Джейк - Гринвуд Лей - Страница 34

Джейк и раньше совершал ошибки, но никогда не вел себя как полный идиот.

Может быть, он потерял бдительность, потому что девушка никак не вписывалась в тот образ, который он заранее себе составил. Изабель красива, женственна и хрупка, но к тому же обладает храбростью и решительностью. Она спорит по малейшему поводу, никогда не кажется усталой и никогда не отлынивает от дела. И все время ухитряется больше быть похожей на леди, чем любая из известных ему женщин.

Поэтому Джейк поцеловал ее.

Нет, он поцеловал ее потому, что в ней есть что-то очень женственное и влекущее. Она может быть леди, но вкладывает душу во все, что делает. Невозможно быть рядом с ней и не заразиться ее энергией.

И поэтому он поцеловал ее.

Нет, и это не точно. Черт, не знает Джейк, почему поцеловал. Просто так случилось, и не знает, с чего так расстроился. Он целовал женщин, но так – никогда. Прежде делал это, потому что от него этого ждали, или потому, что так желало его тело. Изабель Джейк поцеловал потому, что очень этого хотел.

Это, может быть, не так уж плохо, но этим не кончится. Максвелл хочет от нее большего, и это опасно.

Он слишком долго жил один и, должно быть, свихнулся. Никогда Изабель не полюбит мужчину, который так ей не нравится. Кроме того, напомнил Джейк самому себе, он не хочет связывать себя чувством, хоть отдаленно напоминающим любовь.

Это сказывается на способности мыслить, заставляет мужчин делать безумные вещи, вроде того, чтобы погубить самого себя, стараясь угодить женщине.

Всем известно, женщины – создания неразумные. Они всегда хотят того, чего не имеют, и ничего не могут с этим поделать. Это просто их природа, вот как Изабель настаивает на хороших манерах за столом.

Мрачные размышления Джейка были прерваны звуком, который производил кто-то неопытный, пытаясь крадучись взобраться на крыльцо.

Брет принес обратно тарелку и взял спальник.

Джейк сказал в темноту:

– Если хочешь воспользоваться им, то с тем же успехом можешь вернуться.

Брет застыл, приготовившись бежать.

– Ты не можешь рассчитывать, что Изабель будет оставлять тебе еду на крыльце. Мы едем в Нью-Мексико меньше чем через неделю. Что тогда будешь делать?

Ответа не было, но Брет не убегал.

– Ты расстроил Изабель. Она весь день была не в состоянии думать ни о чем другом. Я говорил, что ты этого не стоишь, но она считает, ты так же нужен, как любой другой.

Брет все еще молчал. Джейка это немного раздражало, но он был не против поговорить. Все равно не может уснуть.

– Если она для тебя хоть что-то значит, ты дотащишь свою задницу до барака. Если ты думаешь только о себе, поскорее дай себя убить. Тогда она перестанет волноваться о тебе.

– Никто не волнуется обо мне, – голос Брета дрожал от гнева.

Джейк вздохнул с облегчением. Мальчик заговорил. Половина битвы выиграна.

– Я не знаю, что у тебя на уме. Все время, что ты здесь, ты зол, как нарыв, готовый прорваться. Возможно, у тебя есть для этого причины, не знаю. Знаю только, что, сбежав, ты ничего не добьешься.

– Вы никогда не сказали ни слова о том, чтобы научить меня ездить верхом, чтобы я помог с вашими чертовыми коровами.

Джейк рассмеялся про себя. Теперь они добрались до сути.

– Брет, ты очень похож на меня, слишком упрям. Я не буду упрашивать тебя помочь мне. Хочу, чтобы ты научился ездить на лошади, потому что ты нужен мне, но смогу обойтись и без тебя. Может быть, не так хорошо, но я справлюсь.

– Все так говорят. Никому нет дела до меня.

– Покажи, что ты стоишь того, чтобы о тебе думали, – подзадорил Джейк. – Пока я вижу мальчишку, который делает как можно меньше, ждет, что весь мир станет заботиться о нем, и ненавидит тех, кто о нем беспокоится. Ты всегда отталкиваешь мальчиков, а потом думаешь, что тобой пренебрегают из-за неумения ездить верхом. Они достаточно ясно показали, что ты не прав.

