Чужая вина - Монк Карин - Страница 26

— Я отвлеку его получше тебя, — усмехнулся Саймон. — Как взорву что-нибудь, он сразу туда побежит смотреть.

— Мы хотим обокрасть магазин мистера Инграма, а не взорвать его, — напомнила Аннабелл.

— Я не собираюсь взрывать магазин, — обиженно отозвался Саймон.

— Я бы тоже хотела пойти. — Шарлотта устремила на Джека серьезный взгляд. — Люди всегда глазеют на меня, ведь я сильно хромаю, — значит, тебя они не заметят.

— Вовсе ни к чему, чтобы люди на тебя глазели, — буркнул Джек, взбешенный этой идеей.

— Да мне же все равно, Джек, — улыбнулась она. — Лишь бы удалось помочь Женевьеве.

— А я боюсь оставаться один, — пожаловался Джейми. — Можно я тоже буду помогать?

Джек уставился на обращенные к нему умоляющие лица.

Его первым побуждением было сказать им, что они слишком малы, чтобы сопровождать его. Но сам-то он занимался воровством лет с девяти, когда был всего на год старше Джейми. Тогда он окончательно понял, что мать не собирается забрать его у злобных старика и старухи, которым отдана сына вскоре после его появления на свет. Они устроили ему поистине адскую жизнь. Ее краткие визиты становились все менее частыми, но когда она появлялась, это походило на луч света в темном царстве. Напудренная и нарумяненная, с пышным телом, втиснутым в тугой корсет и выцветшее платье с большим вырезом, мать казалась Джеку изумительной красавицей, какой и на свете не бывает. Она гладила его по голове и обнимала, а Джек вдыхал исходивший от нее таинственный сладковатый аромат, который напоминал ему о цветах и меде, пока он не подрос и не узнал, что это просто дешевое виски. «Это долго не продлится, мой мальчик, — обещала ему мать. — Осталось накопить совсем немного денег, и тогда мы купим прекрасный коттедж и будем жить в нем вместе». Потом она уходила, а старик избивал Джека до полусмерти, говоря, что его мать всего лишь пьяная шлюха и он больше не желает, чтобы ее ублюдок пользовался его добротой. В конце концов визиты матери прекратились вовсе, а старик колотил Джека все сильнее. В один прекрасный день Джек дал ему сдачи лопатой и убежал, не зная, стал ли он убийцей или нет.

Джек привык воровать в одиночку, не усложняя себе жизнь наличием сообщников. Но в итоге дело обернулось арестом и тюремным заключением. Пожалуй, решил он, эту работу лучше выполнить с помощниками. По крайней мере будет кому стоять на стреме. А если что-нибудь пойдет не так, как надо, то, как предложила Аннабелл, другие могут отвлечь внимание.

— Ладно, — согласился Джек. — Будете все мне помогать. Но вы должны делать только то, что я вам велю. Понятно?

Начинающие грабители торжественно кивнули.

Глава 6

Хлопья снега падали на черные крыши домов и мощеные улицы, одевая Инверэри белой пеленой. Снежинки порхали в холодном воздухе и медленно опускались в серые неспокойные воды залива Лох-Фаин, на шляпы леди и джентльменов, бредущих по морозным улицам, и те выглядели так, словно носили на головах огромные белые колпаки.

Джек топал ногами, тщетно пытаясь согреться. Ботинки, которые дала ему Женевьева, были слишком велики. Снег набивался внутрь сквозь изношенную кожу, и ноги у Джека промокли. Он жалел, что не догадался набить ботинки газетной бумагой. У Джека никогда не было обуви, которая приходилась бы ему впору. Для своего удобства он использовал различные способы, заполняя свободное пространство чем попало и заматывая трещины. Газета сделала бы теперешние ботинки вполне сносными, и скорее всего они и промокали бы меньше. Их предыдущий владелец, очевидно, не торчал в них в мокром снегу, с раздражением думал Джек.

Он предпочел бы не выходить на дело в такую скверную погоду.

