Власть пса - Уинслоу Дон - Страница 108

На мгновение.

Вот потому-то и купили «Харлей», верно? Для того и купили мотоцикл, этот мотор с двумя колесами и прицепленным к ним сиденьем. Этот долбаный «Харлей» не обогнать ни одной машине яппи. И уж точно его не обогнать машине не яппи с начинкой в миллион баксов.

И когда курьерская машина полетела семьдесят, Кэллан тоже разогнал до семидесяти.

Машина прибавила до восьмидесяти, Кэллан не отставал.

Девяносто — девяносто.

БМВ вильнул на правую полосу, Кэллан — следом за ней.

Обратно налево, и он — налево.

Направо — направо.

Машина выжимала сто, и у Кэллана стрелка дрожала у отметки «век».

Теперь Шон возбуждение не сдерживает. Мотоцикл, мотор, ездок — адреналин поет в крови, и он плывет, он летит. Кэллан достиг нужного напряжения, чистейший адреналин нагнетает скорость, когда он летит вровень с БМВ и водитель крутит руль влево, пытаясь протаранить Шона, — и ему почти удается. Кэллану приходится взять в сторону, и он чуть не теряет управление. Тогда его швырнуло бы на бетон, и от него осталось бы только кровавое месиво. Но Кэллан выправляет мотоцикл и держится за машиной, которая мчится теперь в десяти ярдах впереди, заднее стекло в ней опускается, высовывается ствол «Мак-10», и начинается пальба, как из хвостовой пушки.

Но может, Персик был прав: из автомобиля не попасть в цель на такой скорости, да и Кэллан виляет то вправо, то влево, бросая мотоцикл то вперед, то назад, и парни в БМВ соображают, что стрелять без толку, полезнее прибавить скорость, и нажимают педаль газа.

БМВ мчится уже на скорости сто два, сто пять, сто десять — и вырывается далеко вперед.

Даже «Харлей» не может угнаться за ним.

А потому Кэллан настигает машину, где и задумал: прямой отрезок шоссе заканчивается гигантским крутым поворотом на боковую дорогу, такой БМВ не взять и на восьмидесяти, а уж что говорить про сто с лишним. Вот такая хренотень с физикой — у нее законы железные. Так что либо водитель сбрасывает скорость и позволяет киллеру на мотоцикле нагнать его, либо слетает с дороги, будто реактивный самолет с палубы авианосца; только этому реактивному в небо уже не взлететь.

И водитель решает рискнуть, потягаться с киллером.

Выбор неправильный.

Кэллан берет влево, его колено чуть не скребет по бетону. Он вылетает с верхней точки поворота вровень с окошком водителя, и водитель пугается до смерти, когда видит двадцать второй калибр совсем рядом, у лица. Кэллан делает один выстрел — стекло тут же разбежалось паутиной трещин, а потом...

Бенц, бенц.

Всегда два выстрела, один за другим, потому что второй автоматически поправляет первый. Не то чтобы это требовалось в данном случае: оба выстрела попали точнехонько в цель.

Две пули двадцать второго калибра влетели в мозг парня, точно шары в автоматическом бильярде.

Вот почему двадцать второй калибр — любимое оружие Кэллана. Оно не очень мощное и не пробивает череп насквозь. Нет, пули из него кружатся внутри головы, будто, обезумев, ищут выхода, от них в мозгу вспыхивают огни, а потом гаснут навечно.

Игра закончена.

Никаких дополнительных попыток.

БМВ разворачивает на 360 градусов и срывает с дороги.

Однако он не переворачивается (отменная немецкая работа). Двое пассажиров сидят еще в шоке, когда подкатывает на мотоцикле Кэллан и...

Бенц, бенц.

Бенц, бенц.

Кэллан снова выезжает на шоссе.

Тремя секундами позже к БМВ подъезжает Персик Маленький. Выскакивает из машины с обрезом в руках, так, на всякий случай, подбегает и рвет дверцу водителя. Наклонившись над мертвецом, выдергивает из зажигания ключи. Бежит к багажнику, вынимает оттуда кейсы, снова забирается в свою машину и мчится прочь.

Наверное, хоть кто-то из водителей десятка машин, растянувшихся по шоссе, видел куски этой сцены, но ни один не остановился, и никто не подъехал, потому что рядом дежурил Персик Маленький в патрульной машине дорожной полиции штата Калифорния и в форме дорожного копа, и, конечно, все сочли, что полицейский все держит под контролем.

