100 великих диктаторов - Мусский Игорь Анатольевич - Страница 166

Чан Кайши было достаточно прочитать первые требования, чтобы назвать генералов изменниками. Самому же ему пришлось остаться в положении пленника. В Нанкине было введено чрезвычайное положение, начались кровавые стычки между сторонниками и противниками Чан Кайши. Назначенный временно председателем нанкинского военного совета генерал Фэн Юйсян послал телеграмму Чжан Сюэляну, в которой предложил себя на роль пленника вместо генералиссимуса. Но Чжан Сюэлян взял на себя полную ответственность за безопасность Чан Кайши.

Сун Мэйлин попросила американского советника Дональда, находившегося в Сиани, привезти от мужа письменный приказ, предотвращающий любое нападение на Сиань гоминьдановских войск с целью обеспечить безопасность генералиссимуса. Приказ был издан, в нем говорилось о трехдневном перемирии.

Длительные переговоры закончились согласием Чан Кайши написать письмо в Нанкин. В нем содержалось предложение Чжан Сюэляна направить в Сиань представителей для переговоров по освобождению генералиссимуса. Однако никто не взял на себя такую роль, поскольку все знали, что повлиять на решение Чан Кайши невозможно. 22 декабря жена Чан Кайши вместе с Дональдом прилетели в Сиань. В самолете, перед самой посадкой, она вытащила из сумочки револьвер и передала его американскому советнику, попросив застрелить ее, если мятежники попытаются схватить посланцев Нанкина. Участники сианьского заговора решили завершить операцию с честью: 25 декабря Чан Кайши был освобожден, но от него так и не добились согласия ни по одному из восьми предложенных пунктов. Чжан Сюэлян вызвался сопроводить чету Чан Кайши в Нанкин, полагая, что этим докажет генералиссимусу свою преданность. Но когда на следующий день самолет приземлился на нанкинском аэродроме, он понял, что ошибся. Его ждала изоляция, и он был лишен всех постов. Прежде всего, Чан Кайши посадил Чжана Сюэляна под домашний арест и заставил его сделать письменное заявление «с признанием вины, с просьбой о наказании». Высший военный трибунал Гоминьдана осудил его на 10 лет тюремного заключения. Однако в самый последний момент генералиссимус обратился к правительству с просьбой о специальной амнистии для Чжана Сюэляна. В результате тот был взят под контроль Военным советом Гоминьдана и на многие годы остался под домашним арестом.

Итогом сианьских событий стало устное обещание Чан Кайши провести в правительстве решение о принятии предложенных ему условий создания единого фронта. Однако война с Японией по-прежнему не представлялась ему общественно-государственной задачей.

8 июля 1937 года Чан Кайши получил доклад о событиях у моста Лугоу-цяо (другое название Марко Поло), старинного мраморного сооружения через Юндинхэ, построенного в 1190 году и расположенного в пятнадцати километрах к юго-западу от Пекина. В ночь на 8 июля японские солдаты приступили к учениям восточнее моста Лугоуцяо. Вскоре они попали под обстрел китайского подразделения. Японский кабинет, негодуя по этому поводу, решил, что в Китай будут направлены дополнительные силы для пополнения японского контингента. Чан Кайши предъявил Токио свои требования: признать ответственность за происшествие у Лугоуцяо, принести извинения, компенсировать потери и обещать, что подобного никогда не повторится. Он отдал приказ командованию 29-й армии не отступать и не принимать требований японцев. Подразделения этой армии, перейдя в контрнаступление, отбили мост. Генерал Такэо Имаи поставил ультиматум: наказать виновных, вывести все китайские войска из зоны железной дороги Пекин-Тяньцзинь Но, не дождавшись ответа на этот ультиматум, японское командование начало наступление на Пекин и Тяньцзинь. В конце июля пал Тяньцзинь. Основные силы японцев были брошены на Шанхай и подвергнули его жесточайшим бомбардировкам. Чан Кайши сосредоточил здесь достаточно крупную армейскую группировку, но отдал приказ не ввязыватьсяв военные действия. Более трех месяцев китайские войска вопреки приказу вели ожесточенные бои за Шанхай.

