Однажды в Америке - Грей Гарри - Страница 64

— С чего это я должен отдавать свое заведение? Мне делали солидные предложения, но это казино просто золотая жила. Я его построил, и оно принадлежит мне. И вот что я вам, парни, скажу: никто не заставит меня отказаться от него. — Здесь он, похоже, заметил выражение лица Макса и сбавил обороты. — Разве я не прав, ребята? Разве это хорошо — запугивать людей и заставлять их отказываться от своих прав? Я! — Он с жаром ударил себя кулаком в грудь. — Я сам построил это казино, ребята. А ведь это запрещено законом, особенно иностранцам, вроде того же самого Франка. — В его глазах вспыхнули огоньки праведного негодования. — Ведь я американец, стопроцентный американец.

Макс выплюнул дымящуюся сигару ему в лицо, и босс схватился за глаза, запорошенные горячим пеплом. Простак врезал ему левой крюком по брюху. Босс со стоном повалился на пол и остался лежать, с хныканьем протирая обожженные глаза.

— Ты, ура-патриотический ублюдок, — прошипел, наклонившись к нему, Макс. — Я хотел дать тебе шанс. И чуть было не сделал тебе вполне приличное предложение. Чтобы ты остался хозяином этого заведения, но на долевых условиях и без шулерского инвентаря. Но это не для тебя. Ты слишком завшивел. Понял, ублюдок? Да Франк в миллион раз более настоящий американец, чем ты, урод. Понял?

Некоторое время Макс продолжал распалять себя, отпуская длинные тирады по поводу истинного американизма, затем приставил ствол пулемета к голове тихонько скулящего босса.

— Молись, гад!

Босс с ужасом посмотрел на Макса и, всхлипнув, жалобно простонал.

— Пожалуйста, дайте мне шанс. У меня есть деньги, я отдам вам их все, только отпустите меня.

Я потряс Макса за плечо и оттащил его к стойке бара, затем наполнил его рюмку. Макс выпил и немного успокоился. Мы вновь вернулись к боссу, и я сказал:

— Мы забрали все деньги у кассира. Ты можешь предложить нам что-нибудь еще?

— Вы отпустите меня, ребята? — жалобно проныл он.

— Мы всегда держим свое слово, ублюдок, — ответил Макс.

— У нас деловой подход, — добавил я. — Уговор есть уговор. Что ты можешь нам предложить?

— У меня хранятся деньги прямо в этом здании. Я их отдам. Вы отпустите меня?

— Сколько? — спросил я.

— Сорок пять тысяч.

— Да, это подходит. Где они?

— Вы сдержите свое слово? — проныл он.

— Да, — ответил я.

— Где ты их прячешь?

— В холодильнике.

— В холодильнике? — изумился я.

— Да, в холодильнике, который стоит в комнате кассира.

— Ладно, пошли посмотрим, — сказал Макс и жестом приказал боссу встать.

Мы прошли в комнату кассира и открыли холодильник. Там были только бутылки с молоком. Босс засунул в холодильник руки и, пыхтя от натуги, попытался вытащить поднос для льда. Тот самый, с которым я не стал связываться утром.

— Деньги там? — спросил я. Он кивнул.

— За сорок пять тысяч я, пожалуй, не пожалею свой нож, — сказал я и начал долбить лед.

Хорошенько поддолбив его у основания подноса, я рванул ледяной куб на себя и чуть не свалился вместе с ним на пол. Куб не был прозрачным, лед имел белый цвет.

— Ты добавлял в воду молоко, когда замораживал все это? — спросил я.

Босс кивнул. Мы отнесли куб в туалет и засунули под водопроводный кран. Когда лед подтаял, я легонько постучал по нему ножом и извлек из него сверток, обмотанный белой клеенкой. В свертке находилось девяносто пятисотдолларовых купюр. Пересчитав их, Макс удовлетворенно кивнул.

— Все в порядке.

— Значит, вы меня отпустите? — обеспокоенно спросил босс. — Я могу завтра открыть казино?

— Слушай, я тебе ничего не говорил насчет казино, — сердито ответил Макс. — Я обещал, что мы тебя отпустим. И это все. Не пытайся пудрить мне мозги. Ты что, думаешь, что меня пальцем делали, ублюдок?

Макс отвел в сторону Косого и что-то прошептал ему на ухо. Я расслышал только слово «бензин». Косой кивнул и вышел. Оставив Простака с боссом, мы с Максом спустились в подвал. Глазастик и охранник мирно лежали на своих местах. Оба были в стельку пьяны.

