Дерзкая. «Силуэты снов», «Клятва Примара», «Ближний круг» - Шитова Наталия - Страница 28

— Сашка вчера отмел такой вариант, — отозвался Олег и как-то странно на меня посмотрел. — Он говорил, чтобы выехать из Сылве мы пытались только днем.

— Сашка мертв. Ты не знаешь, что он предложил бы сейчас. А мы с тобой теперь сами должны решить, как поступить. Какие у тебя аргументы против? — задав вопрос, я принялась осмысливать, что же я такое сказала. Сердце тревожно заколотилось. Моя голова не поспевала за языком. Тем не менее я слышала себя как будто со стороны: — Юра возьмет машину, подберет нас, и мы уедем в Кепу…

Олег резко остановился посреди холла. Здесь было темновато, но я видела, как внезапно окаменело его обычно такое подвижное лицо, глаза сосредоточенно прищурились. Он медленно повернулся ко мне.

— Хотел бы я знать, почему ты так настаиваешь на этом?..

Я уже открыла рот, но вдруг поняла, что никакого ответа у меня нет. Олег продолжал стоять и напряженно смотрел мне в глаза. В его взгляде появилась нетерпеливая враждебность. Так всегда бывало, когда я несла очевидную чушь. Так было, когда мы с ним сидели в его машине у места гибели Романа Зубарского. Так оно получилось и сейчас.

— Тебе показалось, что моя идея нехороша… — заговорила я, но это были не мои слова. Они еще не успели родиться в моей голове. Почему я позволяю кому-то использовать меня, как марионетку? Я замолчала.

— Говори, говори, — почти приказал Олег.

Но я продолжала молчать. Неизвестно откуда взявшиеся слова теснились где-то между небом и землей, вертелись на языке, но я решила прекратить это безобразие и молчала. Сразу же в висках вспыхнула резкая боль, у меня перехватило дыхание. Мне даже показалось, что я на несколько секунд ослепла. Боль исчезла так же внезапно, как и появилась.

— Катюша, что с тобой? — Олег взял меня за плечо. — Что с тобой происходит?

— Это Валерий. Он пытался меня перебороть, но черт возьми, не на ту напал. Не верь ни одному моему слову, что ты услышал до этого момента, — проговорила я.

— Не понял, — нахмурился Олег.

— Это он говорил сейчас с тобой через меня. Как через ретранслятор.

— Кто? Валерий Извеков? — Олег рассеянно стал потирать подбородок. — Чертовщина какая-то, у меня в голове это не укладывается…

Боль вспыхнула с новой силой, я схватилась за голову и почти повисла на руках Олега. Он подхватил меня и понес. Я хотела сказать ему, чтобы он не выходил из здания, но новый приступ боли бросил меня в забытье, а когда мрак перед глазами рассеялся, я увидела, что мы находимся на улице. Олег шел так быстро, как только мог, бережно прижимая меня к себе. Конечно, он был тренированным, сильным парнем, а я довольно мелкой, но вряд ли ему было слишком удобно.

— Хватит, Олежка, я уже могу идти сама, — сказала я, как только до конца осознала, что произошло и где мы находимся.

— Рад слышать, — усмехнулся Олег, осторожно поставил меня на тротуар и убрал свои руки только когда убедился, что я, действительно, стою сама. — Не то, чтобы мне было тяжело тебя нести, но приятно знать, что руки ничем не заняты. А руки мне, кажется, скоро пригодятся…

Он был чем-то взволнован, и глаза его все время напряженно вглядывались в темноту. Я прислушалась. Звуки были столь явными, что я удивилась, как сразу не обратила на них внимание. Неподалеку раздавалось сдавленное подвывание, тяжелое дыхание и рычание собак. Олег достал пистолет и снял его с предохранителя.

— Становлюсь чемпионом по отстрелу собак, — заметил он. — Сейчас, наверное, придется еще пострелять. Они уже давно за нами идут. Откуда их столько, никак не пойму…

— Это одичавшие собаки съеденных жителей Сылве, — пояснила я. Олег передернулся, продолжая внимательно наблюдать. Реакция профессионала не подвела его. Резко повернувшись, он вскинул пистолет и выстрелил в темноту. Раздался отчаянный скулеж, который затих после второго выстрела. На запястье вытянутой руки Олега блеснул широкий разъемный браслет с отверстиями, несомненно серебряный.

— Насобачился, — хмуро съязвил он. — И что я их так ненавижу?

