Адвокат под гипнозом - Борохова Наталья Евгеньевна - Страница 41

Они заняли свободный столик.

– Ты работаешь или учишься? – спросил он.

– Я – адвокат, – сказала она, продолжая изучать его своими внимательными шоколадными глазами.

– Это круто! – сообщил он. – А я вот пока не определился. Перед тем как выбрать профессию, надо все взвесить, верно?

Она как-то странно посмотрела на него, но возражать не стала.

– Простите, я не знаю вашего имени-отчества, – сказала она.

– Меня зовут Ролан, – сообщил он. – Для отчества я еще слишком молод.

Опять странный взгляд.

– Ваш телефон я нашла в записной книжке Кристины, – сказала она. – Вы с ней вместе посещали занятия у доктора Левицкого.

– Не знаю никакой Кристины и никакого доктора! – улыбнулся он. – Вообще я не слишком жалую врачей. Иногда, правда, приходится посещать стоматолога. Но к нему меня всегда записывает отец и потом подзатыльниками загоняет в кресло. Терпеть не могу лечить зубы! Но знаешь, отец за каждый визит мне дает потом пятьсот рублей. Недурной заработок, а?

– Ролан, мне кажется, я ошиблась, – сказала девчонка, поднимая с земли свой тяжелый портфель. – Мне нужен был то, кто говорил с Кристиной по телефону. Скажи, это твой номер? – Она показала ему цифры, записанные на листочке бумаги.

– Ну, разумеется, мой номер, раз ты до меня дозвонилась! – проявил он остатки здравомыслия. – Но зачем тебе сдалась эта Кристина? Мы могли с тобой чудесно провести время. Сходить в кино или покататься на каруселях.

– Я ищу человека, который называет себя странно: «Супруг».

– Действительно, странно, – проговорил он еле слышно. – Что-то это мне напоминает…

Ролан закрыл лицо руками и так сидел несколько минут. Плечи его подрагивали. Потом он порывисто соскочил с места.

– Простите, я скоро подойду. Дождитесь меня…

Дубровская ковырялась ложкой в своей чашечке, не понимая, чего дожидается. Странный субъект исчез, не расплатившись за колу и мороженое, но это был, должно быть, его фирменный фокус. Хуже всего то, что след загадочного Супруга оборвался навсегда. Как найти человека в мегаполисе, если все, что ты о нем знаешь, является лишь длинной комбинацией цифр? Кристина могла поменять местами два знака, что-то перепутать и увести поиски в сторону бесконечности.

Она встала, намереваясь оставить на столике деньги, как вдруг субъект в мятых брюках появился вновь. Елизавета его с трудом узнала. Вроде бы все было как раньше: та же рубашка с пятнами пота под мышками, тот же съехавший на бок галстук, та же взъерошенная шевелюра. Но что-то неуловимо поменялось в его лице, да так, что если раньше он напоминал ей подростка, по недоразумению влезшего в тело пожилого мужчины, то теперь, когда между формой и содержанием установилось равновесие, ему трудно было дать меньше пятидесяти. Взгляд казался потухшим. Походка приобрела все присущие возрасту недостатки: стала тяжелей, основательней. Исчезли угловатые движения, исчезли суетливость и азарт молодости, вместо этого появились одышка и усталость.

– Останьтесь, – попросил он, тяжело присаживаясь на стул. Пивной животик явно мешал ему. – Нам есть о чем поговорить. Вы обратились по адресу. Я и есть тот самый Супруг, которого вы искали…

– Конечно, я помню прежнего администратора доктора Левицкого, – сказал он. – Ее звали Ника. Эффектная такая барышня. Я и сам пытался приударить за ней, но она была всегда так профессионально отстранена, так независима. Брюнетка вашего возраста и совершенно удивительной комплекции. Грудь, ноги, все такое. – Он изобразил руками волнующие изгибы молодой женщины.

– Она вышла замуж за профессора Каменева? – спросила Лиза.

– Кто вам сказал? – удивился мужчина. – Боюсь, я ничего об этом не знаю. Она исчезла из офиса так внезапно, что у меня даже не было возможности спросить ее об этом. Правда, Фиалка что-то говорила насчет ее мужа, старого и известного, но я не сопоставил факты. Да и какая разница? Хотя…

Он задумался, поворачивая в пальцах стакан с остатками колы.

