Последняя Империя - Сартинов Евгений Петрович - Страница 96

— Капитан, прямо по курсу шум винтов большого судна. Водоизмещение не менее пятидесяти тысяч.

— Хорошо, Вилли, — отозвался капитан «Атланты» Патрик Поллард. — Всплываем до перископной глубины.

Через пять минут они увидели контейнеровоз.

— Да, это то, что нам нужно, — пробормотал капитан. — Приготовиться к торпедной атаке.

Вконец одуревший от игр Исиро Накато вышел из рубки покурить на капитанский мостик. Взгляд его невольно отметил положение знакомых созвездий, потом он уставился на море, стараясь изгнать из гудевших мозгов прыгающих и дерущихся компьютерных монстров. Ему это удалось к самому концу перекура, но когда последний виртуальный самурай растворился в небытии, штурману предстало новое видение, показавшееся ему не менее фантастическим, чем все компьютерные игры.

Навстречу судну почти перпендикулярно к его корпусу неслась торпеда. То, что светящаяся дорожка под поверхностью воды создается именно торпедой, штурман знал на все сто процентов. Десять лет он служил в войсках самообороны Японии и не раз видел подобные картины в многочисленных ночных учениях. Несколько секунд потребовалось Исиро, чтобы понять, что несущаяся к судну торпеда вовсе не плод очередной компьютерной стрелялки. Затем он кинулся в рубку и с порога успел крикнуть безмятежно читавшему книгу Идзуми:

— Торпеда!

В ту же секунду глухой удар в борт сменился грохотом взрыва. Штурмана взрывной волной выбросило за борт, на несколько секунд он потерял сознание, но перегретая вода Индийского океана привела его в себя. С трудом вынырнув и отдышавшись, Исиро уже с поверхности океана наблюдал за тем, как кренится его судно, по освещенной поверхности палубы бегают люди, пытающиеся спустить шлюпки. Течением Накато относило все дальше в сторону от сухогруза, он пытался подплыть поближе, но оставил эти попытки, когда увидел, как из черноты моря поднялся громадный силуэт рубки подводной лодки. Минуты через две «Такиро-Мару» кормой вверх ушел под воду, и луч прожектора с подлодки высветил на поверхности моря одинокую переполненную людьми шлюпку.

Видели ее и с рубки субмарины. Скривившись как от зубной боли, капитан Поллард не глядя бросил стоящему за его спиной человеку в черном гидрокостюме:

— Ну что ж, приступайте. Теперь ваша очередь.

Он не стал даже смотреть на дальнейшее, просто спустился вниз. С борта субмарины спустили надувной «Зодиак», и три человека во главе с агентом ЦРУ, руководителем всей операции, понеслись навстречу остаткам экипажа потопленного судна. Подплыв метров на двадцать, они заглушили двигатель и из двух автоматов открыли огонь по японцам. Крики погибающих моряков далеко разносились над поверхностью моря. Исиро Накато даже затаил дыхание, боясь привлечь к себе внимание.

Очереди вскоре смолкли, несколько раз треснули одиночные выстрелы, затем послышались какие-то удары. Японец не видел, что делают эти люди с оружием, но догадывался, что они хотят затопить шлюпку с расстрелянными моряками. После этого «Зодиак» снова взревел моторами и с полчаса носился по волнам над местом, где затонул корабль. Штурману казалось, что ищут его, время от времени лодка приближалась к японцу, и он нырял, стараясь как можно дольше пробыть под водой. Луч прожектора скользил по волнам, однажды едва не поймав его в свой светящийся прицел. На самом деле американцы искали спасательный буй, автоматически всплывающий при затоплении судна и при попадании морской воды начинающий немедленно подавать сигналы бедствия.

— Черт, этот крылатый придурок заглушает все на свете! — выругался один из экипажа «Зодиака», с наушниками радиопеленгатора на голове пытающийся найти сигналы буя. — Может, радировать им, чтобы на время перестали глушить этот сигнал?

— Не говори ерунды, сейчас ни мы, ни они нас не слышат, — сказал старший по группе и, взглянув на часы, добавил: — Еще двадцать минут они будут глушить этот район, потом уйдут к авианосцу. Так что ищи.

