Дерзкая. «Силуэты снов», «Клятва Примара», «Ближний круг» - Шитова Наталия - Страница 9

Одевшись и выйдя из своей комнаты, я обнаружила, что брата уже нет, а Олег сидит в гостиной, углубившись в чтение конфискованной у Зубарского книжечки. Когда я вошла, он лениво усмехнулся и предупредил:

— Шаг в сторону — попытка к бегству. Мне даны самые широкие полномочия.

— А разговаривать со мной тебе не запрещено?

Олег отбросил в сторону книжку. Благодаря скользкой глянцевой обложке она завертелась на диванной обивке и свалилась на пол. Мы оба добросовестно проследили весь ее маршрут, потом выпрямились и взглянули друг другу в глаза.

— Это зависит от того, о чем разговаривать, — ответил Олег.

— Расскажи мне о Рае.

Олег покачал головой:

— Ты и так уже знаешь лишнее. Я, наверное, совсем с ума сошел, если стал показывать тебе фотографии, — повторил Олег то, что я уже слышала ночью. — Сегодня я уже ни за что этого бы не сделал.

— Да брось ты, «умерла, так умерла», — беспечно произнесла я. — Покажи мне эти снимки еще раз.

— Юра их забрал… — нехотя отозвался Олег. — Да ведь ты уже видела нечто подобное вчера ночью в файлах.

— Скажи, это в Раю искалечили Юру?

Олег не сразу поднял голову. Он внимательно изучал свои блестящие ботинки и размышлял, видимо, стоит ли говорить со мной вообще.

— На подступах, — наконец отозвался он. — В Рай мы не попали… Вообще-то на его месте мог оказаться и я. Но я послушался приказа, а Юрка полез туда. Вот почему Юра знает, чем может кончиться самовольная деятельность, и настаивает, чтобы ты не подставляла свою пустую голову…

Я пропустила его шпильку мимо ушей. Уж насчет своей головы я была спокойна.

— Почему вы не попали в Рай? — я решила не отставать до тех пор, пока Олег еще хоть как-то реагирует на мои вопросы. Хорошенько пошевелив мозгами, можно было сделать много полезных выводов и из совершенно невинных сведений, которые удавалось выдавливать из него по капле.

— Был приказ: прекратить все изыскания. Прекратить и похоронить.

— Чей приказ?

Олег выразительно покосился на потолок:

— Оттуда. А Юрка пошел на риск, на совершенно сознательный риск, ну и… Он не только заплатил своим здоровьем, но было еще и служебное расследование, хотя его быстро прикрыли. Доброе начальство даже признало его увечье полученным при выполнении служебного задания… Знаешь, почему? — Олег вдруг зло сверкнул глазами.

Я боялась пропустить даже слово.

— Они хотели, чтобы все, кто хоть что-то знал об этом деле, молчали. А кроме этого самого… — он снова покосился на потолок, — … начальства, об этом знали только я и Юрка. Остальные пятеро парней к тому времени уже никому, кроме господа Бога, проговориться не могли.

Я вспомнила список, распечатанный мной. Несомненно, список жертв Рая. Только двое из соприкоснувшихся с этим делом остались до сих пор живы.

— Зачем же Юра пошел на это?

— Тогда мы были потрясены тем, как быстро потеряли товарищей. Юра хотел отомстить. Может быть, это и глупо, но я жалею, что меня с ним не было. Если бы я знал, что он задумал, я бы тоже послал высокое начальство ко всем чертям… Ну, хватит об этом. Я уже сыт воспоминаниями.

— В крутых детективах тех, кто много знает, убирают, — заметила я. — Что, ваша бывшая контора выше таких методов?

— Во-первых, мы не в детективе, во-вторых, наша контора не лучше остальных. Но было очевидно, что затишье вокруг Рая рано или поздно закончится. Я не хочу показаться нескромным, и скажу только о Юрке: глупо убирать парня, без которого сядет в лужу любой, кто начнет заниматься Раем… Ладно, мне это надоело. Можешь расспросить об этом Юру, но лет через десять, не раньше.

— Почему же не раньше, ведь вы собираетесь разбираться с этим делом сейчас. Правда, как я поняла, без меня. Ты ведь только и ждал случая от меня избавиться. Я права?

