Прибыль на людях - Хомский Ноам - Страница 35

The «Newspaper of Record» нарушила молчание несколько месяцев спустя, опубликовав объявление против МСИ, оплаченное Международным форумом по глобализации. В объявлении цитируется заголовок из «Бизнес уик», где МСИ описывается как «подрывная сделка, о которой вы ничего не слыхали». «Соглашение… имеет целью переписать права собственности для иностранных фирм и затронет всё, от фабрик до недвижимости и даже ценных бумаг. Но большинство законодателей и слыхом не слыхивали о Многостороннем соглашении по инвестициям из-за того, что Конгрессу ничего не было известно о секретных переговорах, проводимых администрацией Клинтона», а средства массовой информации придерживались повестки дня Белого дома. Отчего? задает вопрос Международный форум, отвечая на него обзором основных черт договора.

Несколько дней спустя (16 февраля 1998 года) в утренней передаче Национального публичного радио прозвучал фрагмент, посвященный МСИ. Спустя еще неделю появилась (довольно короткая) статья в «Крисчен сайенс монитор». «Нью рипаблик» уже обратила внимание на растущую озабоченность публики по поводу МСИ. Эта проблема неправильно освещалась в респектабельных кругах, сделала вывод «Нью рипаблик», так как «основные печатные издания», будучи «обыкновенно сдвинутыми влево… еще больше сдвинуты по части интернационализма». Так значит, левакам из прессы не удалось вовремя распознать противодействие публики «Fast Track» 'у и обнаружить, что эти же возмутители спокойствия «уже готовятся [к] битве» против МСИ. Прессе следует серьезнее воспринимать свою ответственность и нанести упреждающий удар по «паранойе, связанной с МСИ», которая «рикоше том распространилась через Интернет» и даже привела к публичным конференциям. Одних насмешек над «равниной и черной стаей вертолетов» может оказаться недостаточно. Молчание может оказаться не самой мудрой позицией, если богатым странам надо суметь «примкнуть к либерализации международного инвестиционного права подобно тому, как ГАТТ кодифицировало либерализацию торговли».

1 апреля 1998 года «Вашингтон пост» довела известие об МСИ до общенациональной аудитории в статье, где личное мнение выразил член редколлегии Фред Хайетт. Он подвергает ритуальному осмеянию критику и обвинения в «секретности» ведь текст МСИ, в конце концов, был помещен активистами (незаконно) в Интернет. Как и прочие, кто опускается на такой уровень апологетики, Хайетт не делает отсюда очевидных выводов о том, что средства массовой информации должны элегантно сойти со сцены. Любой используемый ими осмысленный материал может быть обнаружен и простыми людьми в ходе тщательных поисков, и тогда анализы, комментарии и дебаты окажутся ни к чему.

Хайетт пишет, что «МСИ пока еще не привлекло достаточного внимания в Вашингтоне» в особенности, в его газете и это спустя год после того, как миновала первоначальная дата, установленная для его подписания, и за три недели до даты, назначенной в 1998 году. Он ограничивает свой материал несколькими официальными комментариями, преподносимыми в качестве неоспоримого факта, и добавляет, что правительство «узнало из «Fast Track», что пока договоры еще оформляются, ему следует больше, чем прежде, консультироваться с профсо юзами, местными властями, защитниками окружающей среды и прочими». Что мы и имели возможность наблюдать. Возможно, в качестве реакции на письмо конгрессменов или всплытие полоумных на поверхность Вашингтон издал официальное заявление по МСИ 17 февраля 1998 года. Это заявление, подписанное заместителем государственного секретаря Стюартом Айзенштатом и заместителем торгового представителя США Джеффри Лэнгом, насколько мне известно, осталось незамеченным. Заявление выдержано в обычных газетных тонах, но заслуживает заголовков на первых страницах газет по сравнению с тем, что появлялось до сих пор. «Доблести» МСИ принимаются как самоочевидные без какихлибо описаний или аргументов. По таким проблемам, как рабочая сила и окружающая среда, возмещение убытков и т. д. смысл заявления таков же, как и у заявлений правительств Канады и Австралии: «Доверяйте нам и заткнитесь».

Больший интерес представляет та хорошая новость, что США в ОЭСР взяли на себя инициативу по обеспечению того, чтобы соглашение «дополнило наши усилия в более широком смысле» (доселе неведомые) «по поддержке продолжительного развития и по содействию уважению к стандартам труда». Айзенштата и Лэнга «радует, что участники согласны с нами» по этим вопросам. Кроме того, прочие страны ОЭСР теперь «согласны с нами относительно важности работы в тесном сотрудничестве с их родными избирателями ради достижения консенсуса» по МСИ. Они присоединяются к нам в понимании того, что «для их родных избирателей важно быть сопричастными процессу».

