Бесы - Достоевский Федор Михайлович - Страница 209

6

С. 9...диссертацию о возникавшем было гражданском и ганзеатическом значении немецкого городка Ганау — уколола тогдашних славянофилов… — Магистерская диссертация Т. Н. Грановского «Волин, Иомсбург и Винета», защищенная в Московском университете в 1845 г. и вызвавшая нападки С. Шевырева и О. Бодянского, была посвящена истории средневековых городов. Грановский писал о нападках своих противников: «В ней (диссертации. — Ред.) вычитывают то, чего я не думал писать. Все прежние враги мои поднялись на ноги» (см.: Станкевич А. В. Т. Н. Грановский. М., 1869. С. 241). Трактовку Грановским темы средневековых городов см. также в упоминавшейся выше книге: Лекции Т. Н. Грановского по истории средневековья. М., 1961. С. 176–189, 232–234. Ср. также с гоголевским профессором, который «в три года успел только прочесть введение да развитие общин каких-то немецких городов…» («Мертвые души». Т. 2. Гл. 1). Словом «ганзеатический» («ганза» — старонемецкое слово, означающее группу лиц, союз) называют союз северонемецких городов (Ганзейский союз), возникший в средние века. Ганау — старинный город в Германии, гавань на Майне.

7

С. 9...в ежемесячном и прогрессивном журнале, переводившем из Диккенса и проповедовавшем Жорж Занда… — Имеются в виду «Отечественные записки», где в 1840-х годах были напечатаны в переводе романы Диккенса: «Оливер Твист», «Бернеби Радж», «Жизнь и приключения Мартина Чезлвита», «Домби и сын», а также романы Жорж Санд «Орас», «Домашний секретарь», «Жак», «Жанна», «Лукреция Флориани» и повести «Мельхиор», «Андре», «Маркиза», «Теверино». О последней Достоевский писал брату 8 октября 1845 г.: „Прочти «Теверино» (Жорж Занд в «Отечеств записк», окт». Ничего подобного не было еще в нашем столетии“ (XXVIII1, 114). Обращаясь в одной из своих статей к воспоминаниям о 1840-х годах, Достоевский в 1861 г. писал: «Мы набросились на одного Жорж Занда и — боже, как мы тогда зачитались!» (см.: „Введение к «Ряду статей о русской литературе»“ — XVIII, 57; см. также «Дневник писателя» за 1876 г. (июнь, гл. 1, «Несколько слов о Жорж Занде»)). Об отношении Достоевского к творчеству писательницы см.: Кийко Е. И. Достоевский и Жорж Занд// Acta Litteraria Academiae Scientiarum Hungaricae. Tomus 24 (1–2). P. 65–8 (1982).

C. 9...исследования — кажется, о причинах необычайного нравственного благородства каких-то рыцарей в какую-то эпоху… — Иронический намек на статью Т. Н. Грановского о французском средневековом рыцаре, так и названную: «Рыцарь Баярд», и напечатанную в сборнике «Библиотека для воспитания» (М., 1845. Отд. 1. Ч. 2. С. 249–286; там же, в ч. 3, была напечатана и другая его статья — «Предания о Карле Великом»). Позднее А. В. Никитенко назвал самого Грановского «Баярдом мысли, рыцарем без страха и упрека» (см.: Никитенко А. В. Дневник: В 3 т. М.; Л., 1955. Т. 1. С. 421).

8

С. 9...перехвачено было — кто-то потребовал от него каких-то объяснений. — В одном из своих писем от 4 февраля 1846 г. Т. Н. Грановский писал: «В прошедшем году на меня делали три раза доносы как на человека вредного для государства и религии (см.: Станкевич А. В. Т. Н. Грановский. М., 1869. С. 149). В связи с выявившимися по ходу дела петрашевцев материалами о влиянии Грановского на формирование взглядов студентов и членов общества Петрашевского (см. об этом в письме А. Н. Плещеева к С. Ф. Дурову от 26 марта 1849 г. — Северный вестник. 1896. № 1. С. 68) за «неблагонадежным» профессором был учрежден секретный надзор. Биограф историка писал об этом: «Обвинения, поднявшиеся против диссертации, выросли в обвинения против всей профессорской деятельности Грановского. По слухам, доходившим до него, его обвиняли в том, что в чтениях истории он будто бы никогда не упоминает о воле и руке божией, управляющих событиями и судьбою народов» (Станкевич А. В. Т. Н. Грановский. С. 241). Московский митрополит Филарет в том же 1849 г. потребовал от Грановского объяснений по поводу этих обвинений (см. письмо Грановского к Я. М. Неверову от 28 декабря 1849 г. — Звенья. Сб. материалов и документов. Т. 1–9. М.; Л., 1950. Т. 5. С. 752–753).

