Звездопад. Похороны шоу-бизнеса - Жуков Сергей - Страница 68

– Привет, – улыбался я очередному артисту. – Сколько лет, сколько зим, Славик? Вау, Игорь, старичок, это ты? Привет, красавец, ну ты как? Ирочка, ты прекрасна, платье конечно же Кавалли? Ну, ты даешь, брат, выкупил «Ролс-Ройс» у того коллекционера, наконец… Круть, просто круть… Проходи…

Звезды, разомлевшие в предвкушении банкета, добродушно кивали и охотно реагировали на комплименты. Они находились в самом лучшем расположении духа, рассчитывая, что этот вечер не пропадет для них зря. Представьте себе, я был тоже! На это рассчитывал!

Из лимузина показалась семья Гудковых. Дмитрий, его сестра, мать и отец. Все они были одеты в белое – просто идеально для моей вечеринки!

– Здравствуй, Егор. – Пожал я руку Гудкову-старшему. – Дамы! – Улыбнулся я женщинам. – Вы очаровательны! Диимааа!!! – Дружески похлопал я его по плечу. – Ну, ты как?

– Спасибо, Феликс. – Радостно откликнулся он. – Все просто супер. Через неделю выпускаю альбом мировой классики в своем исполнении. Два года писал…

– Классика? – Я сделал удивленное лицо. – Какой молодец! Ну, надеюсь, альбом побьет все рекорды продаж.

Давай проходи… столик вам покажут… (Хуй тебе, а не альбом, посмертно придется выпускать, продажи будут больше).

Любезно раскланявшись, Гудковы удалились. Следом за ними из удлиненного «Кадиллака» показались стройные ножки Инги Симояновой. Инга явилась публике в роскошном голубом платье, с изящной серебряной цепочкой вместо пояса, в компании какого-то неизвестного мне ухажера. При появлении знаменитой певицы толпу чуть не разорвало от восторга, а ее спутник, видимо не привыкший к такому количеству внимания, даже несколько смутился.

– Инга! – с иронией я поприветствовал ее. – Ты просто чудесно выглядишь! – Мы обменялись приветственными поцелуями. «Вот ведь сука, – подумал я. – Даже вида не подает, что еще совсем недавно кинула меня, как мальчишку». – А кто этот импозантный мужчина с тобой, Ингочка? – Я ласково прищурил глаз. Высокий голубоглазый брюнет в костюме от Hugo почтительно заулыбался.

– Ой, а вы не знакомы? – Инга прямо задохнулась от восторга. – Это же Георгий, самая большая любовь моей жизни. Мы решили пожениться. Свадьба через месяц. Ты приглашен! – Она шутливо ткнула мне в плечо наманикюренным пальчиком и засмеялась.

«Конечно, дорогие, – ухмыльнулся про себя я. – Отмечать будем вместе, с чертями в качестве свидетелей, и дьяволом в роли тамады».

Отправив голубков побыстрее, я достал из кармана сигару и закурил. Вечер определенно обещал удасться…

Но не успел я посмаковать как следует вкус кубинского табака, как на стоянке около завода показался лимузин Бессонова. Вслед за Андреем из машины вылезли Кулер, Николь, Валентина, еще пару «кузнечиков» из «Томных сновидений». Как всегда, у малолеток не нашлось денег на собственный транспорт и они залезли в автомобиль «папочки».

Трудно описать восторг, охвативший толпу. Соплячки лет 14-ти орали, словно ужаленные, бросались с транспарантами «Николь» и «Томные сновидения» на милицейские кордоны, таранили их своими неокрепшими грудями – прямо Матросовы, блядь. Бессонов и компания, наслаждаясь собственной популярностью, с пафосным видом прошествовали вперед.

Но, не тут-то было…

– Привет, ребята. – Остановил я их у входа.

– Привет. – Бессонов старался держаться как можно более высокомерно.

– Надеюсь, ваши приглашения с собой? Нужно понять, на каких местах вы сидите.

– Приглашения? – лицо Бессонова вытянулось. – Не слышал ничего о приглашениях.

– Ну, да, вход в ВИП-зону только по приглашениям. – Принял я озабоченный вид. – Погоди, Андрей, так если у тебя не было приглашения, как же ты узнал о вечеринке?

– Ну как, как… – Он замялся, но вел себя по-хамски. – Ну мне присылали ваши гребаные бумажки, мне что, теперь всю макулатуру с собой таскать? Потом мне твой администратор звонил и приглашал лично. Феликс, ты сам прекрасно знаешь, что я приглашен. Зачем тебе надо играть в фейс-контроллера и устраивать весь этот цирк?

