Опаловая подвеска - Рэдли Тесса - Страница 17

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ребекку разбудил пронзительный детский крик, за которым последовала напряженная тишина. Двери, ведущие в комнату Ти Джи и в коридор, были распахнуты настежь. Она соскочила с постели. Остатки сна как рукой сняло.

– Ти Джи!

Ответа не последовало. Ее охватил панический страх. Она вбежала в комнату сына. На ковре валялись паровозики, но Ти Джи нигде не было.

От ужаса ноги сделались ватными. Ребекка прямо в ночной рубашке выскочила в коридор и сбежала вниз по лестнице.

– Ти Джи! – снова позвала она хриплым от страха голосом. У подножия лестницы она остановилась. Справа находились комнаты Соулы, слева коридор, ведущий в столовую и кухню.

В этот момент она снова услышала крики. Они доносились с заднего двора. Похоже, на этот раз кричал Джонни.

Ребекка кинула быстрый взгляд на часы – еще и семи утра не было – и побежала по левому коридору. Через несколько секунд мимо нее пронесся высокий мужчина в трусах – Дэймон.

– О господи, пожалуйста, – взмолилась Ребекка, – только бы с Ти Джи ничего не случилось.

Выбежав во двор, она услышала всплеск воды.

Бросив ошеломленный взгляд в сторону бассейна, она успела заметить лишь ноги нырнувшего Дэймона.

Где Ти Джи?!

Джонни с растерянным видом стоял в бассейне. Его черный блейзер был мокрым, редкие волосы прилипли ко лбу.

Ну где же ты, Ти Джи?!

Кто-то громко закричал. Это был отчаянный вопль обезумевшего от горя человека. В следующее мгновение Джонни поднял руку и махнул ей. Только в этот момент Ребекка осознала, что это был ее собственный крик. Замолчав, она помчалась к бассейну.

– Подождите! – крикнул ей Джонни. – Не прыгайте в воду! Хозяин достанет мальчика. Позвоните доктору Кэмпбеллу.

Дрожа всем телом, Ребекка побежала в холл, схватила радиотелефон и принялась лихорадочно искать в памяти аппарата номер доктора. Служащая в приемной пообещала ей, что доктор немедленно приедет. Примчавшись обратно на площадку, она увидела Дэймона, выныривающего из воды с брыкающимся Ти Джи на руках.

Ее малыш жив!

Глаза Ребекки затуманились от слез. Она помчалась к Дэймону, который опустил Ти Джи на терракотовую площадку рядом с бассейном. Мальчика вырвало, после чего он заплакал. Это были самые желанные звуки, которые Ребекка когда-либо слышала.

– Я здесь, сыночек. – Она упала на колени.

По ее щеке скатилась слеза.

– Слава богу! Все хорошо!

Доктор Кэмпбелл уехал. Обессиленный от пережитого потрясения Ти Джи спал на диване. Ребекка сидела, склонившись над сыном и время от времени поглаживала его дрожащими руками, словно желая убедиться, что он жив.

Ребекка, которая никогда не плакала!

Подойдя к ней, Дэймон привлек ее к себе и опустился вместе с ней на диван.

– Доктор сказал, что с ним все в порядке.

– Я знаю, но все равно не могу успокоиться. Как только я подумаю о том, что могло произойти… Боже мой! – Она задрожала всем телом.

Крепче прижав ее к себе, Дэймон начал ее укачивать.

– Не думай о плохом. Все уже позади.

Глубоко вдохнув, Ребекка уткнулась носом в его плечо и снова разрыдалась.

– Немедленно перестань плакать!

– Ты не понимаешь. Я чуть было его не потеряла, – пролепетала она.

Дэймон все прекрасно понимал, но как он мог ей об этом сказать. Он сам едва ли не впервые в жизни растерялся.

– Это я во всем виновата, – всхлипывала девушка.

– Нет, я. Мне следовало запереть калитку. – Дэймон невидящим взором уставился на стену. Прошлым вечером он так хотел соблазнить Ребекку, что забыл о проклятой калитке. Он подвел Ребекку. Ее сын чуть было не погиб из-за его беспечности.

– Этого не произошло бы, – она подняла залитое слезами лицо, – будь я хорошей матерью.

Ребекка все еще была в ночной рубашке, ее волосы спутались, глаза покраснели от слез. Он еще никогда не видел ее такой ранимой и такой красивой.

