По направлению к нулю - Кристи Агата - Страница 43

– Она, похоже, немного влажная, – удивленным тоном сказала Мери.

– Именно так.

Он повернулся к двери и вышел.

– Но как же веревка? Я думала, она нужна вам? – недоуменно спросила Мери.

Мак-Виртер усмехнулся:

– Я просто хотел убедиться в том, что она существует. Вот и все. Возможно, будет лучше, если вы запрете эту дверь, мисс Олдин, а ключ возьмете с собой. Да. Я был бы вам очень признателен, если бы вы отдали этот ключ суперинтенданту Баттлу или инспектору Личу. Пусть он пока хранится у них.

Спускаясь вниз по лестнице, Мери сделала попытку сосредоточиться.

Когда они достигли главного холла, она все же попробовала прояснить ситуацию:

– Но подождите. Я совершенно ничего не понимаю.

– В этом нет никакой необходимости, – твердо сказал Мак-Виртер. Он взял Мери за руку и сердечно пожал ее. – Крайне признателен вам за содействие.

После этого он, не задерживаясь, покинул дом. Мери подумала, что вся эта история похожа на странный сон.

Вскоре с прогулки пришли Невиль и Томас, а немного погодя вернулась машина из Солтингтона, и Мери с легкой завистью поглядывала на Кей и Теда, которые казались такими оживленными и бодрыми. Они весело смеялись и шутили.

«В конце концов, почему бы и нет? – подумала она. – Смерть Камиллы ничего не значит для Кей. Подобные трагедии с трудом воспринимаются юными, полными жизни созданиями».

Полицейские появились в Галлс-Пойнте сразу после ленча. Харстолл вошел в столовую и немного испуганным голосом объявил, что суперинтендант Баттл и инспектор Лич ожидают всех в гостиной.

Суперинтендант Баттл приветствовал всех собравшихся, лицо его излучало полнейшее добродушие.

– Надеюсь, я не помешал вашей трапезе, – сказал он извиняющимся тоном. – Но у меня есть пара вопросов, которые необходимо срочно выяснить. Например, я хотел бы узнать, кому принадлежит эта перчатка, – сказал он, вынимая из кармана маленькую светло-желтую замшевую перчатку. – Может быть, это ваша вещица, миссис Стрендж? – сказал он, обращаясь к Одри.

Она отрицательно покачала головой:

– Нет, нет, не моя.

– Мисс Олдин?

– Думаю, нет. У меня нет ничего такого цвета.

– Можно мне взглянуть? – спросила Кей, протягивая руку. – Нет…

Кей попыталась померить ее, но перчатка оказалась ей явно мала.

– Мисс Олдин?

Мери в свою очередь примерила ее.

– Вам она тоже маловата, – заметил Баттл. Он вновь повернулся к Одри: – Я полагаю, вам она придется как раз впору. Ваша рука меньше, чем у этих леди.

Одри взяла перчатку и легко натянула ее на правую руку.

– Она же уже говорила вам, мистер Баттл, – резко сказал Невиль Стрендж, – что это не ее вещь.

– И все-таки, возможно, она ошиблась, – предположил Баттл, – или забыла.

– Может быть, она и моя, – сказала Одри. – Ведь перчатки так похожи друг на друга.

– Во всяком случае, – сказал Баттл, – мы обнаружили ее под вашим окном, миссис Стрендж. Она зацепилась за плющ, там же была и парная…

Невиль порывисто шагнул вперед:

– Но послушайте, суперинтендант!..

– Не могли бы мы переговорить с вами наедине, мистер Стрендж? – серьезно произнес Баттл.

– Конечно, суперинтендант. Пойдемте в библиотеку. – Он пошел первым, и двое полицейских последовали за ним.

Как только дверь библиотеки закрылась, Невиль отрывисто сказал:

– Что это за смехотворная история с перчатками под окнами моей жены?

– Не горячитесь, мистер Стрендж, – спокойно сказал Баттл. – Мы обнаружили в вашем доме несколько исключительно любопытных вещей.

Невиль нахмурился:

– Любопытных? Чем же они так заинтересовали вас?

– Я объясню.

Баттл кивнул, взглянув на Лича, и тот, поняв молчаливый приказ, вышел из комнаты и быстро вернулся, держа в руках очень странное приспособление.

