Таинственный противник - Кристи Агата - Страница 29

Глава 16

Дальнейшие приключения Томми

Глухая чернота постепенно рассеивалась, и сквозь всполохи боли к Томми медленно возвращалось сознание. Когда он окончательно очнулся, то явственно ощущал лишь одно: страшную ломоту в висках. Он смутно чувствовал, что находится в незнакомом месте. Но где? Что случилось? Он закрыл и снова открыл глаза. Нет, это не номер в «Ритце»! И что у него с головой?

– Черт! – пробормотал Томми и попытался сесть. К нему вернулась память. Ясно, он в Сохо, в том зловещем доме. Со стоном он откинулся на спину, но сквозь неплотно сомкнутые веки пытался хоть что-нибудь разглядеть.

– Приходит в себя, – произнес кто-то над самым его ухом.

Томми сразу узнал голос энергичного бородатого немца и потому не спешил проявлять признаки жизни. Да и куда спешить? И вообще, пока у него так стреляет в голове, он не очень-то способен соображать. И все-таки он попытался вспомнить, что же с ним произошло. Очевидно, пока он подслушивал, кто-то подкрался к нему сзади и огрел по голове. Теперь они знают, что он шпион, и, вероятно, тут же с ним разделаются. Да, положение не из завидных. Где он, никто не знает. А потому ни на чью помощь рассчитывать не приходится. Остается полагаться только на собственную изобретательность.

– Ну, теперь держись! – пробормотал он себе еле слышно, а чуть громче снова буркнул: – Черт! – На этот раз ему удалось сесть.

Немец подошел ближе и, прижав к его губам стакан, приказал: «Пей!» Томми был вынужден подчиниться. И тут же поперхнулся – таким крепким оказался напиток. Зато в голове у него сразу прояснилось.

Он лежал на диване, в той самой комнате, где происходило совещание. С одной стороны от него стоял немец, с другой – гнусного вида детина, который впустил его в дом. Остальные сгрудились несколько поодаль. Только одного Томми недосчитался – того, кого называли Номером Первым. Его в комнате не было.

– Полегчало? – спросил немец, забирая пустой стакан.

– О да! Премного благодарен! – бодрым голосом отозвался Томми.

– Мой юный друг, ваше счастье, что у вас такой толстый череп. Добряк Конрад способен повалить быка. – Он кивком указал на привратника. Тот ухмыльнулся.

Томми с усилием повернул голову.

– А, значит, вас величают Конрадом? – сказал он. – Ну, так вам тоже повезло, что у меня толстый череп. Впрочем, у вас такая физиономия, что мне даже жалко, что мой череп помог вам увернуться от петли.

Конрад пробурчал какое-то ругательство, но бородатый немец сохранил невозмутимость.

– Петля ему и не грозила, руки коротки у ищеек, – сказал он.

– Ну, как вам угодно, – отозвался Томми. – Принято считать, что в полиции одни идиоты, но сам я им вполне доверяю.

Держался он непринужденно. Томми Бересфорд был из тех молодых англичан, которые не отличаются блеском и умом, однако, оказавшись в положении, обычно именуемым «безвыходным», мгновенно преображаются. Природную застенчивость и осмотрительность они сбрасывают как перчатки. Томми прекрасно понимал, что спасти его может только собственная смекалка, а его привычная и потому естественная медлительность помогала скрыть работу мысли.

Все так же невозмутимо немец продолжал:

– Хотите ли вы что-нибудь сказать, прежде чем вас казнят за шпионаж?

– Очень хочу! У меня много интересных сведений! – ответил Томми все с той же небрежной легкостью.

– Будете отрицать, что подслушивали?

– Нет. Конечно, я должен извиниться… Но ваш разговор был настолько интересным, что я забыл про щепетильность.

– Как вы проникли сюда?

– Милейший старина Конрад! – Томми виновато улыбнулся привратнику. – Мне горько это говорить, но верного слугу пора бы отправить на пенсию, вам стоит поискать сторожевого пса получше.

Конрад что-то прорычал, а когда бородатый повернулся к нему, угрюмо пробормотал:

– Он назвал пароль. Откуда я мог знать?

– Совершенно верно, – вмешался Томми. – Откуда он мог знать? Не надо его ругать, ведь только благодаря его опрометчивости я получил редкое удовольствие – лицезреть всех вас.