И Персик Маленький держит.

Забравшись в машину, он спокойно катит на юг. Ничуть не тревожась, что его может остановить настоящий коп, потому что за несколько минут до этого, точно по часам Микки, Большой Персик включил кнопку радиоуправления, и на пустой стоянке в полуквартале от него взлетел на воздух старый автофургон «додж». И когда Большой Персик тронулся выполнять следующую задачу, он уже слышит, как воют сирены, стекаясь к месту происшествия. Он едет к стоянке рядом с муниципальным полем для гольфа на севере Оушенсайда и ждет там. На стоянку въезжает Персик Маленький. Он забирает кейсы, вылезает из фальшивой полицейской машины и садится в машину рядом с Персиком. Пока они едут к транспортному центру в Оушенсайде, Персик Маленький выбирается из полицейской формы.

О'Боп, проезжая мимо разбитого БМВ, понимает: часть работы сделана. Он направляется к выезду на шоссе 76. Посреди транспортной развязки есть небольшая неасфальтированная стоянка, на ней-то и дожидается его Кэллан. Бросив «Харлей», он пересаживается в машину к О'Бопу, и они едут к транспортному центру.

Где их ждет в машине Микки.

Ждет, уперев глаза в часы.

Минуты убегают.

Или операция прошла хорошо, или его друзья ранены, убиты, арестованы...

Тут Микки видит: на стоянку заезжает Персик Маленький. Они с братом ждут в машине, пока не объявляют о прибытии поезда, видят, как состав катится по рельсам со стороны Сан-Диего. Тогда они выходят из машины, оба в строгих неброских костюмах, у каждого в одной руке кейс, в другой — кофе в одноразовой чашке, а через плечо перекинута дорожная сумка: по виду самые обычные бизнесмены, спешащие на поезд, чтобы ехать на деловую встречу в Лос-Анджелес. Микки незаметно сует им билеты, когда они проходят мимо его машины. На поезда они садятся за минуту до их отправления — потому-то они и выбрали транспортный центр Оушенсайд: «Амтрек» подъезжает сюда с юга, а местный пригородный поезд, отъезжающий по другому пути, двигается на юг. Персик, забрав один кейс, садится на поезд в Лос-Анджелес. А его брат, с другим, двигается в южном направлении, в Сан-Диего.

Когда поезда отходят от платформы, Кэллан с О'Бопом заезжают на стоянку и выходят из машины. Волосы у них коротко пострижены в стиле военных моряков, на них плохонькая одежка, в такую обычно одеваются моряки не на службе. Они закидывают рюкзаки через плечо, проходят мимо машины Микки, получают от него билеты и идут к той стороне вокзала, где паркуются автобусы. Два обыкновенных морячка из Пендлтона в отпуске. Садятся в автобусы, идущие в разные города.

У Персика билет до Лос-Анджелеса, но он до него не доехал. За несколько минут до прибытия на станцию Санта-Ана он заходит в уборную, меняет скучный деловой костюм на небрежный калифорнийский и ждет остановки. Выходит в Сайта-Ане и поселяется в мотеле. Персик Маленький едет таким же манером, только в южном направлении, и, сойдя с поезда в занюханном серфинговом городишке Энсинитас, поселяется в старом коттедже одного придорожного мотеля, через дорогу от пляжа.

А Микки, тот просто возвращается в свой отель. Его и рядом не было с ограблением, и если копы станут задавать вопросы, ему все равно нечего сказать. Он проезжает свои 35 миль до центра и отправляется в постель.

Кэллан с О'Бопом доезжают до обозначенных в билетах пунктов назначения. О'Боп останавливается в неприметном мотеле рядом с порнолавкой. Тут он вполне счастлив, ему есть чем заняться, пока он отлеживается на дне. Он регистрируется, потом выходит, покупает на двадцать баксов жетонов и почти весь день проводит, скармливая жетоны видеоавтомату.

Кэллан, сидя в автобусе, старается забыть о том, что только что убил троих. Но ему не удается. Он не ощущает обычного безразличия; своему чувству он не может подыскать названия.

Я прощаю тебя. Бог прощает тебя.

Никак не выбросить эту ерундовину из головы.

Сойдя с автобуса, Кэллан снимает комнату в мотеле № б. Комната маленькая, зато в ней есть кабельное телевидение. Кэллан валится на кровать и смотрит фильмы. В комнате пахнет дезинфекцией, но все равно тут куда лучше, чем в «Золотом Западе».