Лорел - Гринвуд Лей - Страница 42

– Значит, вам нравятся дикие кошки? – позволила себе пошутить Лорел.

– Если вы считаете себя такой, то да.

– Тогда берегитесь: они опасны. У них острые клыки и длинные когти.

– Ничего страшного. Трое из моих братьев женаты на настоящих фуриях и вполне счастливы. Может, они, правда, знают что-то, чего не знаю я.

Лорел уже привыкла к волнующей близости Хена, к его неторопливой, рассудительной речи и осторожным прикосновениям. Но она была совершенно не готова оказаться в его объятиях! В мгновение ока руки Хена обвили ее тело, а губы прильнули к ее губам. Однако этот поцелуй не походил на прежние легкие прикосновения. Разгоряченные губы Хена жадно впились в ее губы. У Лорел захватило дух. Казалось, она вот-вот взорвется от переполнявших ее чувств.

Позабыв о здравом смысле, она обвила руками Хена и всем телом прижалась к нему. Разве можно думать о чем-то, когда рядом он! Все прежние мечты, убитые равнодушием Карлина, вновь вернулись к жизни. Объятия Хена манили в другой, счастливый мир.

– Отпустите мою маму! Возмущенный крик Адама вернул Лорел к реальности. Женщина отпрянула от Хена так, словно на нее вылили ушат холодной воды. Мальчик схватил шерифа за руку, пытаясь оттолкнуть от матери. Затем отчаянно заколотил ручонками по его груди.

Лорел отодвинулась от Хена.

– Все в порядке, сынок, – она ласково обняла Адама. – Он не обидел меня и не причинил зла.

– Пусть он уходит, – взволнованно произнес мальчик. – Я не люблю его.

Лорел смущенно покраснела.

– Адам, что на тебя нашло? Извинись сейчас же перед Хеном.

– Не буду, – упрямствовал Адам. – Я хочу, чтобы он ушел.

– О'кей, – сказал шериф, отодвигаясь от женщины. – Я уйду. Но потом вернусь. Я же обещал научить тебя ездить верхом.

– Я больше не хочу, чтобы вы учили меня.

– Ума не приложу, какая муха его укусила, – растерянно проронила Лорел. – Раньше он никогда так себя не вел. – Она запнулась и, покраснев, продолжила. – Он, правда, никогда не видел, чтобы меня кто-нибудь целовал. Может, он решил, что вы делаете мне больно?

– А может, он просто ревнует.

– Возможно, – отозвалась она задумчиво. Но за непонятным поведением сына стояло что-то другое, более серьезное. Адам взобрался на колени матери и, обхватив ее шею руками, прижался к Лорел, словно хотел загородить от шерифа.

– Вы не будете возражать, если я приду завтра?

– Не буду.

– Может, и тебе станет завтра лучше, – Хен улыбнулся Адаму. Но мальчик, насупившись, так и не ответил на приветливую улыбку шерифа.

– Не понимаю, что… – начала оправдываться Лорел.

– Не стоит беспокоиться, – перебил Хен, поднимаясь на ноги. – Думаю, завтра все прояснится. – Он замолчал, затем добавил: – Я имею в виду то, что я сказал в день нашего знакомства.

Женщина, вспыхнув, смущенно опустила глаза. Затем, придя в себя, зачарованно посмотрела вслед удаляющемуся шерифу. Не прошло и тридцати минут, как Хен появился на лугу, а все вокруг казалось совершенно иным. Сама жизнь приобрела иной смысл. Черные невзгоды вдруг магическим образом превратились в светлые, радостные надежды. Неприступные ранее барьеры пали в мгновение ока. Впервые со дня смерти отца Лорел не испытывала страха перед будущим: пока Хен Рандольф рядом, не страшен ни Бог, ни черт.

Адам, наконец, освободил ее.

– А теперь сынок, будь любезен объяснить свое поведение. Почему ты обидел человека, который был так добр к тебе?

К изумлению Лорел, Адам неожиданно расплакался и убежал, оставив ее одну. Она застыла неподвижно, потрясенная всем случившимся.

В душе внешне спокойного и уравновешенного Хена бушевала буря. Собственное поведение удивляло и пугало его. Он не собирался целовать Лорел, хотя она и нравилась ему. Но едва губы коснулись ее губ, как он моментально осознал, что этого мгновения ждал всю жизнь. Пальцев одной руки не хватило бы, чтобы пересчитать женщин, с которыми он целовался. И каждый раз у него не возникало больше желания повторить сей ритуал.

