Река тьмы - Грейди Джеймс - Страница 78

– Майор, в ваши полномочия не входит знакомство с такими деталями моей работы.

– Сэр, вот уже многие годы вы стоите за всем, чем занимается американская разведка. Вы ведь сами сказали, что в рамках вашей компетенции находится почти все…

– Мне очень жаль, что вы решили находиться вне рамок моей компетенции.

Билли указал Уэсу на дверь.

К углу дома, где жил Уэс, был припаркован серый автомобиль с антеннами на крыше. В нем сидели трое мужчин в гражданских костюмах.

Подъезжая к своему дому, Уэс сразу заметил их. Он даже замедлил ход, решая, с чего бы это они появились здесь и не стоит ли, пока не поздно, умчаться прочь.

«Нет!» – сказал себе Уэс. Он нажал на акселератор, стремительно подъехал к разлинованной белой краской стоянке, поставил машину и поспешил к своей парадной. Оклик одного из мужчин «Чендлер!» он проигнорировал.

Перепрыгивая через ступени, Уэс взлетел на свой этаж. Когда Бэт выхаживала его после того случая в Лос-Анджелесе, она дала ему ключ от своей квартиры. Сейчас он был несказанно рад, что она не отобрала этот ключ.

Он открыл ее дверь, крикнул «Бэт!» и, не дождавшись ответа, вытащил из кобуры свой пистолет-автомат, положил его на столик у двери, а атташе-кейс с деньгами и документами бросил на пол. После этого он закрыл ее дверь снаружи и направился в свою квартиру.

Он слышал, как внизу хлопнула входная дверь в парадную.

«Патроны, у меня в пиджаке осталось несколько обойм с патронами, – подумал он. – Впрочем, это ничего не доказывает. Патроны – вещь вполне легальная».

В его дверь постучали.

– Мистер Чендлер, откройте. Служба расследований ВМФ.

Уэс открыл дверь. Протянув ему свои удостоверения, трое мужчин без приглашения шагнули в прихожую, а потом и в гостиную. Этих агентов Службы расследований Уэс видел первый раз в жизни.

– Вы не остановились, когда мы вас окликнули, – сказал первый агент.

– Я останавливаюсь только на оклик «Полиция».

– Где вы все это время были? – спросил второй агент.

– В ЦРУ. Хотите туда позвонить?

Агенты переглянулись. «Плохо знают свое дело, – подумал Уэс. – Агенты должны быть уверены в себе». Третий агент нерешительно пошел к двери спальни.

– У вас есть ордер? – спросил Уэс, останавливая его.

– Какой ордер?

– Любой. В противном случае я позволю вам находиться только в гостиной.

– А я-то думал, что мы делаем общее дело, – сказал второй агент.

– Я лично выполняю специальное задание организации, которую уже вам назвал, – сухо заметил Уэс.

– Черт возьми! – буркнул третий агент.

– Так где же вы были, майор? – спросил первый агент. – В Лас-Вегасе?

– Я уже сказал, где вы можете это выяснить.

– А оружие ваше где?

– Какое оружие?

– То самое, с которым вы упражнялись в тире. То самое, разрешение на ношение которого вы получили у нашего начальства.

– Это вас не касается.

– Вы не будете возражать, если мы его поищем?

– А у вас есть ордер на обыск?

Первый и второй агенты рассмеялись.

– Мы здесь, чтобы вам помочь, – сказал третий агент.

– Это каким же образом?

– Вы – наш человек. Не важно, что сейчас выполняете спецзадание. Вы прежде всего сотрудник Службы расследований ВМФ. Вы – моряк. И мы тоже. Вам нужна помощь…

– Если вы мне понадобитесь, я вам позвоню. А если понадобится моя помощь, то можете обращаться ко мне через Греко.

– Греко и прислал нас сюда.

Уэс пристально посмотрел на агентов:

– Передайте Франку, чтобы он занимался своими делами.

– По-моему, – сказал первый агент, – вам это лучше сделать самому. Он ожидает встречи с вами.

– Значит, он направил ко мне трех мушкетеров, – Уэс ухмыльнулся, – чтобы вы доставили меня к нему?

– Он знает, что вы сильно устали, – заметил первый агент.

– И что выглядите отвратительно, – добавил второй.

– И он был уверен, что нам следует вас подвезти, – пожал плечами первый агент.

