мог. Он сказал отцу, чтобы тот никогда не появлялся в его доме, иначе Том высечет его. Тогда отец ударил его и вызвал на дуэль. Все пытались их остановить, но через тридцать минут Том был убит прямо там, на газоне перед своим домом, на глазах его сестры и матери!

Роза отдала фотографию Джорджу. Он взглянул на нее, и горечь исказила его черты.

– Теперь ты поняла, почему мы ненавидим его!

Роза кивнула: сейчас она поняла все ужасное наследство памяти о человеке, которого Джордж должен называть отцом. Охваченная ужасом, она не знала, что сказать. Она всем сердцем любила Джорджа. Близнецам было легче: они ненавидели своего отца, не чувствуя вины, а Джордж, который его любил, нес ответственность в своей душе за ту перемену, которая произошла с отцом. Конечно, он не был в этом виноват, но как ей убедить его?

Сейчас ей стало понятнее, почему он не хочет иметь детей. Но она не знала, чего он боится больше: того, что станет сам похожим на своего отца, или что кровь его вольется в их сыновей и дочерей? Это было ужасным проклятьем, особенно для такого человека, как Джордж, очень серьезно относящегося к ответственности и больше всего на свете ценящего семью! Роза хотела положить конец его страданиям, но не была уверена в достаточном своем влиянии на него. Чтобы освободиться от своих мучений, Джордж должен открыто взглянуть на то, чего боится!

– Тебе не понравится то, что я сейчас скажу, – начала Роза, – но я думаю, что ты должен поехать на тот парад, в Остин.

– Нет!

Она не была готова к резкости этого ответа после его спокойного рассказа об отце.

– Не из-за отца, – поспешила добавить Роза, – а ради себя. Если ты не сделаешь этого, то чувство вины тебя будет преследовать до конца жизни!

Джордж еще раз взглянул на фотографию.

– Ты ошибаешься. Но я никогда не прощу себе, если поеду туда!

– Ты должен это сделать ради его внуков, – сказала Роза, не обратив внимания на то, что Джордж перебил ее. – Они смогут гордиться тем, что твой отец был героем. Ты дашь им то, чего сам был лишен!

Джордж, казалось, был снова на грани взрыва, но сдержал свой гнев.

– Тогда пусть едут их отцы!

Розу не интересовали его братья и их дети: только Джордж. Она поставила еще одну корзину на кровать Хена и принялась ее разбирать. Можно было оставаться молчаливой, сосредоточившись на складывании изношенной потрепанной одежды, которую она так тщательно выстирала, но она пообещала себе позаботиться о Джордже, совсем не думая, что это легко.

– Совсем недавно ты говорил братьям, что не собираешься отказываться от обязанностей главы семьи. Так сейчас мы говорим об одной из них: ты можешь сердиться на меня за мои слова, но всем вам придется наконец решить, кем был ваш отец! Вы должны в этом разобраться. Избегая этого, вы наказываете не его, а самих себя. И как глава семьи ты должен показать им, что пора отодвинуть ненависть на задний план. Этот парад – только часть этого!

– Я не могу.

Роза не могла остановиться: она должна дойти до самого главного, до сути проблемы – неверие Джорджа в себя, недовольство собой!

– Тебе пора прекратить обвинять себя за то, что произошло! Ты не должен бояться, что станешь таким же, как он: дети редко повторяют своих родителей!

– Неужели ты живешь в нашей семье, – взмахом руки он очертил всю комнату, – и не видишь отметины, оставленные отцом на каждом из нас?! Ведь это можно понять, пробыв в нашей семье лишь один день, – Джордж дал волю своему гневу. – Хен убивает людей без малейших угрызений совести, Монти изводит всех, кого только может, получая от этого удовольствие, Тайлеру наплевать на всех нас, а Джефф поглощен только собой! Насколько я могу судить, Зак готов продать душу, лишь бы оказаться в споре на стороне того, кто одержит верх! Меня бросает в холодный пот при мысли, что я могу стать отцом таких детей!