Ему показалось, что его слова вызвали некоторое смятение у зрителей на заднем плане, но бдительный немец успокоил их небрежным взмахом руки.

– Покойники молчат, – сказал он невозмутимо.

– Да, но я-то еще не покойник, – возразил Томми.

– Мы не заставим вас долго ждать, мой юный друг, – заметил немец.

Остальные поддержали его одобрительным ворчанием.

Сердце Томми отчаянно заколотилось, но он не оставил светски-любезного тона.

– Не уверен, – небрежно сказал он. – Вряд ли это разумно – убивать меня.

Он, несомненно, сбил их с толку, судя по выражению физиономии немца, который спросил:

– Почему это мы должны оставить вас в живых? Назовите хотя бы одну причину.

– Да хоть десять, – ответил Томми. – Послушайте, вы засыпали меня вопросами. Позвольте и мне задать хоть один. Почему вы со мной не разделались сразу, зачем вам было нужно, чтобы я пришел в себя?

Немец замялся, и Томми поспешил воспользоваться моментом.

– А затем, чтобы узнать, какими я располагаю сведениями… и откуда я получил эти сведения. Если вы сейчас прикончите меня, то так ничего и не узнаете.

Тут к дивану, стиснув кулаки, подскочил Борис.

– Шпион, собака! – завопил он. – Мы с тобой цацкаться не будем! Кончайте с ним! Чего волынить!

Раздались дружные аплодисменты.

– Слышали? – спросил немец, не спуская глаз с Томми. – Что вы на это скажете?

– Что скажу? – Томми пожал плечами. – Сборище идиотов. Пусть-ка пораскинут сначала мозгами. Как я сюда пробрался? Вспомните, что сказал старина Конрад: он назвал пароль, верно? А откуда я его узнал? Неужели вы думаете, что я сказал первое, что мне пришло в голову?

Томми был очень доволен своей последней фразой и жалел только, что ее не слышит Таппенс, она бы оценила.

– А ведь верно, – спохватился рабочий. – Товарищи, нас предали!

Среди «товарищей» поднялся возмущенный ропот, и Томми ободряюще им улыбнулся.

– Так-то лучше. Вы никогда ничего не добьетесь, пока не научитесь шевелить мозгами.

– Придется вам назвать того, кто нас предал, – заявил немец. – Но не рассчитывайте, что это спасет вас. Вы нам выложите все, что знаете. Видите Бориса? Он умеет развязывать языки.

– Ха! – презрительно бросил Томми, старательно подавляя весьма неприятное ощущение под ложечкой. – Ни пытать, ни убивать вы меня не станете.

– Это почему же? – спросил Борис.

– Да кто же убивает курицу, которая несет золотые яйца, – невозмутимо заметил молодой человек.

Наступила пауза. Спокойная самоуверенность Томми наконец произвела впечатление. Заговорщики определенно начали сомневаться. Человек в потрепанной одежде испытующе посмотрел на пленника.

– Он водит тебя за нос, Борис, – спокойно сказал он.

Вот гад. Неужели этот тип раскусил его?

Немец, еле сдерживая злобу, жестко спросил:

– Что это значит?

– А как по-вашему? – бойко переспросил Томми, лихорадочно придумывая очередную фразу.

Внезапно Борис шагнул вперед и поднес к его лицу кулак.

– Говори, английская свинья, говори!

– Ну зачем же так волноваться, дружище, – сказал Томми, не теряя присутствия духа. – С вами, иностранцами, очень трудно разговаривать. Не умеете сохранять спокойствие. А теперь посмотрите на меня хорошенько: разве так выглядит человек, который потерял всякую надежду остаться в живых?

Он обвел их высокомерным взглядом, радуясь, что они не слышат, как предательски стучит его сердце.

– Нет, – помолчав, неохотно согласился Борис.

«Слава Богу, он не умеет читать мысли!» – подумал Томми, а вслух продолжал с прежним апломбом:

– А почему я так спокоен? Да потому, что у меня есть сведения, которые наверняка вас заинтересуют, и мы сумеем договориться.

– Договориться? – Бородатый прожег его взглядом.

– Ну да… договориться. Я получаю жизнь и свободу взамен… – Он умолк.