Поцелуй любовника - Грин Мэри - Страница 41

На молодом человеке был расшитый золотом камзол с позолоченными пуговицами, от блеска которых можно было ослепнуть. Рука его мелко дрожала, когда он поднес пальцы Серины к своим напомаженным губам.

– Я польщен, что в этот мрачный день мне нанесла визит столь прелестная особа, – жеманно произнес он.

– Сэр Джеймс Левертон? – спросила она, заметно приуныв. Этот человек вряд ли ей поможет. Он слишком безволен.

– Мисс Хиллиард, мне знакомо ваше имя. Наши отцы были друзьями. Я удивлен, что вы ничего не знаете о смерти моего отца, сэра Джеймса. Я сэр Итан, нынешний глава семейства Левертон.

– Сэр Джеймс умер? – потрясенно воскликнула Серина.

– Да, несколько лет назад. Чем могу вам помочь? – Он окинул критическим взглядом ее простой плащ и шляпку с широкими полями, скрывавшую ее лицо от любопытных глаз, – подарок мисс Хопкинс.

– Я надеялась, что ваш отец окажет мне помощь в моем бедственном положении.

Его лицо помрачнело.

– Если вам нужны деньги…

– Нет, ничего подобного!

Он указал ей на диван перед камином, в котором давно не разжигали огонь.

– Расскажите мне все.

Чувствуя себя несколько неуютно, но решив, что у нее нет выбора, она рассказала сэру Итану об убийстве отца и сэре Лютере.

– Я единственная свидетельница и не успокоюсь, пока мой дядя не понесет наказание за убийство отца.

Сэр Итан задумчиво потер подбородок. Его рука, унизанная кольцами и перстнями, безвольно свисала со спинки дивана. В комнате повисло тяжелое напряженное молчание, отчего Серине стало не по себе. Затаив дыхание, она ждала ответа.

– Что же вы от меня хотите, мисс Хиллиард? – спросил он наконец.

– Я думала, что вы могли бы переговорить с властями. Семья Левертон пользуется огромным уважением, и у вас есть связи. Вы могли бы помочь мне восстановить справедливость, сэр Итан. – Она в отчаянии прижала ладони к лицу. – Я не знаю, к кому еще обратиться. Мне больше никто не поможет, и могущественных друзей у меня нет.

Итан смущенно похлопал ее по руке, и она невольно вздрогнула – такими холодными были его пальцы. Он напоминал ей рептилию, и она уже готова была пожалеть, что пришла на Берклисквер.

– Не знаю, достаточно ли у меня влияния, но я непременно переговорю с властями, мисс Хиллиард.

Она встала, поняв по его тону, что разговор окончен. Он тоже поднялся, правда, несколько неуверенно, и покачнулся, с трудом удержав равновесие.

– Я очень признательна вам за поддержку. Наши отцы были друзьями, – повторила она.

– Где я смогу вас найти в том случае, если мне удастся переговорить с судьей или вашим делом заинтересуется сэр Генри Филдинг?

Серина решила пока не давать ему свой адрес.

– Я приду к вам сама через пару дней, сэр Итан.

– Трудновато будет привлечь к суду сэра Лютера, если у вас нет против него улик.

– Я понимаю, но попытаюсь сделать все возможное… или погибну. Мой дядя ищет, меня, чтобы заставить замолчать навсегда. Он не захочет рисковать… – Она не договорила и умолкла.

Сэр Итан изобразил на лице ужас.

– О, это слишком мрачно! Уверяю вас, этого не произойдет.

Он проводил ее до двери. Серина ушла от него разочарованная. Сэр Итан не производил впечатления человека, который может пользоваться влиянием в суде.

Глотая слезы, она невольно сравнивала Ника с напомаженным и трясущимся аристократом, и разбойник теперь виделся ей весьма волевым и решительным джентльменом. Если сэр Итан ей не поможет, она останется без поддержки.

Итан смотрел ей вслед из окна. Стройная фигурка и красота пленили его, но он слишком устал, чтобы обольщать ее улыбками и цветистыми комплиментами. Успеется еще, подумал он, усмехаясь. Пообещать помочь ей, солгать о своем разговоре с судьей, и она почувствует себя ему обязанной. Желание обладать ее соблазнительным телом вдохнуло в него бодрость, но желудок так разболелся, что страстные мечтания пришлось отложить на потом.

