Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Блок Александр Александрович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Блок Александр Александрович - Страница 77

Изменить размер шрифта:

Ноябрь-декабрь (?) 1905

Стихотворения 1906 года

Сказка о петухе и старушке

Петуха упустила старушка,

Золотого, как день, петуха!

Не сама отворилась клетушка,

Долго ль в зимнюю ночь до греха!

И на белом узорном крылечке

Промелькнул золотой гребешок...

А старуха спускается с печки,

Всё не может найти посошок...

Вот – ударило светом в оконце,

Загорелся старушечий глаз...

На дворе – словно яркое солнце,

Деревенька стоит напоказ.

Эх, какая беда приключилась,

Впопыхах не нащупать клюки...

Ишь, проклятая, где завалилась!..

А у страха глаза велики:

Вон стоит он в углу, озаренный,

Из-под шапки таращит глаза...

А на улице снежной и сонной

Суматоха, возня, голоса...

Прибежали к старухину дому,

Захватили ведро, кто не глуп...

А уж в кучке золы – незнакомый

Робко съежился маленький труп...

Долго, бабушка, верно, искала,

Не сыскала ты свой посошок...

Петушка своего потеряла,

ан, нашел тебя сам петушок!

Зимний ветер гуляет и свищет,

Всё играет с торчащей трубой...

Мертвый глаз будто всё еще ищет,

Где пропал петушок... золотой.

А над кучкой золы разметенной,

Где гулял и клевал петушок,

То погаснет, то вспыхнет червонный

Золотой, удалой гребешок.

11 января 1906

«Милый брат! Завечерело…»

Милый брат! Завечерело.

Чуть слышны колокола.

Над равниной побелело —

Сонноокая прошла.

Проплыла она – и стала,

Незаметная, близка.

И опять нам, как бывало,

Ноша тяжкая легка.

Меж двумя стенами бора

Редкий падает снежок.

Перед нами – семафора

Зеленеет огонек.

Небо – в зареве лиловом,

Свет лиловый на снегах,

Словно мы – в пространстве новом,

Словно – в новых временах.

Одиноко вскрикнет птица,

Отряхнув крылами ель,

И засыплет нам ресницы

Белоснежная метель...

Издали – локомотива

Поступь тяжкая слышна...

Скоро Финского залива

Нам откроется страна.

Ты поймешь, как в этом море

Облегчается душа,

И какие гаснут зори

За грядою камыша.

Возвратясь, уютно ляжем

Перед печкой на ковре

И тихонько перескажем

Всё, что видели, сестре...

Кончим. Тихо встанет с кресел,

Молчалива и строга.

Скажет каждому: «Будь весел.

За окном лежат снега».

13 января 1906

Ланская

«Мы подошли – и воды синие…»

Мы подошли – и воды синие,

Как две расплеснутых стены.

И вот – вдали белеет скиния,

И дали мутные видны.

Но уж над горными провалами

На дымно блещущий утес

Ты не взбежишь, звеня кимвалами,

В венке из диких красных роз.

Так – и чудесным очарованы —

Не избежим своей судьбы,

И, в цепи новые закованы,

Бредем, печальные рабы.

25 января 1906

«Ты придешь и обнимешь…»

Ты придешь и обнимешь.

И в спокойной мгле

Мне лицо опрокинешь

Встречу новой земле.

В новом небе забудем,

Что прошло, – навсегда.

Тихо молвят люди:

«Вот еще звезда».

И, мерцая, задремлем

На туманный век,

Посылая землям

Среброзвездный снег.

На груди из рая —

Твой небесный цвет.

Я пойму, мерцая,

Твой спокойный свет.

24 января 1906

«Лазурью бледной месяц плыл…»

Лазурью бледной месяц плыл

Изогнутым перстом.

У всех, к кому я приходил,

Был алый рот крестом.

Оскал зубов являл печаль,

И за венцом волос

Качалась мерно комнат даль,

Где властвовал хаос.

У женщин взор был тускл и туп,

И страшен был их взор:

Я знал, что судороги губ

Открыли их позор,

Что пили ночь и забытье,

Но день их опалил...

Как страшно мирное жилье

Для тех, кто изменил!

Им смутно помнились шаги,

Падений тайный страх,

И плыли красные круги

В измученных глазах.

Меня сжимал, как змей, диван,

Пытливый гость – я знал,

Что комнат бархатный туман

Мне душу отравлял.

Но, душу нежную губя,

В себя вонзая нож,

Я в муках узнавал тебя,

Блистательная ложь!

О, запах пламенный духов!

О, шелестящий миг!

О, речи магов и волхвов!

Пергамент желтых книг!

Ты, безымянная! Волхва

Неведомая дочь!

Ты нашептала мне слова,

Свивающие ночь.