Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Блок Александр Александрович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Блок Александр Александрович - Страница 103

103

Изменить размер шрифта:

8 ноября 1907

«Меня пытали в старой вере…»

Меня пытали в старой вере.

В кровавый просвет колеса

Гляжу на вас. Что – взяли, звери?

Что встали дыбом волоса?

Глаза уж не глядят – клоками

Кровавой кожи я покрыт.

Но за ослепшими глазами

На вас иное поглядит.

27 октября 1907

Инок

Никто не скажет: я безумен.

Поклон мой низок, лик мой строг.

Не позовет меня игумен

В ночи на строгий свой порог.

Я грустным братьям – брат примерный,

И рясу черную несу,

Когда с утра походкой верной

Сметаю с бледных трав росу.

И, подходя ко всем иконам,

Как строгий и смиренный брат,

Творю поклон я за поклоном

И за обрядами обряд.

И кто поймет, и кто узнает,

Что ты сказала мне: молчи...

Что воск души блаженной тает

На яром пламени свечи...

Что никаких молитв не надо,

Когда ты ходишь по реке

За монастырскою оградой

В своем монашеском платке.

Что вот – меня цветистым хмелем

Безумно захлестнула ты,

И потерял я счет неделям

Моей преступной красоты.

6 ноября 1907

«Она пришла с заката…»

Она пришла с заката.

Был плащ ее заколот

Цветком нездешних стран.

Звала меня куда-то

В бесцельный зимний холод

И в северный туман.

И был костер в полночи,

И пламя языками

Лизало небеса.

Сияли ярко очи,

И черными змеями

Распуталась коса.

И змеи окрутили

Мой ум и дух высокий

Распяли на кресте.

И в вихре снежной пыли

Я верен черноокой

Змеиной красоте.

8 ноября 1907

Клеопатра

Открыт паноптикум печальный

Один, другой и третий год.

Толпою пьяной и нахальной

Спешим... В гробу царица ждет.

Она лежит в гробу стеклянном,

И не мертва и не жива,

А люди шепчут неустанно

О ней бесстыдные слова.

Она раскинулась лениво —

Навек забыть, навек уснуть...

Змея легко, неторопливо

Ей жалит восковую грудь...

Я сам, позорный и продажный,

С кругами синими у глаз,

Пришел взглянуть на профиль важный,

На воск, открытый напоказ...

Тебя рассматривает каждый,

Но, если б гроб твой не был пуст,

Я услыхал бы не однажды

Надменный вздох истлевших уст:

«Кадите мне. Цветы рассыпьте.

Я в незапамятных веках

Была царицею в Египте.

Теперь – я воск. Я тлен. Я прах». —

«Царица! Я пленен тобою!

Я был в Египте лишь рабом,

А ныне суждено судьбою

Мне быть поэтом и царем!

Ты видишь ли теперь из гроба,

Что Русь, как Рим, пьяна тобой?

Что я и Цезарь – будем оба

В веках равны перед судьбой?»

Замолк. Смотрю. Она не слышит.

Но грудь колышется едва

И за прозрачной тканью дышит...

И слышу тихие слова:

«Тогда я исторгала грозы.

Теперь исторгну жгучей всех

У пьяного поэта – слезы,

У пьяной проститутки – смех».

16 декабря 1907

«Стучится тихо. Потом погромче…»

Стучится тихо. Потом погромче.

Потом смеется.

И смех всё ярче, желанней, звонче,

И сердце бьется.

Я сам не знаю,

О чем томится

Мое жилье?

Не сам впускаю

Такую птицу

В окно свое!

И что мне снится

В моей темнице,

Когда поет

Такая птица?

Прочь из темницы

Куда зовет?

24 декабря 1907 (1915?)

Стихотворения 1908 года

«Всю жизнь ждала. Устала ждать…»

Всю жизнь ждала. Устала ждать.

И улыбнулась. И склонилась.

Волос распущенная прядь

На плечи темные спустилась.

Мир не велик и не богат —

И не глядеть бы взором черным!

Ведь только люди говорят,

Что надо ждать и быть покорным...

А здесь – какая-то свирель

Поет надрывно, жалко, тонко:

«Качай чужую колыбель,

Ласкай немилого ребенка...»

Я тоже – здесь. С моей судьбой,

Над лирой, гневной, как секира,

Такой приниженный и злой,

Торгуюсь на базарах мира...

Я верю мгле твоих волос

И твоему великолепью.

Мой сирый дух – твой верный пес,

У ног твоих грохочет цепью...

И вот опять, и вот опять,

Встречаясь с этим темным взглядом,

Хочу по имени назвать,

Дышать и жить с тобою рядом...

Мечта! Что жизни сон глухой?

Отрава – вслед иной отраве...

Я изменю тебе, как той,

Не изменяя, не лукавя...

Забавно жить! Забавно знать,

Что под луной ничто не ново!

Что мертвому дано рождать

Бушующее жизнью слово!

И никому заботы нет,

Что людям дам, что ты дала мне,

А люди – на могильном камне

Начертят прозвище: Поэт.