Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Бальмонт Константин Дмитриевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 285

285

Изменить размер шрифта:

«Я нашел, как развеять мне скуку...»

Я нашел, как развеять мне скуку,

Как быть светлым, мне в муке моей.

Я от Ветра разведал науку

Быть веселым в напеве скорбей.

Запою, заведу, загуторю,

Сам с собой без конца говорю.

Не позорно ль быть преданным гopю?

Можно в сердце затеять зарю.

Всю равнину от края до края

Я прошел в этом царстве снегов

И певучие руны слагая,

Заносил их на снежный покров.

И пройдя по зеркальности синей,

Начертал я заклятья на льду,

Опушил их серебряный иней,

Заманил в заговор я звезду.

Проиграло мне хором Молчанье

Безглагольную песню свою.

Из снегов предо мной изваянья

Я в них жизнь заклинаньем впою.

Этим Месяцем желтым, ущербным,

Покачнувшим златые рога,

Сохранившимся прутиком вербным,

Я велю вам Живите, снега.

Оживляются странные лики,

Много созданных снежных людей

Если б было немного брусники,

Я б раскрасил в них пламя страстей.

Подожду, как совсем покраснеет,

Пред ущербом последним, Луна

Капли три она крови мне свеет,

Я их вброшу, в их сердце, до дна

«Снежные люди устроены...»

Снежные люди устроены,

Снежные боги при них.

Люди, как каста, утроены,

Бог – дополнительный стих.

Месяцем боги отмечены,

Кровью ущербной Луны,

В членах они изувечены,

Быть как отдельность должны.

Те, – как болезнью слоновою

Важно распучив живот, —

С алчностью смотрят суровою,

Мир это пища им в рог.

Те, развернув семипалые

Руки, по тысяче рук,

Зубы оскалили алые, —

Надо почтенья вокруг.

Те, разукрасившись блестками, —

Женская будет статья, —

Вместе с мужчинами – тезками

Славят восторг бытия.

Груди у них поразвешаны

Вроде как будто лозы,

Взоры глядящих утешены,

Даже до нежной слезы.

Дальше герои вельможные,

Палица в каждой руке,

Это – столпы придорожные,

Дамбы в великой реке.

Если без них, так разъедется

Влага в чрезмерный разлив,

Лоб здесь у каждого медится,

Каждый охранно красив.

Дальше – со лбом убегающим,

Это советники все,

Взором мерцают мигающим

В мудрой и хитрой красе.

Зная, что столь предпочтителен

Зад пред неверным крылом,

Их хоровод умилителен,

Каждый мешок здесь мешком.

Дальше – фигуры медвежие,

Храбрости бравый оплот,

Кровью помазаны, свежие,

Сильные, добрый народ.

Я освятил их заклятьями,

Кровью своей окропил,

Будьте здесь слитными братьями,

Связью устойных стропил.

Я освятил их напевами,

Кровью и птиц и зверей,

Будьте как юноши с девами,

В страсти любовной своей.

Я освятил их гаданьями,

Кровью ущербной Луны,

Будьте моими созданьями,

Будьте, хочу, вы должны.

Я прохожу в этом множестве,

Кровью я лики кроплю,

Царствуйте здесь в многобожестве,

Каждого я полюблю.

Будут вам жертвы багряные,

Алости снова и вновь,

Капли кроплю я румяные,

Чару влагаю я в кровь.

«Я из белой страны...»

Я из белой страны

– Кто сказал? Кто сказал? —

Я из белой страны,

Я из белой страны.

«Прежде, видя, как снежинки...»

Прежде, видя, как снежинки

В воздухе летают,

Говорил я: серебринки,

Говорил: с цветов пушинки,

Стаи феи летают.

И конечно. Ведь красивы.

Ишь как шелушатся.

Заплетаются в извивы,

И летят, как хлопья ивы,

Пухом вниз ложатся.

Да постои. Не так уж глуп я.

Знаю те алмазы.

Да, узнал. Не так уж туп я.

Это – кожа, это – струпья

Моровой Проказы.

Там на Севере, седая,

И еще на Юге,

Спит Проказа мировая,

И скребется, восставая,

На Полярном круге.

Позевает, поскребется,

Налущит лохмотий,

Глянет, плюнет и ругнется,

Туча на небе сберется,

Тут на повороте.

На углу ворот Полярных,

Ведьминому сказу

Послушал, в клубах парных

Накопила снов угарных,

Понесла заразу.

На зеленые поляны

Дунет, все повянет.

Заморозила туманы,

Бросит между трав изъяны,

Мертвый узел стянет.

И посыплет, и засеет,

С краю и до краю.

Цепенение навеет,

Заметелит, завладеет,

Брежу, засыпаю.