Ферн - Гринвуд Лей - Страница 18

– Надеюсь, она в лучшей форме, чем ты после вашей беседы. Но если Роза обнаружит, что у Ферн поднялась температура, ты за это дорого заплатишь.

– Это самая упрямая, несносная особа из всех, каких я когда-либо встречал, – сказал Мэдисон, показывая пальцем на комнату Ферн.

– Примерно так Роза охарактеризовала твоих братьев, когда впервые появилась на ранчо. Ты не думаешь, что все эти твои слова о Ферн больше подходят тебе?

– Если бы ты только слышал, что она говорила…

– Я слышал все.

Мэдисон в недоумении посмотрел на него.

– В июле тут всегда из-за жары окна открыты настежь. Все в Абилине, наверное, знают теперь, о чем вы с ней говорили. Не пойму, что с тобой случилось за последние десять лет, но в семье тебя не учили так обращаться с женщинами, даже с теми, которые тебя раздражают. Мне просто стыдно за тебя.

Мэдисон думал, что он взорвется. Какого черта он вообще уехал из Бостона? Тут с ним обращаются точно так же, как обращался отец в детстве. Старик вечно подкалывал его, делал обидные замечания по поводу того, что Мэдисон, мол, слишком умный, читает всякие ученые книги, общается с этим Фрэдди. Отец унижал его.

От Джорджа он такого не ожидал. Джордж всегда старался защищать его, объяснял отцу, что не надо так обращаться с Мэдисоном. Джордж утешал его, когда он весь дрожал и трясся после колких слов отца. Мэдисон полагал, что может рассчитывать на Джорджа, а тот так подвел его.

– Мне плевать, что ты обо мне думаешь, – сказал Мэдисон дрожащим от злобы голосом. – Я хочу доказать, что Хэн не убивал Троя Спраула. Потом я уеду в Бостон, и ты уже больше никогда обо мне не услышишь.

Он повернулся к брату спиной, спустился по ступеням крыльца, пересек дворик и вышел на улицу. Он хотел выпить чего-нибудь покрепче и решил отправиться в самый шумный и наиболее опасный салун города. Если Абилин действительно имеет репутацию самого дикого города на Западе, то лучше Мэдисону прятаться здесь от пуль, чем от своих мыслей.

Ферн хотела откусить себе язык. Зачем она опять довела Мэдисона до ярости? Ведь во всем, что случилось, виновата больше она, чем он. И все же, как только он вошел, она испытывала такое чувство, будто он вторгается в ее личную жизнь. Это настораживало ее, а когда она настораживалась, то была воинственна. Так она и относилась ко всем мужчинам – с настороженностью и воинственностью.

Интересно, почему никто не заметил этого до сих пор?

(Заметили. Мужчины перестали ухаживать за тобой, потому что это было бесполезно.)

– Я не хотела пускать его, – оправдывалась миссис Эббот, влетая в комнату. – Неприлично, если мужчина находится в спальне женщины.

– Он просто пришел узнать о моем здоровье.

Черт возьми! И она его еще защищает перед миссис Эббот.

– Это не порядочно, – настаивала хозяйка дома, оскорбленная в своих лучших чувствах. – Может быть, он и думает о вашем здоровье, но ведет он себя грубо. Некоторые люди считают, что если они учились в модных учебных заведениях и носят шикарную одежду, то им все позволено, как королям.

Ферн не носила шикарной одежды и не закончила даже начальной школы, но все время вела себя, как капризная принцесса. Она не могла винить Мэдисона за подобное поведение.

– Может быть, он исправится, когда у него улучшится настроение.

– Если он опять придет сюда и будет обращаться со мной, как с черной рабыней, то настроение у него гораздо ухудшится, – сказала миссис Эббот. Она так энергично стала поправлять постель, что Ферн опасалась, как бы не порвалась простыня или еще что-то.

– Миссис Рэндолф вернулась?

Лицо миссис Эббот прояснилось как по мановению волшебной палочки.

– Не думаю. На крыльце тихо. Ее нет, а малыш зовет мать каждую минуту. Мистер Рэндолф определенно любит ее слишком безрассудно. Можно подумать, что он хочет избаловать ее. Посмотрите, как он ходит за женщиной с брюхом, как у коровы, которая вот-вот должна отелиться. Но и она очень любит его, это видно.

