Стань моей судьбой - Бакли Эмеральд - Страница 2

Центром коллекции служила модель всего особняка, стоявшая на специальном столике посредине комнаты. Воспроизводившая все архитектурные детали здания, она была скорее музейным экспонатом, чем игрушкой, хотя Валери и получила ее в подарок на девятый день рождения.

Но сейчас Валери смотрела не на кукольный домик, а на мать.

Камилла Керквуд улыбнулась дочери и поправила крохотные конвертики, выглядывавшие из медного почтового ящика, висевшего у передней двери миниатюрного домика.

– Извини, что не встретила тебя, – сказала Валери.

– А как бы ты могла меня встретить, если я не сообщила, что собираюсь приехать?

Что ж, по крайней мере, ответ на один вопрос получен, подумала Валери. Мать ничуть не смущена тем, что явилась без приглашения. Впрочем, сомневаться в психической устойчивости Камиллы не было никаких оснований.

– Для меня это, конечно, приятный сюрприз. Но все же, мама, что привело тебя в Бриджпорт в такое время года?

– Знаешь, я всегда любила индейское лето.

– Тебе не хуже меня известно, что оно вот-вот закончится. Вечерами уже сыро и холодно, так и тянет к камину.

Камилла пожала плечами.

– Хорошо. Раз уж тебе так нужно знать... Есть один мужчина...

Валери изумленно уставилась на мать. Камилла влюбилась?

– Здесь?

– Нет, в Ванкувере. Он недавно поселился в нашем доме и, похоже, вбил себе в голову, что влюбился в меня. Чем больше я разубеждаю его в этом, тем решительнее он становится.

Объяснение звучало вполне правдоподобно.

– Так ты от него сбежала?

– Мне почему-то кажется, что в мое отсутствие Хью найдет другой предмет обожания. В Ванкувере достойных внимания женщин хватает. – Камилла весело улыбнулась. – Думаю, месяца должно хватить.

Месяц! У Валери чуть не остановилось сердце, но ей все же удалось добавить в голос жизнерадостную нотку:

– Отлично, мама. Нам с тобой вечно не хватало времени. Теперь у нас впереди целый месяц... Гордон уже устроил тебя?

– Да, дорогая. Сейчас я поднимусь наверх, так что вашей с Шелдоном встрече никто не помешает. – Камилла хитро подмигнула и направилась к двери.

Валери дождалась, пока мать поднимется по лестнице, и лишь после этого выглянула в холл. Шелдон должен прийти с минуты на минуту, а ей обязательно нужно перехватить его. Нельзя допустить, чтобы муж встретился с ее матерью. Застигнутый врасплох, он может допустить ошибку, сказать что-то не то...

Она стояла у передней двери, рассчитывая время – если самолет не опоздал, если Шелдон сразу взял такси, если на дороге нет «пробок», – когда в ворота Эшроуд Плейс вполз лимузин. К тому времени, когда Шелдон выбрался из машины, Валери уже приоткрыла дверь и выглянула наружу.

Шелдон остановился на дорожке. В ярком свете фар лимузина его лицо казалось особенно решительным и мужественным, и у Валери снова, как и при их первой встрече, перехватило дыхание. А ведь они не виделись всего неделю... Без пальто, в темно-сером шерстяном костюме, Шелдон выглядел по-спортивному подтянутым и моложе своих тридцати пяти лет.

Шелдон поднял сумку и чемодан и медленно поднялся по ступенькам.

– Вот так сюрприз, – сухо сказал он. – Жена, ждущая мужа у двери. Ну, а как с остальным? Трубка, шлепанцы, газета, мартини...

– Ты не куришь, – раздраженно ответила Валери. – Для шлепанцев еще рано, газеты ты уже прочитал в самолете, а мартини не любишь. А то, что я жду тебя у двери, объясняется очень просто.

– Не сомневаюсь. – Шелдон вошел в дом, поставил сумку и чемодан на пол и внимательно посмотрел на жену. – Судя по всему, причина не очень приятная, да? Что ж, давай пройдем куда-нибудь, и ты мне все расскажешь.

Он протянул руку, словно намеревался обнять ее за плечи, но Валери уже направлялась к гостиной. Шелдон последовал за ней. Войдя в комнату, Валери опустилась на краешек кресла и сказала:

– Приехала моя мать. И собирается задержаться на некоторое время.

