Вопрос крови - Рэнкин Иэн - Страница 76

— Вы и пиджак сняли для пущей неформальности?

Он предпочел не ответить.

— Я опять задаю вам тот же вопрос, сержант Кларк: заслужил ли этот человек такую судьбу?

— Если вы спрашиваете меня, хотела ли я его смерти, ответом будет «нет». Мне попадались говнюки и похлеще.

— Вы бы определили его как мелкий и ничтожный раздражающий фактор?

— Я вообще не даю себе труда его определять.

— Он умер страшной смертью, знаете ли. Проснуться в пламени, задыхаясь от дыма, пытаться высвободиться, оторваться от этого проклятого стула… Не хотел бы я так окончить свои дни.

— Уж наверное.

Взгляды их скрестились, и Шивон поняла, что он уже готов встать и начать кругами метаться по комнате, действуя ей на нервы. Она вынуждала его так поступить. Скрипнув стулом, она встала со скрещенными на груди руками и прошла к дальней стене, чтобы Маллен, дабы видеть ее, обернулся.

— Похоже, вы можете сделать неплохую карьеру, сержант Кларк, — сказал Маллен. — Через пять лет инспектор, возможно, еще до сорока будете старшим инспектором… это дает вам целых десять лет, чтобы догнать старшего суперинтенданта Темплер. — Он сделал эффектную паузу. — Вот что ожидает вас, если вы сумеете лавировать, избегая неприятностей.

— Смею думать, у меня хорошая навигационная система.

— Искренне надеюсь, для вашей же пользы, что вы правы. А вот инспектор Ребус… не кажется ли вам, что его компас неизменно направлен в сторону печалей и неприятностей?

— Не имею определенного мнения.

— В таком случае пора его заиметь, учитывая карьеру, которая вам, по-видимому, предстоит. Вам следует проявлять большую осмотрительность в выборе знакомств.

Шивон прошлась вдоль другой стены и, дойдя до двери, обернулась:

— Наверняка можно найти множество других кандидатур на роль того, кто пожелал смерти Ферстоуну.

— Надеюсь, что следствие их и обнаружит, — сказал Маллен, дернув плечами. — А пока…

— А пока вы привязались к инспектору Ребусу?

Маллен внимательно разглядывал ее:

— Почему бы вам не сесть?

— Я вас нервирую? — Она склонилась над ним, вцепившись в край стола.

— Вы именно этого хотите добиться, как я начинаю подозревать?

Она выдержала его взгляд, но потом сдалась и села.

— Скажите мне, — негромко начал он, — когда вы впервые узнали, что инспектор Ребус был дома у Мартина Ферстоуна в вечер его гибели, что вы подумали?

Ответом было лишь пожатие плечами, не больше.

— По одной версии, — вкрадчиво продолжал голос, — кто-то хотел напугать Ферстоуна. Но произошла осечка, вот и все. Могло быть так, что инспектор Ребус пришел в дом к Ферстоуну, пытаясь его спасти… — Голос стих. — Нам позвонила доктор-психиатр по имени Айрин Лессер. Она недолго общалась с инспектором Ребусом по другому поводу и хотела пожаловаться, что он нарушил принятые у них правила конфиденциальности. В конце разговора она высказала мнение, что Джона Ребуса «терзают призраки». — Маллен наклонился над столом. — Согласны ли вы с этим, сержант Кларк?

— Иногда он слишком близко принимает к сердцу следственные дела, — признала Шивон. — Однако не думаю, что это одно и то же.

— На мой взгляд, доктор Лессер имела в виду, что ему нелегко жить в настоящем… в нем бушует ярость, что-то скрытое, запертое еще с давних времен.

— Не понимаю, при чем тут Мартин Ферстоун.

— Вот как? Не понимаете? — Маллен грустно улыбнулся. — Вы считаете инспектора Ребуса своим другом, с которым можно общаться помимо работы?

— Да.

— И много времени вы с ним проводите?

— Достаточно.

— И делитесь с ним своими проблемами?

— Иногда.

— Но Мартин Ферстоун такой проблемой не являлся?

— Нет.

— Для вас — во всяком случае. — Маллен выдержал паузу, после чего опять откинулся на спинку стула. — Чувствуете ли вы когда-нибудь потребность защитить Ребуса, сержант Кларк?

— Нет.