Лишь минут через десять радист радостно воскликнул:

— Есть! Лево десять. Еще, еще! Вот он!

Японский штурман снова услышал короткую очередь и подумал: "Кого-то они все же нашли".

Ему повезло, через десять минут «Атланта», приняв на борт экипаж «Зодиака», опустилась в пучину вод, и он остался один, живой, здоровый, в пятистах километрах от берега экваториальной ночью в районе, славящемся своими свирепыми акулами. Впрочем, Исиро Накато родился сразу в двух рубашках. Его не только не тронули акулы, но и уже на рассвете подобрала роскошная яхта сумасшедшего американского миллиардера Джона Нербриджа, совершавшего кругосветное свадебное путешествие с очередной своей дамой сердца, шестой по порядковому счету. Исиро не стал подробно распространяться о том, при каких обстоятельствах он оказался в "свободном плаванье", сказал только, что выпал за борт по пьянке. Лишь через две недели, очутившись в родной Японии, штурман Накато поведал всему свету о подробностях жуткой ночи. К этому времени исчезновение «Такиро-Мару» уже начали приписывать сверхъестественным силам, и исповедь везучего Накато вызвала эффект разорвавшейся бомбы.

— Может, это была русская подводная лодка? — безуспешно пытался перевести стрелки один из американских корреспондентов, по совместительству резидент американской агентуры на островах. Штурман привычно осклабился в улыбке, но отрицательно покачал головой:

— Зачем тогда русским надо было говорить по-английски? Специально для меня?

Скандал разразился жутчайший. Посол Японии вылетел в Токио за инструкциями, что можно было расценить как предупреждение о возможном разрыве дипломатических отношений. Лишь встреча госсекретаря и премьер-министра Страны восходящего солнца приглушила начавшийся конфликт. Главное было сделано. Электроника для шестидесяти самолетов F-16 лежала на океанском дне. Американские истребители турецкого производства так и не поднялись в воздух.

ЭПИЗОД 28

Узнав о смерти всего клана семейства Саддама, король Мухаммед поспешил во внутренние покои своего загородного дворца. В небольшом дворике на мягких диванах рядом с фонтаном сидели шесть пожилых улемов, знатоков и толкователей корана, почтительно окруживших седьмого, с самой длинной, отливающей благородным серебром седой бородой. Веки глаз его были прикрыты, и глаза эти уже давно, лет тридцать, не видели белого света. В отличие от всех остальных старцев голову слепца покрывала не зеленая чалма, а простой белый платок. Хаджи Хамид бен Омар при жизни был удостоен священного имени Вали. Во всем мусульманском мире он был известен просто как Вали Омар, самый почитаемый богослов нашего времени, духовный учитель и наставник саудовского короля. При виде короля улем, вслух монотонно читавший коран, прервал свое занятие.

— Учитель, тот иракский летчик выполнил свое предназначение, — почтительно сказал Мухаммед, сгибая спину перед незрячим старцем.

Вали Омар, казалось, даже не удивился этому.

— Это должно было произойти. Аллах все больше подтверждает свою волю.

Он провел длинными, узловатыми пальцами по лицу, и вслед за ним все мудрецы торопливо забормотали слова молитвы. Затем Вали Омар надолго замолчал и, когда присевший было на одну из подушек Мухаммед хотел подняться и уйти, наконец сказал свое слово:

— Настало время закончить позорную традицию и объединить мусульман под знамя одной, истинной веры. Надо пустить слух, что ты, Мухаммед, и есть истинный, скрытый двенадцатый имам. Это призовет под наши знамена шиитов и всех остальных заблудших правоверных.

— Не рано ли, учитель? — спросил король. — Может, подождем первой победы над неверными?

— Нет. Перед последним джихадом ислам должен быть единым, как кулак воина!

И слепой старец судорожно сжал свои изуродованные подагрой старческие пальцы.

Через неделю по всем городам Ирана, Йемена и другим мусульманским городам, населенным шиитами, разнеслась весть о том, что Мухаммед, король Саудовской Аравии, и есть тот самый скрытый имам, вернувшийся в этот мир для последнего суда.