100 великих династий - Жадько Елена Григорьевна - Страница 85

ТОКУГАВА

Токугава — японская династия, основанная Иэясу Токугавой и состоявшая из пятнадцати сёгунов. Они пришли к власти в 1603 году и правили страной, отстранив от руководства японского императора, до 1867 года, когда их свергли в результате революции 1867–1868 гг. Некоторые представители этой династии старались возвысить свою страну, мо другие, которых было больше, заботились лишь о собственных интересах и о том, чтобы укрепить наследование сёгуната за своими детьми или, в крайнем случае, за другими родственниками.

Иэясу Токугава был крупнейшим князем, стоявшим во главе восточиьіх провинций (Канто), и одним из ближайших сподвижников полководцев Ода Нобунага и Хидэёси Тоётоми, выступавших за централизацию страны.

После смерти Хидэёси Тоётоми в течение некоторого времени Иэясу Токугава выступал как опекун наследника Хидэёси — Хидэёри, но в 1600 году он разбил войска Хидэёри в битве при Секигахара и в 1603 году заставил императора провозгласить его сёгуном. Иэясу Токугава имел хорошо укрепленный замок Эдо (Иедо), который сделал своей столицей. Он завершил объединение страны, начатое сёгунами Ода и Тоётоми.

В 1605 году Иэясу Токугава официально передал власть в руки своего сына Хидэтада, но фактически продолжал править страной. Он издал несколько указов, подтверждавших закрепощение крестьянства, а также кодексы поведения для дворян и князей и даже для императора, которого он поставил под контроль сёгунов.

Окончательно власть семьи Токугава закрепилась лишь при третьем сёгуне из этой семьи — Иемицу Токугава (1623–1651). В 1639 году он жестоко подавил крестьянское восстание в Симабара на острове Кюсю, в котором участвовали более 30 000 человек, а два года спустя издал свод законов, оформивший юридически сложившуюся конституцию Японского государства.

Иемицу Токугава проводил политику ограничений в отношении иностранцев. Он решительно противился посещению страны, и тем более столицы, европейцами и целым рядом указов запретил японцам под страхом смертной казни покидать Японские острова. Исключение было сделано лишь для голландских и китайских купцов.

Были запрещены также все книги, в которых содержалось хоть какое-нибудь упоминание о «людях Запада».

Правительство установило надзор и за религиозными пристрастиями подданных. Всякий, перешедший в другую религию, кроме буддизма, отдавался под суд как преступник, совершивший уголовное преступление, и приговаривался к смертной казни.

Изоляция Японии в общем затормозила развитие страны, но в то же время некоторые отрасли промышленности — производство фарфора, хлопчатобумажной ткани, писчей бумаги и т. д. — расширялись и совершенствовались.

Иемицу Токугава продолжал политику притеснения японских князей и особенно своих политических противников, у которых он под различными предлогами конфисковывал имущество. Он ввел систему «Санкин кодай» — князья должны были в течение года жить при дворе в Эдо, а потом, оставив в Эдо в качестве заложников свою семью, — один год жить в своих княжествах.

В то же время другой внук Иэясу Токугава, Мицукини, глава княжества Мито, создавал большой труд по истории Японии «Дайнихо си». Он основал новое направление в историографии, получившее название «Школа Мито». Мицукини первым выступил против власти сёгунов Токугава и стал на позиции синтоизма — обожествления императоров. В своем княжестве он даже приказал разрушать буддийские храмы и строить новые — синтоистские.

Пятым сёгуном Токугава был Цунаёси (1646–1709), прозванный «Ину Кубо» — «Собачий сёгун». Свое прозвище Цунаёси Токугава получил за то, что, будучи членом буддийской секты, запрещавшей убийства животных, ввел суровые наказания за убийства животных и птиц, особенно собак.

Он широко покровительствовал различным наукам и искусствам. Недостачу средств на эти нужды сёгун покрывал, повышая ставки налогов, урезывая жалованье своим вассалам и проводя конфискации у неугодных князей. Такое управление привело к возникновению хаоса в финансовой системе страны, которую смог привести в порядок только восьмой сёгун — Ёсимунэ Токугава (1716–1745). Он сократил государственные расходы, поощрял внедрение новых сельскохозяйственных культур, строил ирригационные сооружения и снял запрет на ввоз в страну и перевод технической литературы с Запада.