– Это ничего не меняет. Никому нет дела до меня.

Брет ничем не отличался от всех остальных. Он просто хочет быть нужным кому-то.

– Есть. Мне есть.

Глава 14

На следующее утро, увидев Брета, выходящего из спального барака, Изабель так удивилась, что заключила его в объятия. Оказалось, он выше ее и не так худ, как она считала, – мальчик был на грани превращения в мужчину.

Изабель почувствовала, как он напрягся, и быстро отпустила его. Джейк прав – Брет юн и испуган, но не хочет показать, что ему нужно женское участие. Мужчины – странные и противоречивые существа, скрывающие естественные потребности в ласке и заботе, что, как известно, должны иметь все.

Насколько все оказалось бы проще, если бы все были, как Вилл. Тот любит, когда его обнимают. Все остальные напичканы мужской гордостью. Прямо как Джейк.

– Я рада, что ты вернулся. Беспокоилась о тебе. Брет пожал плечами.

– Джейк только хотел помочь. Он говорит, тебе нужно уметь ездить верхом…

– Мы уже поговорили. Вам нужны дрова?

– Довольно много.

Брет, казалось, решительно не хотел позволять заботиться о себе, и это обидело Изабель. Она смотрела вслед мальчику. Он, должно быть, ужасно одинок, думая, что его никто не любит. Изабель все понимала, ведь сама чувствовала то же самое.

Остаток утра тоже прошел не так, как ожидала девушка.

– Мы едем в город за продуктами, – объявил Джейк, как только все собрались в кухне. Мальчики перестали есть, взгляды устремились на Джейка. Им было не по себе при первом же изменении в привычном распорядке, и это показывало, насколько они еще незрелы и напуганы.

– Вилл, Пит и Брет едут с нами.

– Почему я? – спросил Брет.

Изабель хотелось бы, чтобы он не возражал так быстро, но пока бессмысленно ждать этого.

– Фермеры считают – вы все трое из города. И очень удивятся, если я оставлю одного из вас. К тому же это лишит их возможности рыскать вокруг.

– А что будем делать мы? – спросил Шон.

– Собирать и клеймить скот. Чем больше его соберем, тем больше сможем продать. Бак будет с вами, но вы должны быть абсолютно уверены, что его не видно.

– А Зик?

– Едет с нами. Нужно найти кого-нибудь, кто снимет цепь с его ноги.

Сейчас пейзаж уже не казался таким угрожающим и неприветливым. Изабель заметила, что невысокие гранитные скалы почти скрыты виргинскими дубами, голубыми цветами мескалевых бобов и желтыми мескитовыми деревьями. Обильные весенние дожди продлили период цветения. Склоны холмов и более плодородные низины в каньонах были усеяны голубыми, красными и желтыми васильками, флоксами и маками. Даже недружелюбного вида юкка и щетинящиеся острыми шипами кактусы не мешали растущему в душе ощущению красоты этого края.

Ей не хватало Чета и Люка. Изабель никогда сама не правила фургоном и была измотана. Мышцы спины все время напряжены, тонкие белые перчатки очень мало защищают руки, и она чувствовала постоянную колющую боль. Широкополая шляпа лишь частично защищала от солнца, с каждым часом припекающего все сильнее и жарче, сзади на шее ощущался болезненный солнечный ожог. Изабель безумно хотелось сделать привал, но Джейк говорил, что у них нет времени, и она соглашалась – не хотелось оставлять старших мальчиков одних дольше, чем совершенно необходимо. Они не привыкли заботиться сами о себе.

В дороге Джейк учил мальчиков ездить верхом. Весь день напролет ездил с ними, давая советы, поправляя одну ошибку за другой. Он был нелегким учителем, но Вилл расцветал в лучах его внимания. Пит находил большее удовольствие в собственных достижениях, чем в похвалах Джейка. Брет принимал все с хмурым видом.

Зик лежал на полу фургона под одеялом, цепь плотно обернута вокруг ноги, чтобы не звякнула, даже случайно. Изабель пыталась заговорить с ним, но мальчик отвечал редко и односложно. Очевидно, она не нравится Зику. Возможно, похожа на кого-то, кто владел им и дурно обращался.

– Ребята, быстро привяжите лошадей сзади фургона.