— Пойдем дальше, нам нельзя задерживаться. Ведь все, о чем вы договорились вчера с Александром, рухнуло. Я даже не знаю, что может произойти.

Олег кивнул. Не убирая пистолет, он взял меня за руку, и мы пошли вперед.

— Я беспокоюсь за Юрку, — проговорила я, надеясь, что Олег скажет мне в ответ что-нибудь успокаивающее.

— Честно говоря, я тоже. Но я уверен, что он-то не потеряет голову и не нарушит нашу договоренность, а будет ждать в номере, — четко произнес Олег. И я в который раз подивилась его необъяснимой способности не обращать внимания на собственный страх. Рядом с Олегом можно было немного расслабиться, потому что он был абсолютно надежным. Есть такая личностная категория — человек абсолютной надежности. Но я тоже старалась ничего не упустить.

Остановились мы с Олегом одновременно, потому что одновременно увидели его. Он словно возник из воздуха на нашем пути. Только что впереди ничего не было. И вот стоит он — гигантский серый ротвейлер с блестящими глазами. С человеческими синими глазами.

Нас разделяли метров двадцать.

— Узнаешь? — спокойно спросил Олег.

— Узнаю. Он пришел за мной. Это Валерий.

Олег издал какой-то неопределенный звук и, переложив пистолет в левую руку, встряхнул правой, разминая ее.

— С чего ты взяла, что это он?

— Знаю, — ответила я. — Олег, он живой, возможно, пуля подействует на него.

— Знаешь, три года назад пули его не брали, — возразил Олег и взял меня за руку. Рука его была теплой и властной, и оказалось, что моя ладонь, такая маленькая в сравнении с его рукой, мелко напряженно дрожит.

— Не волнуйся, — спокойно произнес Олег. Казалось, он прекрасно знает, как нам действовать.

— Пойдем вперед, — сказала я, и тут же поняла, что это снова не мои слова. Серый пес Валерий не сводил с меня глаз, наблюдая за тем, как скоро я пойму, что он снова командует моей речью.

Олег сделал шаг вперед, но я с силой дернула его обратно:

— Куда ты?! Не смей, опасно!

Олег замер. Вместо того, чтобы задавать вопросы, он поднял руку с пистолетом и переместил палец на спусковой крючок. Не сводя глаз с пса, Олег коротко произнес:

— Я же сказал, не волнуйся. Думаешь, я не понял, что он снова использует тебя?

Ну уж, это слишком. Больше я не могла выносить эту наглую собачью морду, которая хочет добиться того, чтобы я сама собой совершила какую-нибудь оплошность и подставила Олега. Но так просто и глупо меня не возьмешь.

Невыносимая боль снова сама по себе возникла в моей непокорной голове. Сцепив зубы, я промолчала, понимая, что если начну жаловаться, или просто дам понять Олегу, что мне плохо, он не сможет контролировать ситуацию. И будет обречен. Со мной Извеков вряд ли захочет расправиться, а вот Олегу конец. Так что пусть даже голова моя разломится пополам, я больше слова не скажу, и пусть Валерий наконец поймет, что я не хочу играть по его правилам.

Боль ослабла. Или Валерий решил дать мне передышку, или, прочитав мои размышления, бросил свои попытки превратить меня в марионетку. Пес неожиданно резко развернулся и прыжком исчез в темноте. И тотчас же со всех сторон загорелись десятки разноцветных огоньков-глаз. Они медленно смыкали кольцо, и вот уже мы с Олегом оказались окружены самыми жуткими представителями райского населения. Это были невероятно большие собаки самых нелепых, несобачьих каких-то цветов, все с человеческими глазами, а в ногах у псов-оборотней толпились и поскуливали настоящие бродячие псы, казавшиеся полуслепыми щенками на фоне своих мерзких соседей.

— Так, — обронил Олег, принимая знакомую мне позу, означавшую, что он готов к любым неожиданностям.

— Олег, не надо спешить. Если бы они хотели нашей смерти, они уже сто раз могли нас разорвать. Надо сначала узнать, чего они хотят.

— Узнай, — зло отозвался Олег.

Человеческие шаги, гулко зазвучавшие в той стороне, куда скрылся серый пес, заставил меня оборвать перепалку. В гуще теснившихся псов возник Валерий. Он был совершенно такой же, каким я видела его в Раю. Ничего не говорило о том, что он только что прошел превращение. Его не прошибал пот и не охватывала слабость, как это было с зомби. Он был свеж и… улыбался! На широком поясе его комбинезона висела кобура.