Волчье солнышко (Сборник) - Бушков Александр Александрович - Страница 137

Псих, подумала Анна. А может быть, и нет – воображает, что изобрел оригинальный метод знакомства. Заинтриговал, заставил гадать, кто из старых знакомых оказался болтуном и где мог с этим Астаховым встречаться, а потом все пойдет по заезженной колее…

«А не пытаешься ли ты таким объяснением заслониться, уйти от серьезного раздумья над непонятной встречей?» – спросила она себя. Мысль эта раздражала еще больше, и Анна решила – довольно. Мало ли в мире странностей? Чудак появился и исчез, а если появится – вспомнить те словечки, что приходилось слышать на той московской стройке, и точка. «И вообще я уже забыла, как его зовут…»

Вечер прошел стандартно. Забрала дочку из садика, приготовила ужин для мужа, те же разговоры, те же темы, та же дикторша на экране – отлаженное, как часовой механизм, бытие, плавное течение времени, устоявшаяся жизнь без неожиданностей…

Ночью ей приснился сон, прозрачный и невесомый, как дым от костра, разноцветный и яркий, словно витраж, непохожий на ее обычные сны. Она ехала куда-то в карете по багряно-золотому лесу, ее пышное платье, невыносимо старомодное для женщины конца двадцатого века, казалось в этот момент привычным, красивым, радующим. Потом был бело-голубой зал, золотое шитье мундиров, тоже казавшихся привычно-красивыми, дрожащие огоньки свечей, затейливые ордена на лацканах черных фраков. Играла немного непривычная, но знакомая по кинофильмам музыка. Анна не танцевала – она приехала сюда не ради танцев. Она много разговаривала с кем-то – собеседники порой менялись. Она так и не смогла понять, с кем и о чем говорит, но знала одно – речь идет о сложных вопросах, важных делах, к ее словам внимательно прислушиваются, ее мнение много значит, с ней считаются. С ней или с теми, кого она представляет? И представляет ли она кого-нибудь? Непонятно. Смысл разговоров, суть их ускользали…

Она была рада, когда прозвенел будильник и бело-голубой зал исчез, растаял. Завтрак. Дочку – в садик. Автобус. Пересадка на троллейбус. И дальше все как обычно – груда бумаг на ее столе в редакции, материал, который нужно сдать, люди, которым нужно позвонить, – текучка, обыденка, рутина, редакционная суета, в которой затеряется незамеченным и залетный инопланетянин самого экзотического облика.

Очередной посетитель вошел как-то чересчур уж роб-, ко – не вязалась эта робость с его дорогим модным костюмом, умным и волевым лицом современного делового человека из очередного производственного фильма.

Анна молча ждала. Возможно, он впервые пришел в редакцию и смущен незнакомой обстановкой – случается такое и с уверенными в себе людьми. Или, не исключено, герой одного из последних фельетонов. Или принес первую в своей жизни заметку – мало ли что…

– Анна Георгиевна?

– Да, – сказала Анна. – Вы садитесь.

– Спасибо. – Незнакомец сел, торопливо и неуклюже. – Нужно представиться, я…

Анна без особого интереса раскрыла красную книжечку. Гроховский Николай Семенович, главный инженер весьма уважаемого в городе предприятия. Предприятие было передовое, и во всех других отношениях дела там шли хорошо, так что героем фельетона гость никак не мог оказаться. Все-таки заметка, с грустной покорностью судьбе подумала Анна, а у меня и так завал дикий…

– Слушаю вас, – сказала она с отработанной дежурной улыбкой.

– Собственно, это можно назвать личным вопросом. – Гроховский дернул плечом, уставился на сигареты. – У вас курить можно? Спасибо, Анна Георгиевна, возможно, и я, и мои вопросы покажутся вам странными… Вы знаете Кирилла Астахова?

Вот этого она никак не ожидала. Словно распахнулось окно и в кабинет хлынул уличный шум – ожили в памяти и странный человек, и необычный сон. Гроховский напряженно подался вперед.

– Молодой, лет тридцати, – сказал он. – Аккуратная бородка, черноволосый, знает о вас то, что не должен бы знать.

– Предположим, знаю такого, – сказала Анна. – Может быть, вы объясните, что все это значит? Новый способ знакомства? Между прочим, я замужем.

– Выходит, вы ничего не знаете?

– А что, собственно, я должна знать?