9

С. 9...громадное, противоестественное и противогосударственное общество — собирались переводить самого Фурье. — Имеется в виду общество петрашевцев (1846–1849), членом которого был сам Достоевский; политическая программа общества грозила потрясением основ крепостнического государства: «Мы осудили на смерть настоящий быт общественный, надо же приговор наш исполнить», — говорил М. В. Петрашевский (см.: Дело петрашевцев. Т. 1–3, М.; Л., 1937. Т. 1. С. 518). Учение Ш. Фурье (1772–1837) пользовалось особой популярностью среди петрашевцев. В 1848 г. на одной из «пятниц» И. М. Дебу «предложил перевести Фурье на русский язык» с целью «доставить возможность читать сочинения Фурье тем, кто не знает французского языка, а также и изучение его системы» (см.: там же. Т. 3. С. 120). См. также: XVIII, 118–359.

10

С. 10–11...поэма Степана Трофимовича — в одном, из революционных сборников… — Для иронической характеристики поэмы Степана Трофимовича Достоевский воспользовался формой и некоторыми мотивами трилогии молодого В. С. Печерина (1807–1885; о нем см. выше, с. 704, а также с. 705) «Pot-Popurri, или Чего хочешь, того просишь. (Для февральского праздника 1834)», одна из частей которой называлась «Торжество смерти». Поэма была опубликована в книге шестой «Полярной звезды» на 1861 г. (с. 172–192) и перепечатана (под заглавием «Торжество смерти») в сборнике «Русская потаенная литература XIX столетия» под редакцией Н. П. Огарева (Лондон, 1861). В этой же книге «Полярной звезды» можно было прочесть, что сам Печерин в беседе с Герценом охарактеризовал трилогию как «незрелое, ребяческое произведение». Иронические слова Хроникера о списках поэмы, ходивших «между двумя любителями и у одного студента», могут служить подтверждением того, что Достоевский познакомился с текстом ее именно в сборнике «Русская потаенная литература XIX столетия». В предисловии к сборнику Н. П. Огарев писал о поэме: «…рукопись не вышла из пределов тесного кружка друзей и не отозвалась в публике» (с. XXVII). В «Торжестве смерти» много хоров, в том числе — ветров, факелов, звезд. В одной из сцен является Смерть в образе апокалипсического всадника на белом коне. Ее сопровождают Небо, Земля и различные народы, поющие ей хвалу. Современники видели в поэме Печерина отражение тягостных настроений свободолюбивой молодежи после расправы над декабристами (см. об этом: Бобров Е. В. С Печерин и М. Ю. Лермонтов. Из истории русской литературы XVIII и XIX столетий//Изв. Отд-ния рус. яз. и лит. 1907. Т. 12. Кн. 3. С. 250–256). Н. Я. Эйдельман, комментировавший поэму, высказал предположение, что неизвестная третья часть трилогии и была тем «праздником жизни, картиной будущего мира, которую пересказывает Достоевский» (Полярная звезда, Факсимильное изд. М.,1968. Кн. 9. С. 135).

Возможно, что Достоевский, говоря о поэме Степана Трофимовича, имел в виду также и юношескую поэму Т. Н. Грановского, отрывок из которой, озаглавленный «Сцена из жизни Калиостро», был записан историком в его тетради в 1834 г. Действие сцены происходит в XVIII в. в кабинете алхимика и астролога Лоречини; она и построена как диалог Лоречини и двадцатилетнего Калиостро. По тону «Сцена..» действительно кое в чем напоминает вторую часть «Фауста». Текст ее был приведен в статье В. В. Григорьева «Т. Н. Грановский до его профессорства в Москве» (см.: Рус. богатство. 1856. № 3. С. 27–31). И. С. Тургенев в статье «Два слова о Грановском» вспоминает об „отрывке из драмы «Фауст»“ — Тургенев И. С. Полн. собр. соч. и писем: В 28 т. Соч. М.; Л., 1963. Т. 6. С. 372.