– Как видите, сэр, этот металлический набалдашник, отвинченный с викторианской каминной решетки, очень увесистый предмет. Затем у теннисной ракетки отпилили верхнюю часть и этот набалдашник надели на ручку ракетки. – Он сделал паузу. – Насколько я понимаю, не может быть никаких сомнений в том, что сие приспособление было использовано для убийства леди Трессильян.

– Какой ужас! – с содроганием сказал Невиль. – Но где вы обнаружили этот… эту кошмарную вещь?

– Набалдашник был вычищен и поставлен на свое место в решетке. Убийца, однако, проявил некоторую небрежность, когда мыл его. На резьбе мы обнаружили следы крови. Части ракетки были также воссоединены посредством клейкого хирургического пластыря. И затем ее беспечно бросили обратно в кладовку под лестницей, где она, вероятно, и лежала среди других вещей совершенно незамеченной, пока нам не пришло в голову поискать что-нибудь в этом роде.

– Вам не откажешь в находчивости, суперинтендант.

– Обычная методика поисков.

– И никаких отпечатков, я полагаю?

– Эта ракетка, как мне кажется, судя по весу, принадлежит миссис Кей Стрендж. И на ручке мы обнаружили отпечатки ее и также ваших пальцев. Но мы также можем утверждать, что после вас двоих ее держала рука в перчатках. И кроме того, на этой ракетке мы обнаружили еще один отпечаток, оставленный, вероятно, по небрежности. Он был на полоске хирургического пластыря, которым соединили вместе распиленные части ракетки. Я не хочу предварять события и сразу объявить вам, чьи это были отпечатки. Сначала мы поговорим на другую тему. – Баттл немного помолчал и затем сказал: – Я хочу подготовить вас к некоему потрясению, мистер Стрендж. Прежде всего я хотел бы спросить следующее: вы уверены, что именно вам пришла в голову идея этой сентябрьской встречи, или же такое предложение в действительности поступило от миссис Одри Стрендж?

– Одри никогда ничего подобного не предлагала. Нет, Одри…

Дверь открылась, и на пороге появился Томас Ройд.

– Извините за вмешательство, – сказал он, – но я подумал, что мне следует присутствовать при вашем разговоре.

Невиль встревоженно посмотрел на него:

– Ты так считаешь, старина? Вообще-то он касается личных отношений.

– Боюсь, меня это не волнует. Видите ли, я услышал, как вы произносили одно имя… – Он помедлил. – Имя Одри.

– Тебя это не касается, черт возьми. Почему тебя так волнует наш разговор об Одри? – возмущенно спросил Невиль.

– Ну если уж на то пошло, то с тем же успехом я могу адресовать эти слова тебе. Я пока не переговорил с Одри, но приехал сюда с намерением попросить ее выйти за меня замуж. И думаю, она догадывается об этом. Итак, мне кажется, что причина моего вмешательства достаточно серьезная, поскольку я хочу жениться на ней.

Суперинтендант Баттл тихо кашлянул. Невиль, вздрогнув, повернулся к нему:

– Простите, суперинтендант. Это неожиданное вмешательство…

– Мне оно не помешает, мистер Стрендж. У меня остался к вам только один вопрос. В вечер убийства за ужином вы были в темно-синем костюме, на котором мы обнаружили светлые волосы на внутренней стороне воротника и на спине. Вы знаете, как они попали туда?

– Ну, вероятно, это мои волосы.

– О нет, сэр, это исключено. На спине были женские волосы… и еще рыжие, на рукаве.

– Я думаю, рыжая у нас только моя жена, Кей. А другие, как вы предполагаете, принадлежат Одри? Вполне вероятно. Я вспомнил. Как-то вечером пуговица моего обшлага запуталась в ее волосах.

– В таком случае, – пробормотал Лич, – эти волосы должны были оказаться на рукаве.

– Черт побери, я ничего не понимаю, что же тогда вы предполагаете? – воскликнул Невиль.

– Также на внутренней стороне воротника остались следы пудры, – сказал Баттл. – «Примавера натурель № 1» – очень дорогая пудра с изысканным запахом. Не пытайтесь убедить меня, мистер Стрендж, что это вы пользуетесь ею. Я все равно не поверю. А миссис Кей Стрендж пользуется пудрой «Поцелуй солнечной орхидеи». Так что «Примавера № 1» может принадлежать только миссис Одри Стрендж.

– Что вы предполагаете? – повторил Невиль.