Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Бальмонт Константин Дмитриевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 254

254

Изменить размер шрифта:

Червонные святки

Святая неделя, Червонные Святки,

Тут Солнце – в веселии нашем сполна,

Дарит нам сиянье свое без оглядки,

А Ночи вещает, мол, ты не нужна.

Во все продолженье Пасхальной седмицы,

Как Солнце взошло, так не хочет зайти,

И долго поют нам полдневные птицы,

И долго хотят нам все травы цвести.

Золотая парча

Золота парча развивается

Святочная песня

Золотая парча развивается,

Кто-то в путь в дорогу сбирается

Это мать ли моя, или милая?

Иль чужая старуха унылая?

Золотая парча развивается,

Путь-дорога в леса означается.

То не милая, нет, не старуха, не мать,

Не хотят они в мире, не могут гулять.

Золотая парча развивается,

Заколдованный замок вздымается.

Это мысли мои, это вольность мечты,

Ей доступны пути Красоты.

Божья

Спросил я весеннюю божью коровку:

Зачем одеваешься в красную кровку?

Наряд у сестренки твоей – золотой.

Но малая божья рубинка молчала,

И двигала крылья, и их расцвечала,

Раскрыла – и прочь от вопросов, домой.

Зеленый, красный, черный

Зеленый, красный, черный цвет

Литовцы разно чтили.

В зеленом видели расцвет,

Блаженство изобилии.

В гореньи красного – войну,

А в черном – ведьму злую,

Что сонмы душ ведет ко сну

Чрез язву моровую.

Я весь весна – ведь я поэт,

И я война – я ранен,

Но в трех цветах лишь черный цвет,

Мне черный цвет желанен.

Три камня

«Я их люблю обеих»,

С тоскою я сказал.

«Я их люблю обеих»

«Твой ум запутан в змеях»,

Сказал мне Камень Ал.

«Но выбрать не могу я.

Хотя бы я посмел.

Но выбрать не могу я».

«Тогда умри, тоскуя»,

Сказал мне Камень Бел.

«Нет, мир мне – в двух врагинях.

Два мира в них святынь,

Весь мир мне в двух врагинях».

«Тогда живи в пустынях»,

Сказал мне Камень Синь.

Молитва к луне

О, Луна, ты, взошедшая желтой и дымной над нами,

Посребрившая после свой вечно-колдующий круг,

Ты рождаешь те звоны, которые слышим глазами.

Будь мне друг.

Я из верных твоих, из влюбленных, в любви

бледнолицых,

Я подругу свою потерял за чертою пустынь,

Где-то там, где-то там. Ты ее на туманных

границах

Не покинь.

Мы сейчас – под тобой. Мы блуждаем и молимся

розно.

Мой звенящий призыв ты в ней чарами света зажги.

Приведи же ее. О, скорее! Покуда не поздно.

Помоги.

Тайна жемчугов

Если б ложью было то,

Что Морской есть Царь с Царевной,

В них не верил бы никто,

Не возник бы мир напевный.

Мы, однако же, поем,

Мы о них слагаем сказки.

Отчего? На дне морском

Мы изведали их ласки.

Много разных есть морей,

Но в морях одна Царевна.

Кто хоть раз предстал пред ней,

Речь того навек напевна.

Но красивей всех поет

Тот, кто знал уста Прекрасной.

Только вот который год

Нет нам песни полногласной.

Может, кто-то в глубине

Слишком сильно полюбился?

Мы помолимся Луне,

Чтоб тайфун до бездны взрылся.

Чтоб до наших берегов

Кинул милого от милой.

Чтоб глубинных жемчугов

Нам он бросил с гордой силой.

И рыдали бы в струне,

Ослепительно-напевны

Сон увиденной во сне,

Стоны страсти в глубине,

Крик покинутой Царевны.

Не вернувшийся

«Я вернусь к вам потом. Я вернусь к вам

с Царевной».

Так молил я своих на своем корабле.

«Отпустите меня». – Но с угрюмостью гневной

Мне твердили они о добре и о зле.

Упадала в мой слух их ворчня однозвучно. —

«Что ж, мы будем, здесь слушать морской этот

гул?» —

И мне стало меж ними так скучно, так скучно,

Что я прыг с корабля их, и вот, утонул.

О, счастливый прыжок! Ты навеки избавил

Человека Земли, но с морскою душой.

В тесноте корабля я своих там оставил,

И с тобой я, Морская Царевна, я твои.

День и ночь хороводы нам водят ундины,

Аметисты в глазах у Морского Царя,

Головой он тряхнет, – и иные картины,

Утро нашей Земли, дней последних Заря.

Сказки рыбок морских так безгласно-напевны,

Точно души проходят, дрожа по струнам.

И мечтать на груди у тебя, у Царевны, —

О, товарищи дней, не вернуться мне к вам!

Я вам честно солгал, не зовите изменным,

Но настолько все странно в морской глубине,

Так желанно все здесь, в этом мире беспенном,

Что не нужно объятия братского мне.

Да и вам не понять, верховзорньм, оттуда,

Как узывны здесь краски и сны и цветы. —

О, Царевна морей, им ты чуждое чудо,

Мне же там только мир, где глубины и ты.