Любовь на Бродвее - Марти Беверли - Страница 57

— Послушай меня, Джаффи. Я обожаю тебя. Я могу все простить, пока ты со мной. Единственное, чего я хочу, так это ребенка. Нашего ребенка. Когда, Джаффи?

Ты говорила, как только твоя карьера войдет в колею.

Сейчас у тебя все в порядке, так когда же?

Теперь ей захотелось ответить: «Прямо сейчас отнеси меня в спальню, оттрахай без всяких фокусов, и мы заделаем с тобой ребенка. Потому что я в долгу перед тобой. Я нарушила правила». Но она не смогла сказать это.

— Джек Фаин вложил семьдесят тысяч своих денег в качестве залога театру «Лайсиум». Он сделал это, потому что верит в меня и в эту пьесу. Я не могу подвести его, Пол. Я не могу быть беременной в январе.

— Когда же? — снова спросил он.

— Когда спектакль состоится и будет регулярно идти.

Когда он станет хитом и они смогут заменить меня без потери доходов. Так будет. Пол. Это не выдумка. Это действительно замечательная пьеса, и если мы поставим ее, одержим большую победу.

Он заглянул в ее глаза:

— Когда спектакль станет хитом. Это обещание, Джаффи? Торжественное обещание.

— Да, обещание. Дай мне шесть месяцев на роль в пьесе «Когда наступает утро», а потом займемся ребенком. — Три или четыре месяца до начала спектакля, потом еще шесть, это почти год. Этого достаточно. — Я Обещаю, Пол, — повторила она.

— Хорошо, принимается. А сейчас, — он наклонился и поцеловал ее, может быть, немного порепетируем твое обещание? Устроим только… как ты называешь это… прогон?

Следуя за ним в спальню, Джаффи подумала, что он так и не объяснил, зачем ему понадобились деньги.

Странно, почему Пол не сказал ей, что он собирался сделать.

Джаффи заложила квартиру за двадцать пять тысяч.

Это оказалось проще, чем она предполагала: она никогда не задерживала выплату, и квартира находилась в приличном районе. Джаффи рассказала Полу, что сделала и что деньги вложены в ее новый спектакль. Он не возражал и заявил, что она может делать все, что захочет. В конце концов, пентхаус принадлежал ей. Она купила его, и он все еще числился на ее имени.

Покончив с этим делом, Джаффи обнаружила, что уикэнд у нее свободен. Она решила поехать в Бостон, провести там пару дней с отцом и заодно повидать Карен.

Майер выглядел гораздо лучше, чем несколько месяцев назад.

— Это новое лекарство, — пояснял он дочери. — Оно творит чудеса. Теперь я встаю и гуляю. Полчаса в день.

Так предписал доктор, но мне это нравится. Я играю в бридж. Два раза в неделю в бридж-клубе. Я научу тебя этой игре, пока ты здесь. Она очень увлекательна. Тебе понравится. Мы можем сыграть вдвоем. Этот вариант называется бриджем медового месяца.

Джаффи восхищалась бодростью его духа. Майер не пасовал перед трудностями. Не сидел на месте и не жаловался на свою одинокую жизнь и старость. Ободренная этим, она позвонила Карен. Ответа не было. В субботу утром Джаффи снова позвонила ей. По-прежнему никто не отвечал.

Может быть, она действовала по примеру Майера?

Не сидела сложа руки и не жаловалась, а что-то делала?

Однако мало ли что может быть, лучше лично убедиться. Джаффи приехала в Брайтон и несколько раз позвонила во входную дверь Карен. Не получив ответа, она нашла управляющего и сунула ему десять долларов, чтобы тот разрешил ей войти в квартиру.

Ужасные предположения, таящиеся в ее голове, не оправдались. Здесь не было тела, висящего на крючке для люстры или лежащего в ванной с перерезанными запястьями. Конечно, не было. Что за безумные идеи?

Карен не самоубийца. Однако ее не было дома. С кухни исходил зловонный запах, который заполнил бы и холл через день или два, если бы Джаффи не заставила открыть квартиру. Она открыла дверцу холодильника.

Пахло отсюда.

— Это протухший гамбургер, — сказал мужчина, заглядывая в холодильник через плечо Джаффи. — Ужасно воняет. Надо что-то делать, иначе другие жильцы начнут жаловаться.

