Лорел - Гринвуд Лей - Страница 11

Лорел выбралась в город в такой ранний час, так как не хотела ни с кем встречаться. Женщины Сикамор Флате отказались принять ее в свой круг. И бесполезно было кому-то говорить, что ей не нужны чужие мужья. Невероятно, но одинокая, бедная женщина с шестилетним ребенком на руках вызывала настоящий переполох. Не раз Лорел замечала, как, едва завидев ее, жены испуганно заталкивали мужей в дом.

Конечно, мужчины рады были принять Лорел. Но, увы, на неприемлемых для нее условиях. Поэтому молодая женщина твердо решила не наживать лишних неприятностей и приходила в город на рассвете, когда жены еще только начинали готовить завтрак, а мужья нежились последние минуты в постели.

Всю прошедшую неделю она особенно тщательно избегала людей. Приходилось прикрывать синяки спущенной на глаза тонкой косынкой. Пока Адам разносил корзины с чистым бельем, забирал предварительно оставленные на крыльце деньги и грязные вещи, Лорел скрывалась в тени домов. Двигаясь позади зданий, она старалась обойти клиентов как можно быстрее, чтобы избежать нежелательных встреч и разговоров. Что, впрочем, не составляло особого труда: большинство женщин было занято хлопотами по хозяйству.

Но с миссис Уорти дело обстояло совершенно иначе.

– Зачем это, интересно знать, вы закутались в платок? – удивленно спросила Грейс.

Лорел попала в затруднительное положение: все знали, что Дэмьен напал на нее, но она никому не показывала свидетельства нападения.

Грейс заметила смущение молодой женщины.

– Можете не говорить, если не хотите. Входите и выпейте чашечку кофе.

Она открыла заднюю дверь ресторана, приглашая Лорел войти.

– Не хочу отнимать у вас время. Вы, должно быть, так заняты…

– Не волнуйтесь, пока нет. Постоянные клиенты не появятся в ресторане раньше, чем через пару часов. Заходите, заходите. Вместе с сыном.

Грейс не обращала внимания на настороженность Лорел.

– Со вчерашнего дня у меня остался кусок пирога. Мальчику он понравится.

У Адама слюнки потекли, и он решительно переступил порог. Матери ничего не оставалось, как последовать за сыном. Как бы она ни притворялась, ей очень не хватало женского общества. Не хватало со дня смерти матери. С того самого времени, когда семь лет тому назад она убежала из дома. Миссис Уорти нравилась Лорел, и она, в отличие от всех других женщин, не смотрела на Лорел с чувством превосходства.

– Просто поразительно, что вы способны вставать так рано и так рано приступать к работе, – заметила миссис Уорти, наливая две чашки кофе и подавая Адаму огромный кусок яблочного пирога. – Не удивлюсь, если некоторые женщины ворчат, когда их тревожат так рано.

Лорел улыбнулась и благодарно приняла чашку с кофе.

– Большинство, как правило, заранее оставляют на крыльце белье, да и деньги, чтобы их не беспокоили.

– А мне бы на вашем месте хотелось узнать, с кем я имею дело и на кого работаю, – не сдержалась от замечания Грейс.

– Уверяю, вы бы думали иначе, если бы на вас смотрели свысока, а к вашему маленькому сыну относились так, словно он способен дурно повлиять на других детей.

– Возможно, – согласилась миссис Уорти. – Боюсь, я бы не удержалась от резких слов.

– Да, это иногда помогает.

– Верно, хотя нехорошо сквернословить. Доедай все, малыш, – сказала Грейс мальчику, который, быстро управившись с пирогом, жадно смотрел на оставшийся кусочек.

– Наверно, вам интересно знать, что Дэмь-ен сделал со мной? – спросила Лорел.

Грей дружелюбно улыбнулась.

– Не скрою любопытства.

Лорел развязала платок и открыла лицо, и глаза Грейс округлились от неподдельного ужаса.

– Вы бы посмотрели на меня на прошлой неделе!

– Но почему он так жесток?

– Семья моего мужа решила, что пришло время воспитать из Адама настоящего Блакторна. Когда я не позволила Дэмьену забрать мальчика, он избил меня.

– Надо было стрелять!

– Дэмьен застал меня врасплох. Если бы поблизости не оказался шериф, он бы увез сына.