— Но вы пошли к нему в водители, когда у него было плохо с руками.

— Это другое дело.

— Дал ли он вам правдоподобное объяснение того, как получил столь сильный ожог?

— Он ошпарил руки, опустив их в воду, которая оказалась кипятком.

— Я подчеркнул слово «правдоподобное».

— Я считаю это правдой.

— Вам не кажется, что было бы вполне в его духе, увидев вас с подбитым глазом и сложив два и два, начать охоту на Ферстоуна?

— Они вместе мирно сидели в пабе… Никто не давал показаний, что между ними происходила ссора или драка.

— На людях, может быть, и не происходила, но когда инспектор Ребус выманил у него приглашение к нему домой… то там, с глазу на глаз…

Шивон покачала головой:

— Ничего этого не было.

— Хотел бы я, чтоб вы чувствовали ко мне большее доверие.

— Чтобы отплатить мне за него высокомерным самодовольством?

Маллен словно бы задумался над этими словами. Потом он улыбнулся и положил фотографию обратно в коробку.

— Думаю, что на сегодня хватит.

Шивон не сделала ни малейшей попытки встать.

— Но может быть, у вас есть еще какая-нибудь тема для обсуждения? — В глазах Маллена зажегся огонек.

— Вообще-то есть. — Она кивнула в сторону коробки. — Из-за этого вы и застали меня в кабинете старшего суперинтенданта Темплер.

Маллен тоже покосился на коробку.

— Вот как? Это интересно.

— К самому Ферстоуну это не имеет никакого отношения, а касается расследования событий в Порт-Эдгаре. — Она решила, что ничего не теряет, если поделится с ним. — Девушку Ферстоуна видели в Саут-Квинсферри. — Шивон тихонько глотнула, прежде чем выговорить свою маленькую ложь во спасение. — Инспектор Хоган хочет вызвать ее на допрос, но я не помню ее адреса.

— А адрес ее здесь, да? — Маллен похлопал по коробке и, помедлив секунду, опять снял крышку. — Не вижу в том большого вреда, — сказал он, придвигая к ней коробку.

Блондинку звали Рэйчел Фокс, и работала она в супермаркете возле Лейт-Уок. Шивон катила по ней вниз мимо неприглядных баров, лавок додержанных вещей и салонов татуировок. Лейт, как ей казалось, вечно тяготел к обновлению. Когда склады превращались в «мансардные жилые дома», открывался новый многозальный кинотеатр или же старенькая яхта королевы отдавалась туристам, все это воспринималось как знак начавшегося «обновления» порта. Но на ее взгляд, никакого обновления в сущности не происходило: все тот же старый Лейт и те же его обитатели. Здесь она всегда чувствовала себя в безопасности, даже ночью, стучась в двери борделей и наркопритонов. При всем при том от городка этого веяло унынием, а улыбка на лице изобличала в тебе приезжего.

На парковке возле супермаркета свободного места не было, но она, сделав круг, заметила женщину, загружавшую провизией багажник своей машины. Шивон стала ждать, не выключая двигателя. Женщина кричала на рыдавшего мальчишку лет пяти. Из ноздрей мальчугана к верхней губе протянулись две светло-зеленые ниточки. Он горбился и икал после каждого вопля. На нем была серебристая дутая спортивная куртка от Лекока размера на два больше, чем нужно, отчего казалось, что кисти рук у него отрублены. Он попытался вытереть нос о рукав куртки, чем вызвал у женщины взрыв гнева: кинувшись к мальчику, она принялась трясти его за плечи. Шивон поймала себя на том, что пальцы ее уже сжимают ручку дверцы. Но из машины она не вышла, зная, что от ее вмешательства ребенку будет только хуже: женщина не прозреет и не раскается, если какая-то незнакомка станет приставать к ней с нравоучениями. Багажник был заполнен, ребенка втолкнули в машину, обходя которую, чтобы сесть за руль, женщина взглянула на Шивон и слегка пожала плечами, словно приглашая посочувствовать тому, что, видимо, считала тяжким бременем родительского долга. Вот, сами можете понять, каково мне приходится, казалось, говорил этот жест. В ответ Шивон лишь смерила ее злобным взглядом, всю бессмысленность которого продолжала ощущать, паркуясь, хватая тележку и вкатывая ее в супермаркет.