Неожиданно он снял рубашку.

– Видишь это?

Рубцы. Более дюжины бледных шрамов на спине.

– Это сделал отец во время одной из своих пьяных выходок. Как ты думаешь, я смог бы жить, если бы сделал это со своим сыном?

Роза подумала, что жестокость этого человека была вне пределов понимания. Джордж был прав: она сможет ненавидеть его отца. Каким надо быть человеком, чтобы бить такого сына, как Джордж?! Она могла представить, что чувствовал он, вырастая и зная, что в его жилах течет кровь такого чудовища!

– Никто не говорит, что у тебя не может быть таких же черт характера, что и у твоего отца. Но вопрос в том, позволишь ли ты им себя погубить или придашь им другое направление!

– Трудно всегда контролировать то, что делает с тобой жизнь! Роза это знала: легко ей быть логичной, взвешивать все аргументы «За» и «Против», приводить разумные доводы, а Джорджу приходилось жить наедине с воспоминаниями – страстью, злобой, порочностью – и это все до сих пор стояло у него перед глазами! И этому невозможно было найти разумное объяснение! – Джордж, в Техасе нет никого, кто больше тебя был бы готов взять на себя ответственность! Как ты думаешь, что ты делаешь, пытаясь научить своих братьев уживаться вместе, когда ты стараешься улучшить породу своего скота, перегнать его на продажу или отправить своих ребят в Корпус Кристи? Это у тебя получается так естественно, что ты даже не понимаешь этого!

– Я никогда не любил принимать решения за всех!

– Нет, тебе нравится делать это! – возразила ему Роза со снисходительной улыбкой. – Как ты думаешь, почему тебе так нужна армия и ты любишь гоняться за бандитами Кортины? Тебе может не нравиться ответственность, но ты никогда не будешь счастлив, выполняя поручения других! И никогда не будешь доволен вдали от собственной семьи.

Было непохоже, что Роза его убедила.

– Полученное тобой в наследство от своего отца можно использовать для нормальной жизни. Посмотри, что успел сделать ты со своими братьями с тех пор, как вернулся домой! Хен не будет колебаться ни минуты, чтобы пожертвовать своей жизнью, защищая любого из нас. И Монти, хотя и раздражает иногда, но он самый упорный и трудолюбивый работник на ранчо! Тайлер безропотно трудится, не жалуясь ни на что, хотя терпеть не может все, что касается ранчо! Джефф отчаянно тебе предан. А Зак обманет даже бога, если это поможет провести лишнюю минуту с тобой!

Джордж выглядел уже не таким угрюмым, как прежде. Она не знала, слушает ли он ее или его голова полна менее унылых мыслей, пока она не закончит… Взяв три свои корзины, она сказала.

– Пойдем со мной на кухню, мне надо начинать готовить ужин!

Ритуалы их каждодневного быта не нарушались никогда, независимо от того, какой кризис переживали они в данный момент. Самый настоящий кризис – это если ужин в семь часов не стоит на столе!

– Если бы ты только позволил себе взглянуть на это, то увидел бы еще больше! – сказала Роза, снимая с полки большое блюдо. – Ты так боишься провала, что не хочешь даже попробовать, не хочешь поверить. Почему?

– Потому что я подвел своего отца!

– Нет, это не правда. Просто что-то сломалось у него внутри. Подай мне картошку!

– Если бы я только был в этом уверен…

Он слушал ее. Как бы она хотела заставить его поверить!

Она сняла с полки кастрюлю и налила туда воды.

– Есть ли что-нибудь такое, что мог бы сделать Зак, чтобы это заставило тебя отвернуться от него?

– Конечно, нет, – ответил Джордж из кладовки. – Он плут и не знаю, известна ли ему разница между тем, что плохо и тем, что он хочет сделать! Я не уверен, волнует ли вообще его то, что такая разница существует, – но в нем очень много хорошего!