– Слава Богу, вы сейчас в безопасности.

– Да, но ненадолго. Они все равно вернутся за Адамом.

– Но…

– После того как кто-то выпустил из тюрьмы Дэмьена, Блакторны поняли, что в Сикамор Флате им бояться нечего.

– Вы забыли о шерифе.

– Один в поле не войн. Что он может сделать? Еще неизвестно, решится ли он принять вызов Блакторнов. Что он за человек? – невольно вырвалось у Лорел. Именно желание разузнать что-либо о Хене заставило женщину принять приглашение Уорти. – Извините, мне не следует, видимо, задавать подобный вопрос, – быстро добавила она. – Но я должна знать, сможет ли он защитить нас.

– Я бы на вашем месте, тоже постаралась побольше узнать о единственном человеке, ставшем между вами и Блакторнами.

– Он не только стал между нами. Он еще позаботился и о моих ранах, – вдруг разоткровенничалась Лорел. – Шериф заставил приложить к лицу половинки плодов опунции. У меня был такой вид, что даже Адам смеялся. – Она тяжело вздохнула. – Но Блакторны не прощают поражений. Кто-то должен предупредить шерифа. Ему нужно покинуть город.

– Почему бы вам самой не поговорить с ним?

– Нет, нет, я не могу! Это будет выглядеть черной неблагодарностью, особенно после того, что он сделал для меня.

– Конечно, я бы могла попробовать убедить его, но не уверена, что он последует моему совету. Он сильный и гордый человек. А насколько я знаю по собственному опыту, гордые мужчины не спасаются бегством, даже если им на самом деле грозит смертельная опасность.

У Лорел от напряжения засосало под ложечкой.

– Вы хотите сказать, что он принадлежит к тем людям, которые предпочитают либо убить, либо быть убитым?

– Горас сказал, что владельцы ранчо выбрали на место шерифа Хена Рандольфа только потому, что у него репутация человека, готового убить любого, кто станет на пути.

Убийца! Хен Рандольф – хладнокровный убийца!

. К горлу подступил ком: куда бы она ни повернулась, она обязательно сталкивалась с человеком, готовым на убийство. Как хотелось, чтобы Хен Рандольф не был таким! Он остался равнодушным к ее чувствам, однако проявил заботу и внимание. Но, увы, судьба жестока!

Лорел поставила чашку на стол и решительно встала.

– В таком случае, нет необходимости беспокоиться о нем. Он сумеет о себе позаботиться.

– И вы не собираетесь рассказать ему о Блакторнах? – осторожно поинтересовалась Грейс.

– Если его наняли для того, чтобы он поймал похитителей скота, думаю, он уже достаточно узнал об этой семье. – Она накинула на голову косынку и завязала так, чтобы скрыть почти все лицо. – Нам пора. Мы и так уже злоупотребили вашим гостеприимством. Адам, пойдем.

Грейс проводила гостей до дверей.

– Похоже, вы очень не любите людей с оружием.

Лорел резко повернулась. В карих глазах горел огонь негодования.

– Мой отец был миролюбивым человеком, но его застрелили. Мой муж не расставался с ружьем. Его убили через несколько недель после нашей свадьбы.

Грейс открыла, было, рот, чтобы сказать что-то, но, видимо передумав, промолчала.

– Знаю, никто не верит, что мы с Карлином находились в законном браке, далее его семья упрямо отрицает этот факт. – Лорел снова повернулась к двери. – Я постараюсь выстирать ваше белье к завтрашнему дню. Но, боюсь, не успею, у меня много работы.

– Ничего страшного. Меня устроит, если получу его на день позже.

Выйдя из города, Лорел направилась по дороге мимо Сикамор Флате, небольшого пересохшего озерца, которое наполнялось водой лишь после сильного ливня и в сезон дождей. Обычно неторопливая прогулка среди дубов и платанов, надежно защищавших не только от жары, но и от любопытных глаз, умиротворяла Лорел.

Но не сегодня! Голова была занята беспокойными мыслями о Хене Рандольфе.

– Неужели человек, рисковавший жизнью ради незнакомой женщины, может быть жестоким, бессердечным убийцей? – вырвалось у Лорел. Она не хотела верить в то, что Хен такой лее хладнокровный убийца, какие посещали салун отчима.