Миссис Эббот считала, что в комнате Ферн нужно срочно навести порядок после вторжения Мэдисона. Даже одежда Ферн, эта мужская одежда, которую она не одобряла, лежала не так, как надо.

Ферн не хотела слушать про то, как Джордж балует Розу и обожает ее. Сама она считала себя никому не нужной, и поэтому ей было грустно слушать о том, как кто-то кого-то очень любит. От этого ее настроение отнюдь не улучшалось. Ведь вся эта любовь и забота не для нее.

– А посмотреть на нее, она же такая маленькая, – продолжала миссис Эббот, – и такая грациозная, а ведь уже родила одного ребенка и собирается рожать другого. Немудрено, что все мужчины в городе обращаются с ней, как с королевой. Я никогда не видела более элегантной дамы.

(А я, наверное, по ее мнению, похожа на бизона.) Миссис Эббот начала наводить порядок на туалетном столике возле кровати Ферн.

– Но она вовсе не сидит все время, прихорашиваясь перед зеркалом. Если бы я ей позволила, она бы переделала всю мою работу. В то время как сама платит мне за то, что я ухаживаю за ней. И что бы я ей ни говорила, она продолжает присматривать за моим Эдом. Такие женщины очень редко встречаются, вот что я вам скажу.

К счастью для Ферн, которая готова уже была расплакаться, слыша, какое почтение миссис Эббот испытывает к Розе, сама Роза вошла в комнату.

– У вас мешки под глазами, – сказала Роза, внимательно посмотрев на Ферн. – Полагаю, что ваш разговор с Мэдисоном был не из приятных.

– Еще бы, – воскликнула миссис Эббот, сверкнув глазами. – Как может порядочная женщина терпеть мужчину в своей спальне? А он ведь еще орал все время.

Роза вопросительно посмотрела на Ферн.

– Ему не понравилось кое-что из того, что я сказала о нем, – объяснила Ферн, недовольная тем, что должна признавать свои ошибки.

– Ему не понравилось! – воскликнула миссис Эббот. – Ну и ну! Пусть он мне еще раз попадется на глаза. Вот тогда ему точно не понравится.

– Не думаю, что следует с ним ругаться, – сказала Роза. – Ему нужно спокойно заниматься делом Хэна и искать доказательства невиновности парня.

– Извините, но я не хочу, чтобы он врывался в мой дом.

Роза хотела спрятать улыбку, но это ей не совсем удалось.

– Я думаю, он ничего плохого не замышлял. Можно попросить вас подогреть молоко? Мисс Спраул лучше бы поспать.

– Уже иду, – сказала миссис Эббот. Она еще раз поправила салфетку на туалетном столике и в который раз осмотрела комнату – все ли в порядке.

– Надеюсь, он не слишком огорчил вас, – сказала Роза.

– Скорее я огорчила его, – произнесла Ферн, которая так обрадовалась тому, что слишком взыскательная миссис Эббот, наконец, ушла, что готова была рассказать Розе практически все, о чем бы та ни спросила.

Роза посмотрела на нее долгим, проницательным взглядом. Ферн казалось, что она смотрит ей прямо в душу.

– Вы так его ненавидите?

– Я не ненавижу его, – воскликнула Ферн, обнаружив вдруг неожиданно для себя, что действительно ненависти к нему у нее нет. А ведь она думала, что ненавидит его. Хотела ненавидеть.

– Я просто не хочу, чтобы его брат оказался на свободе. – Она не могла рассказать о том, как он раздевал ее и про сорочку. Даже Розе она не хотела про это говорить. – Но я не ненавижу его. И не думаю, что кто-то его ненавидит.

– Еще как ненавидит.

– Но почему? Он часто говорит не подумав и язык у него довольно острый, но Мэдисон не злой человек. Он просто не хочет думать о том, что его слова задевают других людей. И ему не нравится наш город. Все в Канзасе его раздражает. Особенно я.

– В общении со своей семьей у него могут возникнуть куда более серьезные проблемы, – сказала Роза. Взгляд ее был затуманен. Теперь уже она поправляла салфетку. – Я хотела бы, чтобы вы оказали мне услугу.

– Конечно, – охотно согласилась Ферн. После того, что Роза для нее сделала, было бы свинством отказать ей в просьбе.

– Может быть, вам покажется странным то, о чем я вас попрошу, но не могли бы вы быть милы с ним?