Я отвел на секунду взгляд и посмотрел в сторону толпы. Соплячки до сих пор орали. Нет-нет, ребята, у вас сегодня ничего не получится.

– Ах, Андрюш. – Кашлянул я. – Ты же взрослый человек, чему ты молодежь свою учишь? Чем ты лучше Златокрыловой, например, или Вайтмана? То есть они, как нормальные люди, не забыли принести наши «гребаные бумажки», взяли «макулатуру» с собой, а ты не взял? Странно. – Я сделал вид, что расстроился. – Даже не ожидал от тебя. Да ты не волнуйся, – продолжил я. – Можешь через обычный вход пройти. – Показал я в сторону обычного входа для всех. – Ничего с тобой не станется, ты же понимаешь.

– Феликс!!! – вспылил он. – Хорош ломать комедию! Мне что, Леонову звонить? Или сам пустишь?

– О да! – нарочито щелкнул языком я. – Позвони! Нет, серьезно, позвони. Уверен, что он с радостью тебя встретит. Бросит банкиров, Рыбина, совет директоров, побежит встречать тебя, искать твое приглашение. Позвони. – Я придвинулся ближе и услужливо достал телефон, протягивая его Андрею.

– Пошел ты! – прошипел тот, отталкивая трубку. Его губы сжались от негодования. Кулер и остальная шалага, чувствуя превосходство силы, ссыкливо поджали хвосты и попятились.

– Андрюша, – кашлянул я. – Это некультурно. Мне что, охрану позвать?

На этом месте я махнул рукой громиле рядом. По первому же сигналу гигантский амбал беспрекословно двинулся в нашу сторону. При виде его Бессонов аж поежился.

– Блин, Феликс, – залепетал он, – я прямо с тебя поражаюсь. И что теперь? Нам долго тут стоять?

– Не знаю, Андрей. Ты извини, но сам знаешь, что здесь сегодня не проходной двор, есть установленные правила, нарушать которые не имеет права никто. Ну, а мне надо отлучиться, – я сделал жест, показывая, что хочу в туалет. – Приду, будем разбираться. А пока – отойдите в сторону, не мешайте проходу. Привет, Нина, – подмигнул я Лотореевой, приближающейся ко входу в паре с перекаченным силиконом дизайнером Волковым. Она помахала мне пригласительными и пошла дальше, а я уже, отходя, еле сдерживал хохот. Как удачно она мне подыграла…

Сходив в туалет, я успел вдоволь позлорадствовать, от души посмеявшись над неудачником-Бессоновым. Действительно, нечего тут понты разводить – это тебе не твоя «кузня». Остальные тоже, впрочем, могут не волноваться – они не останутся без внимания. Вернувшись на вход, я встретил «Мотыльков» и пропустил их, назвав номер столика Леонова. Следом приехала «Фруктоза». Выслушав ее россказни по поводу проблем с дирекцией радио «Юность», я похмыкал ей в такт и тоже провел внутрь.

«Сердцееды» произвели фурор. Кудрявый шел вперед и фанатки не сдерживали эмоций, визг стоял поросячий. «Господи» – подумал я, когда Игорь Курпатов протянул мне руку. – «Как же мало сегодня нужно молодежи. Обтягивающие джинсы, эфиры на ГТРФ в течение трех месяцев, глупые мотивы, простейшие слова типа «бла-бла-бла, я люблю тебя», пара клипов за двадцать тысяч долларов, и вот они перед вами – герои нового поколения»….

Впрочем, долго думать об этих «героях» русской попсы мне не пришлось, ибо в окрестностях завода появился кортеж Митрофеева. Жаль, что наши депутаты не умеют приезжать скромно… Kоличество охранников превысило все разумные пределы. Казалось, что футбольная команда, одетая во все и черное, рассредоточилась вдоль ковровой дорожки, пропуская сквозь себя бренное тело Алексея Ивановича.

– Феликс Абрамович, привет, дорогой. – Поприветствовал меня Митрофеев. – Столик, я надеюсь, подальше от всех?

– Алексей Иванович, вам всегда все самое лучшее. Чтобы было видно «падение империи», – засмеялся я.

Он тоже улыбнулся.

– Побольше бы таких людей, Феликс, как ты, и мы бы снова гордились нашей сильной великой державой.

– Мы все равно победим. – Улыбнулся я, провожая его взглядом. «Черт, ну мне его жалко, может не пускать? Нет, – я на секунду задумался, – против судьбы не пойдешь…». Почему-то сразу вспомнился Ванечка, нахлынула меланхолия и стало грустно.