– Очень хорошо.

– Хорошо? Ты в своем уме?

– Мне нравится Камилла. Всегда нравилась.

Жаль, что ты женился на мне, а не на ней, хотела съязвить Валери, но сдержалась.

– Мне она тоже, представь себе, нравится. Но я не хочу, чтобы она беспокоилась, заподозрив, что мы несчастливы.

Шелдон не спеша подошел к столику и плеснул в бокалы виски для себя и содовой для Валери.

– Другими словами, ты не желаешь, чтобы она узнала, какую цену ты заплатила за ее приятную жизнь в Ванкувере.

– А кому от этого лучше?

– Никому, конечно. Не волнуйся, от меня она ничего не узнает. Боюсь, что тебе будет нелегко притворяться безумно счастливой.

Шелдон взял стакан и вышел из комнаты. До Валери донесся его негромкий голос и затем тихий ответ дворецкого. Она потерла виски. Ирония, прозвучавшая в последних словах мужа, задела ее. Что-то она сделала не так, но что?

Все представлялось таким логичным, таким ясным и понятным, когда несколько месяцев назад мир обрушился на Валери и ее мать всей своей тяжестью.

После трагической гибели Брайана Керквуда прошло не более недели, прежде чем Валери начала осознавать, в каком опасном положении оставил их отец. Подтверждения этому поступали со всех сторон. Звонок из банка с требованием погасить задолженность по залогу; сожаление брокера, сообщившего, что ценность бумаг, оказавшихся во владении Брайана, не превышает расходов по оплате междугородного разговора. Это было начало. Потом обрушилась лавина проблем.

Вероятно, именно поэтому Валери согласилась принять Шелдона Макинроя, явившегося с визитом, хотя прежде виделась с ним всего один раз. Ей казалось, что от разговора с ним хуже уже не будет.

Она до сих пор хранила в памяти все детали, все события того дня. Они с матерью сидели в гостиной, принимая посетителей и отвечая на звонки. Подавляющее большинство визитеров оказались кредиторами отца, и, хотя Валери старалась уговорить мать не впускать всех подряд, Камилла настояла на своем. К вечеру, когда мать находилась в состоянии, близком к обмороку, Валери удалось наконец уговорить ее отправиться наверх.

Вот тогда-то Гордон поставил перед измученной Камиллой серебряный поднос с последней визитной карточкой. От досады Валери чуть не накричала на дворецкого.

Камилла дрожащими руками взяла карточку.

– Должно быть, кто-то, кого я не знаю.

Валери взглянула на фамилию визитера и вздохнула.

– Это ко мне, мама.

Камилла повертела карточку в руках и с сомнением посмотрела на дочь.

– Ты знаешь этого Шелдона Макинроя? А почему я ничего о нем не слышала?

– А с чего бы я стала упоминать о нем? Помнишь, в прошлом году собирали деньги на приют для бездомных? Тогда я с ним познакомилась. У него швейная фабрика в старом промышленном районе, у озера, и он выделил приличную сумму. Вот и все. – Валери взглянула на Гордона и распорядилась: – Проводите мистера Макинроя в зеленую комнату. Скажите, что я сейчас приду, и закройте, пожалуйста, дверь. А потом отведите маму наверх, чтобы она немного отдохнула.

Камилла устало согласилась, и через пару минут Валери тихонько вошла в зеленую комнату.

Шелдон Макинрой с любопытством разглядывал стоявший на рабочем столе миниатюрный стул с изогнутой спинкой, который легко поместился бы у него на ладони. Валери закончила его в тот день, когда погиб отец.

– Моя мебель вряд ли вас устроит, – сказала Валери, заставив гостя повернуться к ней.

На фоне миниатюрных вещиц Шелдон казался еще крупнее, чем в жизни: невероятно высоким и широкоплечим в темно-сером костюме с аккуратно повязанным галстуком. Он был так же красив, как и при их первой встрече, но намного серьезнее, пожалуй, даже серьезнее, чем требовали от случайного гостя печальные обстоятельства. Почувствовав его напряжение, Валери немного смутилась, но затем задала довольно опрометчивый вопрос:

– А вы из какой категории?

Он нахмурился.

– Извините?

– Я думаю, почему вы здесь. Вероятно, чтобы выразить соболезнование, но, возможно, причина в каком-то неоплаченном счете. Мой отец должен вам какие-то деньги?