– Но вы ведь встречались с Кириллом?

– Один-единственный раз, – сказала Анна. – Вчера. И очень надеюсь, что второй встречи не будет.

– Вот в этом я не уверен…

– Послушайте, у меня масса работы. – Анна демонстративно придвинула к себе стопку писем. – Можете передать вашему другу…

– Он мне не друг! – Это не было криком, но прозвучало как крик. – Я думал, что вы… Должен же кто-то что-то обо всей этой фантасмагории знать… – Глаза у него были как у больной собаки. – Анна Георгиевна, вы вправе подозревать любую мистификацию, и все же… Хорошо, вы ничего не знаете. Значит, мы находимся в одинаковом положении. Скажите, вам не снилось… Что-нибудь необычное, скажем?

– Что случилось? – тихо спросила Анна. Вряд ли он играл. Непонятно, какие цели должна была бы преследовать игра. Он расстроен, взволнован, и, если он говорит правду, с ним происходит то же самое…

– Что случилось? – повторил Гроховский, потянулся за сигаретой. – Ничего не понимаю. Внезапно появляется незнакомый человек и знает о тебе такое… Нет, ничего стыдного или уголовного, но ведь не должен он это знать… Интригует многозначительными недомолвками, вдобавок сны эти проклятые.

– Какие? – с удивившим ее любопытством спросила Анна.

– Так, сплошные глупости. Чужие какие-то сны. – Гроховский решительно поднялся. – Я прошу вас, Анна. Георгиевна, если вы что-то узнаете раньше – вот мой телефон, я вас очень прошу…

– Да, разумеется, – кивнула Анна. – Но… Гроховский не обернулся, дверь захлопнулась за ним, словно разрубая тайну на две половинки, ничего по отдельности не объяснявшие и не значившие. Анна повертела визитную карточку, отложила и решительно набрала номер.

– Приемная, – откликнулся деловитый женский голос.

– Простите, вы не подскажете – Кирилл Астахов у вас работает?

На другом конце провода помолчали, потом предложили позвонить в отдел кадров. Анна позвонила, зачем-то назвалась сотрудницей паспортного стола, придумала какой-то повод, но все напрасно – Кирилл Астахов не числился среди работавших на уважаемом в городе предприятии.

«Ничего не доказывает, – сердито подумала Анна. – Просто друзья-приятели, а работают в разных местах, и визит этого Гроховского призван закрепить мистификацию… Что же, Анна Георгиевна, снова пытаетесь первым пришедшим на ум банальным объяснением стереть загадочные несообразности происходящего?»

Она задумчиво смотрела в окно поверх забытой дымящей сигареты. За окном были люди, машины и облака, еще дальше – Луна, освоенная фантастами, автоматическими станциями и экипажами «Аполлонов», и совсем далеко – укрытое за солнечным небом что-то неуловимое: чуточку не так проезжали машины, как-то иначе спешили люди, иными казались и облака. И все это – из-за двух странных разговоров и глупого сна? Не стоит беспокойства, право… И все же, все же, зачем главному инженеру солидного предприятия, человеку, по возрасту почти годившемуся ей в отцы, участвовать в идиотском розыгрыше? Может быть, это всего лишь естественная защитная реакция сознания на вторжение в жизнь Неведомого – свести все к банальным заигранным отгадкам? С неба не могут падать камни. Земля не может вращаться вокруг Солнца… Что там еще?

Она сердито погасила сигарету и принялась за письма – нужно было работать.

Она собиралась уже перейти улицу, идти на остановку, но зеленый «Москвич», притихший у бордюрчика, внезапно рыкнул мотором, рванулся вперед и загородил ей дорогу. Водитель распахнул дверцу. Кого-кого, а уж его Анна предпочла бы не встречать больше в течение ближайших пятидесяти лет. А он улыбался как ни в чем не бывало.

– Ох, опять вы… – с усталым раздражением сказала Анна.

– Ну да. – Астахов беззаботно улыбался. – Садитесь.

– Нет, спасибо. – Она вспомнила «Мимино». – Я лучше пешком постою.

– Напрасно. – Его лицо стало сосредоточенно-деловым, даже холодным. – Вот что, хотите честную сделку? Вы сядете в машину и выслушаете все, что я скажу, но только, подчеркиваю, все. И после этого, если хотите, я навсегда исчезаю из вашей жизни. Итак? Не столь уж обременительные условия…