«В интересах большей прозрачности добавляет официальное заявление ОЭСР согласилось предать гласности текст проекта соглашения» возможно, еще до подписания.

Вот, наконец, у нас и появилось громкое свидетельство о демократии и правах человека. И в нем провозглашается, что администрация Клинтона ведет за собой мир, обеспечивая условия, чтобы ее «родные избиратели» сыграли активную роль в «достижении консенсуса» по МСИ.

Кто же такие «их родные избиратели»? На этот вопрос можно без труда ответить, взглянув на неоспоримые факты. Деловой мир играл активную роль на протяжении всего описанного процесса. Конгресс не был проинформирован, а докучливая публика «абсолютное оружие» оказалась обречена на неосведомленность. С помощью простейшего упражнения по элементарной логике мы доподлинно установим, кого клинтоновская администрация считает «своими родными избирателями».

Это полезный урок. Подлинные ценности власть имущих редко формулируются с такой искренностью и точностью. Справедливости ради отметим, что они не являются монополией США. Эти ценности разделяются государственными и частнособственническими центрами власти в других парламентских демократиях, а также их аналогами в тех обществах, где нет необходимости потворствовать риторическим увещеваниям насчет «демократии».

Уроки кристально ясны. Потребовался бы настоящий талант, чтобы их не заметить, как и не разглядеть, сколь превосходно они иллюстрируют предостережения Мэдисона, сделанные более 200 лет назад, когда он сетовал на «наглую развращенность времен», предупреждая о том, что «биржевые спекулянты станут преторианской гвардией правительства сразу и его орудиями, и его тиранами, будучи подкупленными его щедротами и внушая ему страх сплетнями и махинациями».

Эти наблюдения попадают в самую суть МСИ. Подобно многому в публичной политике последних лет, особенно в англоязычных обществах, этот договор имеет целью урезать демократию и права граждан, перенося еще больше полномочий по принятию решений в никому не подотчетные частные организации, в правительства, для которых эти организации поставляют «родных избирателей», и в международные институты, с которыми эти организации связывают «общие интересы».

УСЛОВИЯ МСИ

Так что же на самом деле излагается в статьях МСИ, и что они предвещают? Если бы фактам и проблемам было позволено выйти на публичную арену, то что же мы обнаружили бы? На такие вопросы не может быть определенного ответа. Даже если бы мы располагали полным текстом МСИ, подробным списком оговорок, внесенных теми, кто его подписал, и полными дословными протоколами заседаний, мы не узнали бы ответов. Причина в том, что ответы обусловливаются не словами, а властными отношениями, которые навязывают интерпретации слов. Два века назад в ведущей демократической стране своего времени Оливер Голдсмит заметил, что «законы перемалывают бедных, а богатые люди придумывают законы» имеются в виду реально действующие законы, что бы ни говорилось в изящных словах. Этот принцип остается в силе и по сию пору.

Все это опять-таки широко распространенные трюизмы. В Конституции США и поправках к ней мы не найдем ничего, что наделяло бы правами личности (свобода слова, свобода от обысков и конфискаций, право покупать выборы и т. д.) организации, которые историки права называют «коллективными правовыми субъектами». Подобного рода «коллективные правовые субъекты» это целостные единицы, обладающие правами «бессмертных личностей» правами, каковые намного превосходят права реальных лиц, если мы будем учитывать их власть; и правами, теперь как мы видели расширяющимися до уровня государств. Мы тщетно будем рыться в Хартии ООН, чтобы найти основания для полномочий (на которые претендует Вашингтон) по использованию силы и насилия ради достижения «национальных интересов» в том виде, как их определяют бессмертные личности, которые наводят на общество тень под названием «политика», если пользоваться навевающей воспоминания фразой Джона Дьюи. Уголовный Кодекс США определяет терроризм с большой отчетливостью, а законы США предусматривают суровые наказания за это преступление. Но никто не найдет никакой формулировки, которая избавляла бы «архитекторов власти» от наказания за развязывание ими государственного террора, не говоря уже об их чудовищных сателлитах (до тех пор, пока они пользуются благосклонностью Вашингтона), таких, как Сухарто, Саддам Хусейн, Мобуту, Норьега и прочих малых и великих. Как из года в год указывают ведущие организации по правам человека, фактичес ки вся помощь США зарубежным странам незаконна, начиная от главного ее получателя и далее по списку, так как закон запрещает помогать странам, «систематически применяющим пытки». Пусть это закон, но разве смысл его таков?