Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание стихотворений

Бальмонт Константин Дмитриевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание стихотворений - Бальмонт Константин Дмитриевич - Страница 118

118

Изменить размер шрифта:

«Он был из тех, на ком лежит печать...»

Он был из тех, на ком лежит печать

Непогасимо-яркого страданья,

Кто должен проклинать или молчать,

Когда звучат аккорды мирозданья

Средь ликов, где прозрачен каждый взгляд,

Средь ангелов, поющих светлым хором,

И вторящих свой вечный «Свят, свят, свят», —

Он вспыхнул бы и гневом, и укором.

Нет, в нем сверкал иной зловещий свет,

Как факел он горел на мрачном пире

Где есть печаль, где стон, там правды нет,

Хотя бы красота дышала в мире.

«Ответа – сердцу, сердцу моему!»

Молил он, задыхаясь от страданья,

И демоны являлися к нему,

Чтоб говорить о тайнах мирозданья

Он проклял Мир, и вечно одинок,

Замкнул в душе глубокие печали,

Но в песнях он их выразить не мог,

Хоть песни победительно звучали

И полюбил он в Мире только то,

Что замерло в отчаяньи молчанья

Вершины гор, где не дышал никто,

Безбрежность волшебства их без названья

Ночных светил неговорящий свет,

И между них, с их правильным узором,

Падение стремительных комет,

Провал ночей, пронзенный метеором.

Все то, что, молча, выносив свой гнет,

Внезапной бурей грянет в миг единый,

Как чистый снег заоблачных высот

Стремится вниз – губительной лавиной

«Я ненавижу человечество...»

Я ненавижу человечество,

Я от него бегу спеша.

Мое единое отечество —

Моя пустынная душа.

С людьми скучаю до чрезмерности,

Одно и то же вижу в них,

Желаю случая, неверности,

Влюблен в движение и в стих.

О, как люблю, люблю случайности,

Внезапно взятый поцелуй,

И весь восторг – до сладкой крайности,

И стих, в котором пенье струй.

Неверному

Когда бы я к тебе не приходил,

Ты был всегда неотразимо-цельным,

Властительным, как голос из могил,

С лицом волхва, каким-то запредельным.

И я в тебе искал нездешних сил.

Но ты стал кротким, тихим, колыбельным?

Зачем же ты Святыне изменил,

Меня взманив обетом беспредельным?

Скажи мне, почему теперь, когда

Тень женщины с тобою навсегда,

Мне хочется – не говорить с тобою,

А птицей, с птицей выхватив, любя,

Ее, твою, исчезнуть от тебя,

И хохотать за бездной голубою?

Неверный, ты наказан будешь мной,

При всей моей любви к глубоким взорам

Твоих блестящих глаз. О, дух земной,

Заемным ты украшен был убором.

Ты высился звездою предо мной.

Ты звал меня к заоблачным озерам,

К тому, что вечно скрыто тишиной,

Не создано, но встанет шумным бором.

Как я любил читать в твоих глазах

Любовь к любви, без женщины, без жизни,

Как любят звуки звонко петь на тризне.

А! самовластник, в замке, на горах,

Ты изменил ненайденной Отчизне.

Так жди меня. Я вихрь. Я смерть. Я страх.

Различные

В нас разно светит откровенье,

И мы с тобой не властны слиться,

Хотя мы можем на мгновенье

В лучах одной мечты забыться.

Не оскорбись, но оскорбленье

Я нанесу тебе невольно.

Мы два различные явленья,

Моей душе с твоею больно.

Ты, может быть, мой брат влюбленный,

Но, брат мой, ты мой враг заклятый.

И я врываюсь, исступленный,

В твои дремотные палаты.

Ты – успокоенный и сонный,

Ты ждешь так мудро над водою.

А я – стихийно-разрушенный,

Живу стремительной мечтою.

Ты иссушил источник жгучих

Правдиво-ярких заблуждений

А я всегда среди певучих

Сирено-гибельных видений.

Ты – в числах дробных и тягучих,

Ты весь – в рассекновеньях Мира.

Я – в вечно чувствующих тучах,

Я – в скоротечном блеске пира.

Далеким близким

Мне чужды ваши рассуждения: —

«Христос», «Антихрист», «Дьявол», «Бог».

Я нежный иней охлаждения,

Я ветерка чуть слышный вздох.

Мне чужды ваши восклицания: —

«Полюбим тьму», «Возлюбим грех».

Я причиняю всем терзания,

Но светел мой свободный смех.

Вы так жестоки – помышлением,

Вы так свирепы – на словах.

Я должен быть стихийным гением,

Я весь в себе – восторг и страх.

Вы разделяете, сливаете,

Не доходя до бытия

Но никогда вы не узнаете,

Как безраздельно целен я.