Все это привело к тому, что в стране резко повысилась урожайность, но зато упали цены на сельскохозяйственную продукцию. Среди феодалов и крестьян начались волнения. Ёсимунэ Токугава попытался контролировать цены на рис, за что получил прозвище «рисовый сёгун». Ёсимунэ Токугава был последним крупным политическим деятелем из этой династии.

А последним, пятнадцатым, сёгуном стал Ёсинобу (Кэйки) Токугава (1866–1867). Он был регентом при сёгуне Иэмоти Токугава в 1862–1866 годах, а потом сам стал сёгуном. Его положение становилось все более ненадежным, начавшаяся революция грозила смести власть сёгунов. Ёсинобу Токугава пытался сохранить свое положение, но в 1867 году его вынудили заявить об отречении в пользу императора. Не смирившийся с этим Ёсинобу Токугава в 1868 году собрал войско и под Тоба и Фусиме вступил в бой с армией императора, но потерпел поражение и окончательно капитулировал.

Очевидно, он больше не доставлял неприятностей императору, т. к. в 1903 году тот присвоил Ёсинобу Токугава титул князя.

Умер последний японский сёгун в 1913 году.

МАЛЬЦОВЫ

Это династия стекло- и хрусталезаводчиков, возникновение которой совпало с петровскими преобразованиями. Мальцевы при Петре были мелкопоместными дворянами, обеднели, приписались к провинциальным купцам, разбогатели, вернули себе дворянские привилегии и породнились с крупнейшими аристократическими родами.

Начало заводской деятельности Мальцевых связано с Василием Васильевичем Мальцевым, сыном купца гостиной сотни г. Рыльска. В 1724 году Василий Васильевич (Василий Большой) был принят компаньоном Назаром Дружининым и Сергеем Аксеновым, в 1723 году основавшими хрустальную и стекольную фабрики в Карачевском уезде и в Можайском уезде, близ города Гжатска. Компаньоны один за другим умерли, и уже в 1730 году Василий Большой был единоличным владельцем фабрик.

В течение XVIII века стеклянное и хрустальное дело Мальцевых расширяется, к нему привлекаются все новые и новые члены семьи, строятся и приобретаются новые стеклянные фабрики в центральных районах России. Состарившегося Василия Большого заменили сыновья Александр и Аким в Можайском уезде и Василий — в Карачевском.

В 1756 году Аким основал на реке Гусь во Владимирском уезде новый хрустальный завод, положив начало знаменитому заводу в Гусь-Хрустальном.

Акиму Васильевичу помогал двоюродный брат Фома Васильевич, сын Василия Меньшого. В 1760-е годы они владели не только стекольными заводами, но и парусно-полотняными, а также многими другими. Фома Васильевич основал новую хрустальную и стекольную фабрику при деревне Никольской, получившую название Киверсовой.

Мальцовские изделия завоевывали заслуженную славу по всей России, когда Екатерина II издала указ, запрещавший людям недворянского происхождения покупку недвижимого имущества и заведение фабрик.

Тут-то Мальцевы и вспомнили о своих предках-дворянах и стали хлопотать о дворянстве. Первым из Мальцевых в XVIII веке дворянином стал в 1760 году племянник Акима Васильевича, Василий Иванович, затем в 1766 году его брат, Савва Иванович. Аким Васильевич был возведен в дворянство только в 1775 году, но при этом получил еще и чин генерал-лейтенанта за заслуги.

После смерти Акима Васильевича в 1785 году у него остались малолетние сыновья, Сергей и Иван, и четыре дочери, а управление делами взяла в свои руки вдова, Марья Васильевна, женщина энергичная, предприимчивая, расчетливая и осмотрительная. Она стремилась расширить производство и в 1793 году у деревни Дятьково на Брянщине основала новую крупную фабрику стекла и посуды, продукция которой уже через три года не уступала изделиям Гусевского завода.