На свежем снегу остаются особенно четкие следы. К тому же в снегопад меньше народа на улице. Кому охота прогуливаться или даже тащиться за покупками, когда сверху сыплет и сыплет. Теперь ему будет труднее затеряться в толпе с украденными драгоценностями в кармане. Но, к сожалению, в их положении медлить нельзя. По словам Саймона, банк настаивал на немедленной выплате. Этим утром Женевьева и Хейдон договорились встретиться с управляющим, поэтому детей освободили от обычных уроков. Джек сразу же предложил отправиться на прогулку, что очень обрадовало Оливера, Дорин и Юнис. Еще бы, можно было спокойно заниматься делом, не отвлекаясь поминутно на путающихся под ногами детей. Правда, Джек не стал упоминать, что пойдут они на главную улицу Инверэри. Если бы кто-нибудь поинтересовался, что они там делают, он мог бы легко объяснить, что они просто любуются рождественскими украшениями в витринах магазинов.

— Сейчас там старик с женой — выбирают пару серебряных канделябров, — доложила Грейс, вернувшись от витрины интересующей их лавки. — Мистер Инграм помогает им.

— Они близко от прилавка с драгоценностями? — спросил Джек,

Грейс покачала головой.

— Стол с канделябрами стоит совсем в другом месте.

— А мы не можем войти внутрь? — Джейми забавлялся, собирая маленькие снежные горки, а потом, воображая себя великаном, раздавливал их. — Я замерз.

— Джек сказал, что мы должны подождать, пока в магазин набьются покупатели, — напомнила ему Аннабелл.

— Но мы уже давно здесь, а в магазине ни разу не было больше двух человек, — пожаловался Джейми. — Мистеру Инграму следовало бы продавать что-нибудь поинтереснее этого старья, — например, горячий чай и шоколад.

— Почему бы нам не пойти в кафе и не закусить? — предложил Саймон. — Я проголодался.

— Ты вечно голоден, — поддразнила его Шарлотта.

— Мы не можем идти в кафе без денег, — заметила Аннабелл.

— Тогда вернемся домой и попросим денег у Оливера, — сказал Саймон.

— Оливер не даст нам денег на кафе, раз мы уже дома, — возразил Джейми, раздавливая каблуком очередную снежную горку. — Он просто усадит нас в кухне и накормит тем, что приготовила Юнис. У Саймона потекли слюнки.

— Может, она приготовила лепешки с патокой.

— Мы не пойдем домой, — твердо заявил Джек, — пока не сделаем то, зачем пришли. А теперь заткнитесь и слушайте внимательно.

Дети послушно умолкли.

— У мистера Инграма торговля сегодня идет вяло, поэтому придется делать все только при этих двух стариках. Каждый помнит, что ему делать?

Все кивнули.

— Отлично. Войдя, шумите посильнее — мистер Инграм не должен подумать, будто вы хотите что-то стянуть. Я появлюсь через минуту. Грейс будет стоять на стреме, пока я займусь прилавком, а остальные пусть отвлекают внимание мистера Инграма. Запомните главное: если что-нибудь пойдет не так и меня поймают, вы все должны выбираться из лавки как можно быстрее. Не пытайтесь мне помочь — просто бегите домой.

Глаза Шарлотты расширились.

— Но, Джек…

— Если вы не поклянетесь сделать это, мы все сразу же вернемся домой, — пригрозил Джек.

Шарлотта уставилась на свои мокрые ботинки.

Джек сразу же пожалел о своей резкости. Лучше быть помягче с Шарлоттой. Она не так уверена в себе, как остальные: то, что ей пришлось испытать до того, как Женевьева выручила ее, не прошло бесследно.

— Со мной все будет в порядке, Шарлотта, — заверил Джек, приподняв ее голову за подбородок и глядя в глубину карих с зеленым отливом глаз. В них были страх, сожаление и что-то еще, чего он не понимал. Нахмурившись, Джек смотрел на Шарлотту, не отпуская ее подбородок. Снежинки ложились кружевом на пальто, шляпу и темно-рыжие шелковистые волосы девочки. В тот момент она казалась ему более совершенной, чем любая из дам на тех картинах, которые Женевьева водила их смотреть. Кожа Шарлотты бледная и как будто прохладная, но в ней достаточно тепла, чтобы превращать снежинки в серебристые капельки. И внезапно Джек понял, что он видит в огромных глазах Шарлотты. Беспокойство. Беспокойство за него.

На сердце у Джека стало теплее.

— Все будет в порядке, Шарлотта, — повторил он, осторожно смахнув с ее щеки серебряную слезинку. — Обещаю тебе.