Джейк - Гринвуд Лей - Страница 43

Изабель отдернула руки, но глаз не подняла. Максвелл видел, как она борется с собой. Джейк встал.

– Подумайте, но знайте, если вы поедете на этой телеге в Остин, я посажу в нее Вилла и Пита.

Изабель, наконец, посмотрела на него.

– Вы этого не сделаете. Не можете так поступить.

– Могу и сделаю. Вы не можете поплясать здесь, спихнуть на меня десять парней, испытать угрызения совести и сбежать, спрятаться.

– Я не прячусь.

– Нет, прячетесь. Боитесь меня и себя самой, того, что может произойти между нами в будущем. Вы бежите.

– Это плохо?

– Это бесполезно. Вы ошибаетесь. Все ошибаются. Но если учитесь на ошибках, то идете дальше. Ведь так вы внушали мальчикам. Вы не сказали Баку спрятаться, потому что какой-то ублюдок чуть не забил его до смерти. Или Зику, потому что другой ублюдок посадил его на цепь, как собаку.

– Вы думаете, я трусиха?

Джейк протянул руку и поднял ее на ноги.

– Думаю, вы сильная и храбрая женщина, но испуганы и запутались. Вы не понимаете, что случилось, но не найдете ответа в Остине.

Изабель вырвала руку. – Так что же мне делать?

– Поедем с нами в Санта-Фе. Вы никогда не простите себе, если бросите ребят. Они значат для вас больше, чем все, что было между нами.

Изабель зашагала взад-вперед. Джейк знал – ее сильно влечет к нему, иначе она никогда не позволила бы ему заниматься с ней любовью, но к мальчикам привязана гораздо сильнее. А Джейк ей просто нужен.

Максвеллу это не нравилось. В конце концов это не рынок женихов, а он обнаружил, что окружен мальчиками, которые тянутся к нему, будто связаны с ним кровными узами.

С другой стороны – влечение между ним и Изабель было таким же сильным. Но это влечение, в основе которого лежит физическая природа. Что касается всего остального, они едва ли могли бы быть более разными.

Так почему его раздражает, что Изабель любит мальчиков и не любит его? Джейк не мог этого объяснить. Это не потому, что он хочет жениться, или осесть, или даже завести любовницу. Женщины типа Изабель не выходят за ковбоев. Он видел жен ковбоев и знает.

Изабель остановилась и повернулась к Джейку.

– Я поеду, но на двух условиях.

Вот так всегда с женщинами. Для них просто да или нет невозможно.

Она держалась на расстоянии.

– Должна сказать вам, что нахожу вас чрезвычайно привлекательным. Не понимаю, почему, но это так. И не уверена, что смогу выполнить свою часть договора. Если не смогу, я уйду.

Это называется открыть карты. Она крепче, чем он думал.

– Мальчики все время будут рядом. Это должно помочь.

– Мне не нужна помощь.

– Если вам от этого станет легче, я мало чем могу помочь, со своей стороны. Нелегко думать о сладком вкусе ваших губ и говорить о бобах и кофе.

– Мистер Максвелл, вы обещали…

– Все-таки – Джейк. Я сдержу обещание, но вы не должны думать, что только вас одолевают искушения. Каковы остальные условия?

Изабель смутилась. Джейку страшно хотелось сказать, как привлекательно она выглядит, но он боялся отпугнуть ее еще больше.

– Вы должны заплатить мальчикам приличное жалованье. Не знаю, сколько, но они должны что-то получить за свою работу.

– Если мы доберемся со стадом, которое можно продать, то заплачу им по сорок долларов.

– Вы должны согласиться оставить их у себя, пока я не решу, что с ними делать.

– И даже привезти их обратно на ранчо?

– Если потребуется.

– Вы останетесь с ними? Изабель побледнела.

– Сделаю, что смогу.

– Если я должен дать гарантии, то и вы тоже. Изабель, казалось, потеряла самообладание, с которым держалась все утро.

– Как я это сделаю, если в любой момент могу кинуться вам на шею?

Он не мог удержаться от улыбки – ни одна женщина никогда еще не грозилась изнасиловать его.

– Обещаю визжать так громко, что сбегутся мальчишки.