– Угораздило же старого черта связаться с ней, – усмехнулся он. – То-то на последнем сеансе он говорил что-то про беса в ребро и обещал все исправить. Профессор клял не то магию, не то колдовство. В довершение всего он сорвал с себя маску, назвав свое имя и показав лицо. Меня он заинтересовал, да так, что я даже решил с ним переговорить после сеанса. Я долго ждал его во дворике. Уже ушла домой Фиалка, испарился в неизвестном направлении Агент, а он все не шел. Должно быть, доктор проводил с ним дополнительный сеанс, боясь отпускать домой в таком состоянии. Жаль, что это профессору не помогло, к утру он был уже мертв.

– Ну а как же Кристина, его дочь? – спросила Лиза.

– А что Кристина? Я узнал ее позже. Милая девочка, и мне ее искренне жаль. То, что вы рассказали, ужасно. Она выглядела такой бледной и отчаянной в последний раз. Сорвала маску, чем напомнила своего несчастного отца. Конечно, она храбрилась, говорила что-то про решимость бороться с болезнью самостоятельно. Но, видимо, ей это плохо удалось. Наш последний разговор подтвердил все мои дурные предчувствия. Кристина вела себя так, словно ей трудно было воспринимать что-то на слух. Она бесконечно переспрашивала меня, задавала вопросы невпопад, а потом и вообще бросила трубку.

– Скажите, а вы сможете, если вас попросят, опознать бывшего администратора, эту девушку Нику? – задала вопрос Дубровская.

– Разумеется, такую женщину трудно забыть, – сказал он. – А что, вы подозреваете ее в каком-то сговоре с доктором Левицким?

– Сейчас трудно сказать, – уклончиво ответила Лиза. – Отмечу только, что их близкое сотрудничество мне не нравится…

Глава 20

Ника встретила Дубровскую в привычной для нее манере.

– Что-то вы зачастили ко мне, госпожа адвокат? Чувствует мое сердце, готовите очередную пакость. Ну да ладно, проходите в залу. Хотите для начала небольшой тест?

Елизавета пожала плечами:

– Ничего не имею против маленького развлечения перед серьезным разговором.

Профессорская вдова довольно потерла руки.

– Вообразите меня менеджером по персоналу, проводящим психологический тест. Вы, разумеется, юрист, надеющийся получить работу в крупной фирме. Я даю вам картинку, на которой изображены три человека, плывущие по морю среди акул. В руках одного из них ничего нет. Он не боится акул. У второго – огромный нож. Он в случае нападения заставит дорого заплатить за свою жизнь. Третий взял с собой подводную пушку, типа базуки. С кем из них вы себя ассоциируете?

– Тут все очевидно. Конечно, с третьим, – заметила Елизавета.

– Вы нам не подходите! – довольно произнесла Ника. – Нам нужны сотрудники, ассоциирующие себя с акулами. Здорово, верно?

– Восхитительно! – кивнула головой Дубровская. – Это все, что вы почерпнули из вашей работы в кабинете психоанализа?

Ника смотрела на нее вопросительно. На ее щеках вспыхнули алые пятна, но она быстро взяла себя в руки.

– Что за чушь? Это ваша очередная попытка притянуть меня к тому делу, которое расследуется сейчас в отношении Кристины?

– Вы ведь работали в кабинете Левицкого, верно? Так зачем же разыгрывали спектакль в процессе, где решался вопрос о наследстве? Вам с доктором Левицким удалось притвориться незнакомыми людьми. Признаться, я этому поверила.

– Не понимаю, о чем вы говорите!

– Прекрасно понимаете! Можете, конечно, упираться. Ваше право. Но пациенты доктора легко опознают вас. Слишком уж у вас приметная внешность, госпожа Каменева.

– Что вы от меня хотите? – спросила Ника, жестко блеснув глазами. – Для чего вы пришли?

– Ищу сотрудничества, – пожала плечами адвокат. – Вы делитесь со мной вашим планом по устранению падчерицы, я же думаю, как помочь вам выпутаться из этой истории. Могу даже посоветовать вам хорошего защитника. Идет?

– Зря стараетесь, адвокат! – хищно ухмыльнулась вдова. – Мне смешно, что за торг вы здесь ведете. В деле Кристины полная ясность. Она принимала наркотики, и я под присягой подтвержу, что не имею к этому никакого отношения. Что касается моей работы у доктора Левицкого, не вижу в этом ничего предосудительного. Я хорошо выполняла свои обязанности. Думаю, что у него ко мне претензий нет.