— Если я не ошибаюсь, в нашем доме завелся кто-то, подслушивающий по ночам в замочную скважину, — проворчал Олег. — И не надо дуться. Иногда ты бываешь невыносима, как сейчас, например. Ну, что ты ко мне пристала? Все равно ничего больше не скажу.

— Да мне ничего от тебя и не нужно, — фыркнула я. — Только скажи, разве бывают собаки с человеческими глазами?

— Не бывают, — буркнул Олег.

— Но я же видела это сама.

— Так пойди и расскажи об этом всему свету, — издевательски усмехнулся Олег.

— Вредина! — разозлилась я. — Что ты меня, совсем глупой считаешь?! Стали бы вы так охранять эту информацию, если бы это был фотомонтаж! Непонятно только, зачем вашей бывшей конторе такая ахинея?

Олег усмехнулся:

— Наша контора занимается именно такой ахинеей.

— Впервые слышу, чтобы органы безопасности занимались подобным. Это только в «Твин Пикс» ФБР занимается потусторонними явлениями.

— А чем мы хуже ФБР? — развеселился Олег. — Не думаю, что разглашу государственную тайну, если скажу тебе, что наше родное ноль тринадцатое управление занимается именно ахинеей всех мастей: барабашками, летающими тарелками, телепатами, экстрасенсами… Ибо если упомянутые явления имеют место быть, то они должны изучаться… И небольшой, но довольно крутой персонал управления АНЯ до сих пор на своих постах. За исключением нескольких изгоев, вроде меня и Юрки…

— Аня? Какая Аня?

— Управление АНомальных Явлений, — пояснил Олег, весело глядя на меня.

— Врешь ты все!! — вскипела я, чувствуя себя замороченной. — Все хиханьки?!!

— А вот и не вру!

— Не может быть такого управления в службе безопасности! Тем более у нас!

— А вот это ты зря, — лукаво прищурился Олег. — У нас в спецслужбах есть все, не хуже, чем в славном ФБР.

— Ты это все на ходу сочинил! — упрямо повторила я.

— Отчего же?

— Оттого, что раньше вы делали из всего жуткую тайну и ничего такого не рассказывали!

— Не было случая… — Олег вдруг сбросил улыбку и сказал очень серьезно: — На самом деле все то, чем занималось и занимается управление АНЯ, находится за семью печатями, персонал имеет наивысшую степень допуска. Правда, я сейчас могу выйти на площадь и проорать всю информацию на весь свет. Или тиснуть страшную статью в бульварную газетенку. Девяносто процентов читателей сочтет меня придурком, остальные поверят, но и их вслед за мной тоже сочтут придурками. Поэтому при поголовном стихийном материализме нашего населения можно было и не засекречиваться до такой степени…

— Ну-ну, — проворчала я. Я все равно не верила Олегу. Вернее, не знала, чему из услышанного верить. И я решила верить увиденному: я поверила в существование пса с человеческими глазами. — А ты сам видел таких собак, а, Олег?

Олег не ответил, наверное, он решил, что и так много сказал. А сказал он, действительно, достаточно.

— Слушай, если уж я тут в тюрьме, мне полагается еда и питье?

— Совершенно верно. Только у нас тюрьма самообслуживания, — буркнул Олег, снова усаживаясь за книжку. — Возьмешь сама в холодильнике. К входной двери не приближайся, ключ у меня. Через четверть часа приедет Юрка меня подменить. Мне ведь еще нужно передать дела ребятам, прежде чем вплотную заняться твоим воспитанием.

Я прошла на кухню. В холодильнике, на удивление, завалялись холодный гамбургер и две бутылки лимонада. Настоящая роскошь. Обычно мы ели где-нибудь на стороне.

Забрав с собой гамбургер и питье, я вернулась к Олегу. Бутылка белого стекла была слишком тяжелой для той роли, которую я ей отвела… Я отхлебнула немного и предложила Олегу. Он отмахнулся, уткнувшись в книжку.

Время шло, и если верить Олегу, вот-вот должен был подъехать Юра. Когда лимонада осталось уже около трети бутылки, я подошла к дивану и присела на подлокотник. Нужно было быть достаточно осторожной.

— Ну и что интересного в этой белиберде? — спросила я, зная, что многие люди, в том числе и Олег, отвечая на вопросы о предмете, который у них в руках, во время ответа смотрят именно на предмет, а не по сторонам.

— На первый взгляд, ничего. Но Юрка считает, что в любой белиберде есть что-нибудь рациональное. Вот тут в третьей главе…