– Не смейтесь надо мной, – кулаки Изабель сжались, голос от унижения звучал глухо. – Я не хочу любить ваши поцелуи, ощущение ваших рук на теле, любить быть рядом с вами, но не могу справиться с этим. Черт, я нахожу вас привлекательным даже утром, когда ваши волосы встрепаны. Вот, из-за вас я начинаю ругаться.

Джейк онемел. Слова Изабель настигли его, как мощный удар. Мгновенно тело заныло от желания. Прошлая ночь не утолила голода по ней, лишь еще больше разожгла. Он мог отрицать это, пока думал, что Изабель не хочет его, но не мог, когда узнал – она хочет его так же сильно, как Джейк хочет ее.

– Я тоже хочу вас, но обещаю, мы не будем заниматься любовью, пока оба не согласимся, что это именно то, чего хотим.

Изабель отступила.

– Это не та гарантия, которая мне нужна.

– Это все, что я могу сделать.

– Почему вы называете это «заниматься любовью»? Мы не любим друг друга.

Напряженный взгляд сказал ему, что вопрос задан не из праздного любопытства.

– У нас сильное чувство друг к другу. Может быть, мы не знаем точно, как его назвать, но оно есть. Иначе вы никогда не позволили бы мне остаться. А я никогда не остался бы.

– Я думала, мужчины хотят женщин… любую женщину…

– Возможно, некоторые. Я – нет.

Изабель долго молчала. Затем вздохнула, расправила плечи и приняла решение.

– Нам лучше двинуться в путь. Зик, наверное, уже гадает, вернемся ли мы.

Когда они прибыли, Зик сидел в хижине кузнеца. Цепь исчезла, ссадина на ноге была обработана.

– Это очень голодный парень, – сказала жена кузнеца. – Вы должны хорошо кормить его.

Зик выглядел менее злым, менее напряженным, но не разговаривал. Молча забрался в фургон и натянул на себя одеяло.

– Не нужно закрываться, – сказал Джейк. – Фермеры вчера уехали домой.

Кузнец вывел лошадь, которую Максвелл отдал ему в уплату за работу, и привязал сзади фургона. Потом вынес украшенное седло из черной кожи и упряжь и бросил все в фургон.

– Эта лошадь ваша, – удивился Джейк.

– Мне не нужны ни лошадь, ни седло, – ответил кузнец. – Они могут понадобиться Зику. Никто не знает, когда ему снова придется бежать, чтобы спасти свою жизнь.

– Ему больше не придется бежать, – твердо произнес Джейк.

Джейк смотрел на дымок, лениво поднимающийся над все еще тлеющими балками. Он, конечно, знал, что фермеры ненавидят его, но с трудом мог поверить, что они сожгли его дом. Очевидно, это работа не индейцев или разбойников. В пожаре не было ничего случайного или поспешного. Все столбы в корале выдернуты и вместе с жердями сложены в кучу в хижине и в бараке. Джейк не удивился бы, если бы узнал, что они плеснули нефтью на сухое дерево, чтобы лучше горело. Должно быть, тщательно поддерживали огонь, пока ничего не осталось.

– Кто мог это сделать? – Изабель была ошеломлена.

– Руперт, – прошипел Зик. – Один из моих хозяев.

– Он думает, что я причастен к твоему побегу, – предположил Джейк.

– Вы можете сквитаться с ним, – отозвался Зик. – Я знаю дорогу.

– Это будет пустая трата времени. Они все поклянутся, что весь день сидели дома. И никто не подтвердит, что Руперт купил раба, бил и морил его голодом. В этом они все заодно. Что сделал один, сделал для всех остальных.

– Но сжечь ваш дом!

– Здесь не много было.

Это не так уж походило на дом, но это был его дом, единственный, какой у него когда-либо имелся, который он защищал в войну, куда вернулся, когда потерял все остальное. И вот теперь его нет. У Джейка появилось искушение принять предложение Зика и броситься прямо в поселок фермеров. Половина из них были бы мертвы до рассвета.

Но он этого не сделает. Это вызовет новую волну ненависти, еще больше сирот.

Безопасность Изабель и мальчиков – вот главная причина, почему он не хочет мстить. Только он и его стадо отделяет их от вынужденного возвращения в Остин. Добраться до Нью-Мексико – лучшая месть.

– По седлам, – велел он мальчикам. – Мы едем в лагерь.

– Стемнеет прежде, чем мы доберемся туда, – возразила Изабель.