Но противник имел военное преимущество. Сломив сопротивление китайской армии, японцы двинулись к древней столице. 7 августа японское командование официально объявило о вступлении императорской армии в Пекин.

В таких условиях Чан Кайши был вынужден пойти на уступки КПК. 20 августа из основных сил Красной Армии была сформирована 8-я Национальная армия под командованием Чжу Дэ. Но японцы продолжали наступательные действия, и 13 декабря они овладели Нанкином. Правительство вынуждено было заблаговременно покинуть город. Коммунисты предложили генералиссимусу обратиться за поддержкой к СССР.

Однако Чан Кайши не собирался следовать подобному совету. Вместо этого он нацелил свои взгляды на США и Англию. Англия, озабоченная собственными интересами в Китае, стремилась избежать столкновения с Японией. США, также заинтересованные в Китае, придерживались подобной точки зрения. Чан Кайши вел долгие бесполезные переговоры, стараясь переубедить Англию и США.

14 сентября 1937 года Рузвельт объявил о нейтралитете США, распространяющемся на Дальний Восток. Торговым судам, принадлежащим США либо находящимся под американским флагом, отныне запрещалось транспортировать и в Китай, и в Японию «оружие или любое иное снаряжение, предназначенное для ведения военных действий». Подобный акт не делал никакой погоды в Японии, но поставил в безысходное положение Китай, лишив его последней возможности получать помощь из США. Чан Кайши поспешил указать на ответственность США за события, происходящие в Китае.

Наступление нового, 1938 года он отметил посланием к народу: «ради выживания мы должны полагаться только на себя». В этом же году он дал согласие на создание Новой 4-й армии. Чан Кайши искал новых союзников, и 2 января он решил обратиться через немецкого посла Траумана к Гитлеру с просьбой «повлиять на японцев».

Германское посредничество было крайне невыгодным для США и Англии, которые боялись потерять инициативу в дальневосточном вопросе. Кроме того, к маю 1938 года в Китай поступили советские танки, большое количество артиллерии и стрелкового вооружения. Экспортно-импортный банк США предоставил Китаю кредит в сумме 25 миллионов долларов для закупки продукции и сельскохозяйственных товаров.

Рост политических настроений в стране в пользу единого фронта способствовал усилению авторитета КПК. Чан Кайши сделал ответный ход и усилил давление на противников, призвав к уничтожению «баз коммунистической деятельности». Вместе с тем он не терял надежды на сотрудничество с США. В конце 1940 года в Вашингтоне стали смотреть на японскую экспансию в Китай совсем иначе, чем это было в начале японо-китайской войны. Между гоминьдановским правительством и США стало налаживаться сотрудничество по организации добровольческого американского авиационного подразделения для операций в Китае. В апреле 1941 года Рузвельт издал декрет, разрешающий военнослужащим увольняться из армии с целью поступления в добровольческий корпус в Китае. В августе Чан Кайши отдал приказ об учреждении «добровольческого отряда» («летающие тигры»). Стремление Японии в юго-западную часть Тихого океана, нападение Германии на Советский Союз заставили Америку пойти на решительные действия. В Лондоне тоже беспокоились о судьбе китайского фронта. Если бы Японии удалось покончить с Китаем, то 15, а то и 20 японских дивизий освободились бы, чтобы вторгнуться в Индию.

27 октября Чан Кайши получил приглашение на Каирскую конференцию, которая открылась 22 ноября. А с 1 по 5 декабря (сразу же после Тегеранской конференции 28 ноября — 1 декабря) проходил второй этап встречи. Китайский генералиссимус имел на руках достаточно веский козырь: «Китай не сможет продержаться в войне, и поэтому не исключена его капитуляция». Он настаивал уделить больше внимания бирманскому театру действий: после того как противник будет изгнан из Бирмы, его следующим рубежом будет Северный Китай, а затем — Маньчжурия.

Отдавая дань победам СССР в войне с Гитлером, американцы настаивали на поддержании Китаем связи с северным соседом. США надеялись, что Советский Союз вступит в войну на Тихом океане.