— Да. Послушайте, я вымою холодильник, а вы скажите, как давно в последний раз вы видели мисс Райс? — При этом Джаффи огляделась вокруг. Рядом с раковиной на сушилке стояли кофейная чашка и блюдце. Казалось, Карен позавтракала утром и поспешно вымыла посуду, прежде чем уйти. Но не так ведь она спешила, чтобы оставить гнить еду в холодильнике. Значит, ее не было здесь утром.

— Не знаю, — сказал управляющий в ответ на вопрос Джаффи и пожал плечами. — Я не любопытен и ни за кем не слежу. Главное, чтобы жильцы платили за квартиру и никого не беспокоили.

Он ушел, оставив Джаффи мыть холодильник, но прежде всего она позвонила Лии. Надо быть осторожной, чтобы зря не волновать мать Карен.

— Джаффи, как приятно слышать тебя, дорогая! Где ты? Дома с отцом?

— Да. Приехала на пару дней, но не застала Карен.

Я подумала, может быть, вы знаете, где можно найти ее.

— Нет, Джаффи, — тихо сказала Лия. — Мне ничего не известно о планах Карен. Теперь она редко появляется дома. С тех пор как связалась с этим мужчиной.

— Она рассталась с ним, Лия. Разве вы не знаете?

— Да, знаю. Но ничего не изменилось. Карен не звонила мне уже три недели.

Глава 16

Идея ремонта квартиры возникла у Карен в середине июня. Джаффи была права — смена обстановки должна благотворно повлиять на нее. В связи с этим Карен решила заново покрасить комнаты и купить новую мебель.

У нее на счету было две тысячи долларов. Вероятно, достаточно для ремонта, но ей не хотелось оставаться без денег, отложенных на черный день. Она решила взять ссуду в банке с выплатой в течение года. Так будет лучше.

Карен заполнила бланки, указав, что хочет взять заем на новую мебель три тысячи долларов на двенадцать месяцев. Через десять дней бостонский Шоумат-банк перевел на ее счет три тысячи долларов.

Карен была очень занята на работе в счетной палате и в больнице. Наконец она решила купить краску и начать ремонт в конце недели, четвертого июля. В четверг, второго июля, в четыре часа дня она пошла в хозяйственный магазин на Брайтон-авеню. Этот магазин ничем не отличался от других, просто был ближайшим от ее дома, а банки с краской были достаточно тяжелыми.

Карен подбирала цвет краски, когда услышала голос продавщицы:

— Добрый день, миссис Хенриген, чем могу вам помочь?

Бернард женился на Глории около двух месяцев назад, но продавцы соседних магазинов уже знали, кто она.

— Привет, Джонни. Мне нужны еще три розовых бокала для сока. Те, помнишь, какие я купила недавно.

Карен была любовницей Бернарда почти восемь лет, но не знала, что продавца этого магазина зовут Джонни и что хозяйству Бернарда требуются розовые бокалы для сока.

Она медленно обернулась и увидела, как Глория засовывает бокалы между зелеными пучками салата и двумя длинными итальянскими булками. Затем Глория вышла из магазина. Продавец бросил взгляд в сторону Карен:

— Подобрали нужный цвет, мисс? Что вам принести?

Карен посмотрела на него, как на пришельца с другой планеты, затем покачала головой и покинула магазин, так ничего и не купив.

В гостиной у нее стоял одиннадцатидюймовый черно-белый телевизор. Придя домой, Карен включила его и села перед экраном. Она сидела, пока не кончились передачи и какой-то священник не произнес молитву.

Затем заиграли национальный гимн и показали развевающийся флаг. Карен пошла в ванную, умылась и почистила зубы. Затем сделала четыре шага до спальни, сняла покрывало с кровати, аккуратно сложила его и легла.

Возможно, она спала какое-то время в течение ночи, но не заметила этого. Она помнила только, что ждала рассвета. Когда стало светло, Карен встала, надела красную юбку и блузку, которые Джаффи купила ей в Нью-Йорке, приготовила чашку растворимого кофе, выпила, затем, как обычно, сполоснула посуду и поставила на сушилку. Потом взяла из ящика стола сберегательную и чековую книжки, положила их в кошелек, вышла из дома и села в троллейбус до Бостона.