С Лорел все обстояло совсем иначе. Руки, казалось, помимо воли тянулись к ней, чтобы прикоснуться к нежной, бархатистой коже. Он изнывал от страстного желания заключить ее в объятия и не отпускать. Странно, но исчезло беспокойство, рассеялось и раздражение. Даже боль, мучившая его долгие годы, рассеялась, уступив место другим чувствам.

Боль, которая всегда была с ним, отступила! Он уже сроднился с этой болью, считая ее неизбежной и даже привычной. Наверно, каждый человек, вынужденный сторониться людей и скрывать от посторонних глаз свои чувства, испытывает подобное. Она – своего рода расплата за силу и мужество, за способность в одиночку противостоять ударам судьбы.

На сердце стало легко и спокойно. Лорел и Адам радушием и теплотой оросили живой водой израненную, высохшую и потрескавшуюся, как земля в пустыне, душу Хена. И возродили ростки надежды на светлое будущее.

Но что же дальше? Загадывать было слишком рано. А пока нужно думать о безопасности Лорел. Нужно убедить ее перебраться в город. А потом, когда он сложит с себя обязанности шерифа, он уговорит ее покинуть и Сикамор Флате. На свете сотни городов. В любом из них она без труда найдет подходящую работу.

Й, конечно, найдет мужчину, за которого выйдет замуж.

Последнее обстоятельство смущало и беспокоило Хена. Хорошо ли будет обращаться муж с Лорел?

Как только Лорел покинет Сикамор Флате, одной она долго не пробудет. Красивая женщина, если надеть на нее изысканный наряд – у любого мужчины дух перехватит. Такой обворожительной женщине не обязательно выходить замуж; за какого-нибудь фермера средней руки. Если привезти Лорел в Сан-Антонио или Остин, то она сможет найти состоятельного мужа.

Размышления прервало появление Джорди, издали, еще за чертой города, увидевшего шерифа. Мальчик сломя голову мчался навстречу Хену. Заметив на его лице таинственную улыбку, молодой человек вспомнил о странной перемене, произошедшей в Адаме.

Очевидно, что-то случилось, но что? Может, Джорди знает?

– Его зовут Авери Блакторн, – доверительно сообщил Джесси Мак-Кафферти. – Остановился в двух милях от города. Он теперь работает на Фила Бейкера и ездит с его поручениями в Таксон.

– А как он ведет себя в городе? Чем интересуется?

– Ничего особенного. Общается только с теми, с кем связан по работе.

Поведение Блакторна вызывало серьезные подозрения. Неспроста он появился в здешних местах – его визит, должно быть, как-то связан с Адамом. Но если бы он собирался похитить мальчика, то давно бы уже сделал это. Что же он задумал?

– Вы не заметили, чтобы он подходил к Адаму?

– Не-а. Да как к нему подойдешь? Он же дикий, как волчонок.

– А вы не знаете, когда Блакторн в следующий раз отправляется в Таксон?

– Конечно. Его лошади находятся в конюшне.

– Дайте мне знать, когда он будет возвращаться в город. Хочу присмотреться к нему.

Глава 16

Лорел медленно поднялась по ступенькам дома Нортонов и подошла к двери. Сердце испуганно замерло – она никак не решалась постучать. Назначенное на вторник чаепитие вызвало двоякое чувство.

Только с появлением в Сикамор Флате Хена Рандольфа она осознала в полной мере, как сильно она устала от одиночества. Она жила отшельницей – не имела друзей, не ходила в гости и ее никто не приглашал. Лорел была лишена даже возможности хоть изредка посудачить в компании женщин. Но – достаточно, хватит отворачиваться от людей и сторониться всего света! Конечно, между ней и Нортон лежала огромная пропасть, но Лорел не собиралась отказываться от дружбы, которую предлагала Миранда Трескотт.

Собравшись с духом, она, наконец, подняла руку и постучала.

Мимолетный взгляд на покрасневшие, огрубевшие от работы и потрескавшиеся руки вновь напомнил о чувстве неполноценности. Но отступать поздно. Лорел спрятала руки в складках юбки, что, однако, усугубило ее мучения.