– Я сам вам позвоню, если меня надо будет подвезти, – решительно сказал Уэс. – А сейчас время моей встречи с вами подошло к концу. Уходите. Мне надо хоть немного поспать.

Агенты Службы расследований переглянулись.

– Счастливых вам снов, – промолвил второй агент и пошел к выходу. Его коллеги потянулись за ним. Перед тем, как захлопнуть дверь, третий агент обратился к Уэсу:

– Я еду прямо к Франку. Я увижу его уже совсем скоро.

«Сколько же у меня еще времени в запасе? – подумал Уэс, когда они ушли. – Дентон и Ной, конечно, сильно струхнули, они боятся скандала, и им теперь просто необходим козел отпущения… Если бы я доставил им Джуда, мое фиаско в пустыне воспринималось бы ими как победа».

Уэс выглянул в окно. Серая машина по-прежнему стояла на углу его дома.

«Думай, думай!» Но голова его была занята другими мыслями. Перед его глазами мелькали какие-то разрозненные воспоминания о Бэт… он видел, как трассирующие пули летят в Дина… видел окровавленную белую блузку женщины, лежавшей на песке у кафе в пустыне. Он вспомнил, какой глупый, наверное, был у него вид, когда сотрудники ФБР сообщили ему в аэропорту Лас-Вегаса, что Джуд улетел… А потом он снова увидел Бэт. «Боже мой, как хочется хотя бы услышать ее голос!»

Уэс снял со стены трубку-телефон.

Бип-бип-бип.

Так и не дождавшись ответа, он бросился в ее квартиру. Его пистолет-автомат лежал на столике у двери. Атташе-кейс валялся на полу.

Бэт дома не было. Серая машина по-прежнему продолжала стоять на углу.

Она, кажется, говорила как-то, что работает в Галерее Фриер. Разыскав в телефонной книге номер галереи, он позвонил туда.

Телефонистка извинилась и сказала, что сотрудниц с таким именем у них нет.

– Как это нет?

– У нас действительно нет сотрудниц с таким именем.

– Вы, должно быть, ошиблись. Ее зовут Бэт Дойл. Я продиктую вам ее имя по буквам.

– Не надо. Такой сотрудницы у нас нет.

– Она работает в архиве. Он образован Фондом восточного искусства.

– Галерея Фриер не имеет никакого отношения к этому фонду… Как вы его назвали?

– Но у вас ведь есть сотрудники архива…

– Да. Если хотите, я сейчас все выясню у нашего архивариуса.

Через минуту телефонистка сказала:

– Сэр, вы слышите меня? Архивариус подтвердил, что не знает никакой Бэт Дойл.

Уэс бросил трубку.

Ему показалось, что стены квартиры внезапно приблизились к нему.

Это была квартира юриста, который срочно уехал по какому-то делу… А потом в нее въехала Бэт… Кажется, по рекомендации друзей… И произошло это сразу после того, как Дентон дал ему задание…

Уэс растерянно заморгал.

В квартире пахло табаком. В гостиной на видном месте стояла ее чертежная доска. Но ведь она пока еще не поступила в архитектурный колледж… На стенах были развешаны картины юриста – бывшего соседа Уэса. Это еще можно было понять, но как объяснить, что в платяном шкафу в спальне по-прежнему висела его одежда? Бэт только сдвинула ее в сторону, чтобы высвободить место для своих блузок и брюк.

Нигде в квартире фотографий Бэт не было. Не было там и фотографий ее родственников, друзей, бывших любовников… Не видно было в квартире и сувениров из Таиланда и Непала – Уэс знал, что она там жила: не могла же она придумать все от начала до конца? Похоже, что из Германии она тоже ничего не привезла на память об этой стране… Кстати, что она могла делать в Германии? На кого она там работала? На кого еще?

Лежавшие на письменном столе письма были адресованы юристу, а не ей. И даже на телефонных счетах за прошедший месяц было напечатано имя юриста. Судя по счетам, она не сделала ни одного междугородного звонка. А ведь должна была бы звонить – матери, сестрам и братьям, отцу в офис…

На двух полках в книжном шкафу стояли ее книги: учебники по физике и инженерному искусству, несколько романов в мягкой обложке, книга по японской архитектуре, пара сборников стихов. Он пролистал ее книги. Никаких закладок, записок, писем. Ничего. Пролистывая книги, Уэс бросал их на пол.