— Как дела, малыш? — спросил я у Глазастика.

— Отлично, — ответил Глазастик, и его лицо расплылось в бессмысленной улыбке.

— Мы тебя сейчас понесем, ладно? — спросил Макс.

— Мне все равно, чем вы будете заниматься, — ответил Глазастик и захихикал. Макс осторожно взял его на руки и произнес через плечо:

— Давайте все наверх. И прихватите своего недобитка.

Мы все собрались в зале. Раненых положили на стол для игры в кости, и я налил обоим по стакану виски. Макс встал лицом к группе пленников.

— Мне жаль, что вам досталось, ребята, — произнес он. — Но ваша преданность этому дешевому сукину сыну была куда больше требуемой. Мы навсегда увольняем этого скота. Для него казино больше не существует. Нас вы не видели. Если начнете болтать про нашу встречу, то обещаю, что мы сюда вернемся и устроим для непонятливых групповые похороны.

Макс прошелся перед ними, многозначительно помахивая пулеметом. Затем он передал пулемет Простаку и достал из кармана пачку денег. Отсчитав тысячу долларов, он подошел к парню с восемью пулями в ногах.

— Держи тысячу. Думаю, этого хватит до того времени, пока ты не оправишься.

Парень тупо уставился на протянутую руку с деньгами. Затем боль, страх, алкоголь и вид денег сделали свое дело. Он истерично захохотал, временами срываясь на рыдания. В конце концов он схватил деньги и пьяным голосом произнес:

— Спасибо, мистер. Вы замечательный человек. Спасибо.

Парню со сломанным носом Макс сунул пятьсот долларов. И столько же вручил кассиру Си. Остальным было роздано по двести долларов.

— Что, выплачиваешь выходное пособие? — пошутил я. Макс не успел ответить. В дверях появилась голова Косого.

— Эй, Макс, я все приготовил! — крикнул он.

— Хорошо, оставь пока снаружи. — Макс обернулся к пленным и предупредил их еще раз: — Значит, поняли? Вы, ребята, ничего не видели, ничего не слышали и ничего не знаете. Иначе… — Макс многозначительно посмотрел на пулемет в руках Простака.

Мы с Максом вышли на улицу. У дверей стояли две двадцатилитровые канистры с бензином. Макс постучал по ним ногой.

— Полные?

— Под завязку, — ответил Косой. На автостоянке находились «бьюик» и «плимут». — «Бьюик», наверное, принадлежит боссу, — рассеянно проговорил Макс, а затем обратился ко мне: — Башка, пора кончать, давай всех на выход.

Мы поспешно вернулись в зал. С любовной заботливостью Макс взял Глазастика на руки и, вынеся из казино, бережно уложил на заднее сиденье «кадиллака». Парня, раненного в ноги, мы положили в «бьюик».

— Ты водишь машину? — спросил Макс у Си.

— Да, — ответил тот.

— Отлично, поведешь «бьюик». Остальные давайте в «плимут». Веселый, ты сядешь за руль, а Пипи проследит, чтобы эти парни не помешали тебе вести машину. — Макс продолжал давать короткие распоряжения: — Си, будешь следовать за «кадиллаком». Веселый, держись сразу за «бьюиком». Понятно?

Они кивнули, и Макс подошел к Косому, усевшемуся за руль «кадиллака».

— Сейчас вниз по дороге, за тот поворот, — сказал он, показав направление. — И ждите нас там.

— Понял, — ответил Косой.

Колонна из трех машин тронулась с места. Мы подождали, пока они не скрылись за поворотом, потом Макс взял одну из канистр. Указав на другую Простаку, он произнес:

— Давай в подвал. Разольешь там три четверти канистры. И действуй старательно, полей все вокруг. Только смотри, не попади на одежду.

Простак коротко кивнул, подхватил канистру и исчез в здании.

— Ты подождешь меня внизу, Башка. Я займусь чердаком, — сказал Макс.

Я обошел первый этаж, с сожалением глядя по сторонам. Здание было слишком хорошо, чтобы его уничтожать. При правильном ведении дел здесь можно было бы делать очень большие деньги. Я был уверен, что Общество смогло бы получать от этого казино до полумиллиона долларов чистого дохода в год. Я подумал, что Макс слишком уж поспешно решил использовать крайние средства. Может, он и прав, но в этом все равно было что-то постыдное. Такое прекрасное здание… Первым появился Макс.