Он коснулся губами ее лба.

– Не вини себя. Лучшей матери, чем ты, и представить невозможно.

Она икнула.

– Я всегда знала, что из меня получится никудышная мать. Я…

– Ребекка. – Дэймон легонько потряс ее за плечи. – Послушай меня! Никто не сомневается в твоей любви к Ти Джи. Ты терпеливая, заботливая. Что еще нужно ребенку?

Но вместо того, чтобы успокоиться, она лишь сильнее расплакалась.

– Я не заслуживаю Ти Джи. У него защемило сердце.

– Четыре года назад я бы тоже сказал, что ты не годишься на роль матери. Но я увидел тебя с Ти Джи, и ты приятно меня поразила. Я восхищаюсь твоей терпеливостью. Даже когда твой сын капризничает, ты всегда знаешь, что делать.

– Нет. Я так больше не могу. – Ребекка отстранилась и тряхнула головой так, что ее длинные черные волосы разлетелись по плечам. – Ты о многом не знаешь, Дэймон. Мне следовало все тебе рассказать до того… до того, как мы вчера занялись любовью.

Дэймон вытер слезы с ее щек и крепко прижал к своей груди.

– Шшш. Не беспокойся об этом сейчас.

Она хотела сказать ему о Флисс и Ти Джи, но ей не хватило духа. Сейчас, как никогда, она нуждалась в его поддержке.

– Из меня не могла получиться хорошая мать, – печально произнесла Ребекка. – Я росла в приемной семье. Мои первые приемные родители воспитывали нас в строгости, хотя, наверное, мне повезло с ними. Другие были намного хуже.

– В скольких приемных семьях ты жила?

– В четырех, – бесцветным голосом ответила она.

Дэймон погладил ее по спине.

– Знаешь, Ти Джи очень повезло, что у него есть такая мать, как ты.

Ее глаза выражали изумление.

– Спасибо тебе, Дэймон, твои слова очень много для меня значат. Даже больше, чем ты можешь себе представить, потому что мать бросила нас с братом, а имени нашего отца я не знаю.

– Но ты совершенно не похожа на свою мать. Ты творишь чудеса. Таким сыном, как Ти Джи, можно только гордиться. – Он поцеловал ее в макушку. Для него не имело значения, кем были ее родители. Теперь он понял, почему Ребекка всегда так стремилась к независимости. Сначала он думал, что она притворяется заботливой матерью, но со временем увидел, насколько глубока была ее любовь к Ти Джи. Их привязанность друг к другу показала ему, какой пустой была его собственная жизнь. Поездки в заповедник и в зоопарк доставили ему огромное удовольствие. К своему удивлению, Дэймон обнаружил, что хочет, чтобы эта очаровательная парочка осталась в его доме навсегда.

Весь день Ребекка не отходила от Ти Джи.

Дэймон отнес мальчика наверх, и он проспал большую часть дня. Проснувшись, малыш расплакался и заявил, что больше никогда не полезет в воду. Прижимая к себе его дрожащее тельце, Ребекка подумала, что по возвращении в Тохунгу она обязательно запишет его в бассейн.

Успокоив сына, она принялась играть с ним в паровозики. Через несколько часов раздался стук в дверь. Подняв глаза, Ребекка увидела Дэймона, в нерешительности остановившегося на пороге.

– Только что звонил доктор Кэмпбелл. Завтра утром маму выписывают.

– Поздравляю. Представляю, как ты рад. В последний раз, когда я у нее была, мне тоже показалась, что она достаточно окрепла.

Дэймон пожал плечами.

– Доктор считает, что с ней все в порядке. Он также спрашивал насчет Ти Джи и сказал, что, если понадобится, ты можешь звонить ему в любое время. – Он посмотрел на Ти Джи. – Можно войти?

– Хочешь поиграть в паровозики? – спросил малыш.

– А ты мне разрешишь?

Ти Джи восторженно кивнул.

– Вот зеленый и синий. А черный сегодня капризничает.

Дэймон опустился на корточки.

– Капризничает? Почему? Что с ним случилось?

Ребекка затаила дыхание. Ти Джи опустил глаза.

– Он упал в пруд с утками.

Дэймон побледнел.

– Ти Джи…

– Он сделал это нарочно, потому что ему хотелось поплавать.

– Может, черному паровозику нужно взять пару-другую уроков плавания? – осторожно спросила Ребекка.