Он остановил портшез и приказал носильщикам следовать за дамой, торопливо пересекавшей площадь. Надо узнать, где она живет, – на всякий случай.

Мисс Хиллиард могла бы стать приятным амурным приключением – глаза как у дикой кошки, соблазнительные формы. Калли Вайн наскучила ему сразу же, как только отдалась. Слезливая размазня, нежный цветочек. Фиалка. Ему нравились женщины раскованные, порочные. Зачем ему в постели эта плакса? Но невинность имеет свои преимущества – ему было приятно сорвать этот цветок. Особого плотского удовлетворения он не получил, зато насладился новизной.

Портшез раскачивался, голова у него кружилась, и его начало тошнить. Носильщики пронесли Итана через шумную Пиккадилли, пробираясь между экипажами и повозками. Потом они повернули на Хеймаркет и остановились, поставив портшез на землю. Итан осторожно раздвинул занавески и увидел, как мисс Хиллиард, оглянувшись по сторонам, постучала в лавку модистки Хопкинс.

Он улыбнулся – тщетная предосторожность! Отыскать ее убежище не составило труда. Он побарабанил пальцами по подоконнику. Что ж, это пригодится ему в дальнейшем.

Из мисс Хиллиард получится настоящая куртизанка, не то что истеричная Калли Вайн. Подумав о Калли, он даже пожалел о своем желании лишить ее девственности. Когда все кончилось, он понял, что совершил ошибку, и самая большая глупость, которую он сделал, – пообещал на ней жениться. Она восприняла это со всей серьезностью и закатила ему истерику, когда узнала, что свадьбы не будет. Неудивительно, что с ней произошел несчастный случай. У девицы совершенно отсутствует здравый смысл.

Лужайки сада в поместье Холлоуз покрывали красные и желтые листья. Они шуршали и кружились под порывами ветра.

Делиция склонилась над постелью Калли.

– Надо вставать. Мы тебя усадим в инвалидное кресло. Я положила подушки, чтобы у тебя не болела спина. Вот увидишь, ты скоро поправишься.

– Я калека, Делиция. Лучше умереть, чем провести остаток жизни прикованной к постели.

– А тебе и не придется лежать в постели. – Делиция переживала за подругу: куда подевались доверчивость, открытость Калли? Перед ней бледная тень некогда жизнерадостной, полной сил девушки – впалые щеки, тусклые волосы, пустые глаза.

Делиция мысленно осыпала Итана проклятиями. Гнев и отчаяние снедали ее с тех пор, как она узнала о том, что случилось десять дней назад. Чувство вины угнетало ее с каждым днем все сильнее – Калли не становилось лучше, нога срасталась неправильно, как и предсказывал доктор. Кость была сломана в нескольких местах. Калли еще повезло, а то она могла бы остаться и вовсе без ноги.

– Нельзя же весь день валяться в постели! Перестань себя жалеть, – подчеркнуто сурово заявила Делиция. Она готова была умолять, приказывать, только бы подруга встала. Но она до сих пор не могла прийти в себя – предательство Итана ее потрясло. Ее собственная наивность и доверчивость сменились ужасом и отвращением, как только ей стало известно, что репутацию Калли погубил ее любимый брат. «Любимый». «Да будь он трижды проклят!» – думала Делиция. Она знала, что Итан ведет разгульный образ жизни, но никогда не считала его бесчестным развратником.

– Калли, надо, постараться встать на ноги.

– Тебе легко говорить. Твоя жизнь не разбита, как моя. – Калли прижала исхудавшие руки к лицу и зарыдала.

Делиция прикусила губу, чтобы тоже не расплакаться. Родной брат сломал жизнь ее лучшей подруге. Где найти силы, чтобы это вынести?

– Ну же, Калли. Ник ждет нас внизу. Пора завтракать. Яичница остынет.

– Ник должен был убить Итана, когда ему представилась такая возможность, – пробормотала Калли, не слушая Делицию.

– Ник вне себя, но он знает, что сэр Джеймс перевернулся бы в могиле, если бы узнал, что брат убил брата. Если бы Ник не чтил память сэра Джеймса, он бы прикончил Итана в тот же миг. – Делиция вздохнула. – Итан сам себя погубит. Он заплатит за все, не беспокойся.

Калли наконец успокоилась, и горничные быстро облачили ее в свободное платье из полосатого шелка и помогли сесть в инвалидное кресло на колесах. Делиция повезла ее в столовую.