Намек на соблазнение - Грей Амелия - Страница 50

– И что они сделают? Насильно выведут меня со старта?

– Ну, не знаю, но это вполне возможно.

– Думаю, что нет.

– Но даже если они и позволят тебе присоединиться к ним, разве ты сможешь выиграть? У тебя ведь нет лошади, правда?

– К сожалению, нет, даже плохонькой, но я найму самую лучшую лошадь какую смогу найти. Я прекрасная наездница, и я знаю, как выжать из лошади все, на что она способна. Я буду участвовать в скачке, и, может, тогда эти господа поймут, какая нелепая идея пришла им в голову.

Глаза Линетт заблестели.

– Не могу поверить. Слишком восхитительно, у меня просто нет слов. Как же мне начать колонку лорда Труфитта… «Можно подвести лошадь к воде, но нельзя заставить ее пить», или, может, мне лучше начать так: «Когда лошадь подошла к обрыву, слишком поздно натягивать поводья»? – Внезапно Линетт остановилась и замолчала. Ее зеленые глаза расширились от страха. – О Боже, что это я сейчас наговорила?!

Кэтрин была в полном изумлении.

– Думаю, ты только что призналась, что ты и есть лорд Труфитт.

– Нет-нет, я этого не говорила. – Линетт достала платочек и изящно потерла лоб дрожащей рукой. – Нет, я оговорилась, я никогда не утверждала, что я лорд Труфитт! – Она смотрела на Кэтрин полными ужаса зелеными глазами. – Ведь так?

– Линетт, все в порядке. Я твой друг. Я никому ничего не скажу.

Линетт молчала.

Кэтрин успокаивающим жестом положила руку на плечо Линетт:

– Я доверила тебе свои сведения, а теперь ты доверь мне свой секрет. Даю тебе слово, все останется в тайне.

– Я на самом деле не лорд Труфитт, но знаю, кто скрывается под этим именем: я на нее работаю.

Кэтрин улыбнулась:

– Мне нравится, что лорд Труфитт не мужчина. Как хитро поступила эта леди, кто бы она ни была, взяв мужское имя.

Неожиданно Линетт прелестно, чисто по-женски хихикнула, чего Кэтрин никак не ожидала.

Кэтрин рассмеялась вместе с ней.

– Я и так слишком о многом проговорилась, – сказала Линетт, когда они перестали смеяться. – Это может навлечь на нее неприятности, да и на меня тоже. Мы обе потеряем нашу работу, если раскроется, кто мы. Ты ведь это понимаешь, не так ли?

– Понимаю, и ни одна душа не узнает об этом от меня. Моя сестра решила, что это лорд Чатуин рассказал лорду Труфитту о том, что произошло в парке. Я постаралась оставить ее в этом заблуждении. Не волнуйся, я буду хранить твой секрет.

– Ты настоящий друг.

– Итак, завтра днем ты напечатаешь в колонке лорда Труфитта, что мисс Рейнольдс решила также принять участие в этой скачке и что она рассчитывает на победу, хорошо? А после того, как это случится, она откажется принимать знаки внимания со стороны любого из этих джентльменов.

Линетт подвинулась и неожиданно крепко обняла Кэтрин, и на душе у той потеплело.

– Положись на меня, – сказала Линетт. – Я обо всем позабочусь.

Линетт и Кэтрин поодиночке вернулись в заполненный гостями зал. Кэтрин тотчас начала искать Джона, но неожиданно наткнулась на его друга лорда Дагдейла.

– Мисс Рейнольдс, как приятно увидеть вас!

– Неужели? – спросила она, не видя причины соблюдать внешние приличия со столь неприязненно настроенным другом Джона.

– Да. Я надеялся, что вы сможете уделить мне несколько минут.

Она внимательно посмотрела на него и не увидела холодной враждебности, читавшейся в его глазах во время их последнего разговора, тем не менее, терпеть его расспросы Кэтрин была не в настроении.

– Не думаю, что у нас есть, что сказать друг другу, милорд, так что если вы меня извините…

– Подождите. – Он мягко дотронулся до ее плеча.

Кэтрин гневно посмотрела на него, и Дагдейл быстро отнял руку.

– Прошу меня извинить, мне не следовало этого делать.

Он оглянулся вокруг – убедиться, не заметил ли кто-либо в толпе, что он нарушил этикет.

Кэтрин знала, что здесь было слишком много людей, которые разговаривали, смеялись, пили и могли и не заметить эту его вольность. В зале было слишком шумно, чтобы кто-то мог услышать их разговор.

– Я должен сказать вам кое-что важное. Выслушайте меня.

Она хотела было отказать ему, но любопытство взяло верх, и она ответила:

– Ну, хорошо, вы можете проводить меня к столику с напитками.

– Благодарю, мисс Рейнольдс, – сказал он.

Несмотря на обилие гостей, Кэтрин заметила, что на них все-таки бросают любопытные взгляды.

Несомненно, всем уже было известно о пари лорда Чатуина и маркиза Уэстерленда, а сейчас ее видели с лордом Дагдейлом. Многим было любопытно, что же происходит.

Кэтрин мысленно улыбнулась. Она бы не возражала, если бы в свете разошелся слух о ее разговоре с лордом Дагдейлом. При нынешнем настроении ей хотелось бы доставить Джону хоть малейший повод для беспокойства.

Граф подал ей чашку с пуншем и взял себе бокал вина. Не торопясь, они пошли по гудящему залу, стараясь найти какой-нибудь укромный уголок.

– Итак, чем я могу служить вам, милорд? Вы опять будете угрожать мне, защищая своего друга?

– Неужели я так ужасно вел себя в нашу первую встречу?

Он выглядел искренним, но Кэтрин не была расположена успокаивать его.

– Да нет, просто вы были похожи на разъяренного вепря, который нападает только ради того, чтобы напасть.

– Надеюсь, вы простите меня. Я слишком много выпил в тот вечер, и я… ну, я вел себя неподобающим образом.

Кэтрин пригубила пунш, а Дагдейл отпил полбокала вина. Внезапно она ощутила ужасную усталость. Ей уже не хотелось видеть Джона. Не в том она сейчас настроении. В какой-то момент она была так сердита на него, что ей хотелось причинить ему боль, но потом… потом она боялась, что не выдержит и скажет ему о своей любви.

Этого ей не хотелось. Она не вынесет его жалости. Кэтрин снова пригубила пунш и посмотрела лорду Дагдейлу в глаза:

– Чего же вы хотите?

– Я хотел сказать, что Джон вас любит.

На мгновение она лишилась дара речи, но потом поняла, что он, должно быть, ведет какую-то игру. Она на это не поддастся.

– Как замечательно, – произнесла она фальшиво радостным тоном. – Он так сильно меня любит, что готов идти на риск и потерять право ухаживать за мной. Вы, вероятно, считаете меня идиоткой, лорд Дагдейл, – сказала она, подумав, что лучше бы она пила шампанское вместо пунша.

– Нет. Посмотрите мне в глаза, мисс Рейнольдс. Я говорю вполне серьезно. Джон все отрицает, но я понял это сразу, еще тогда, когда он рассказывал мне о том, что случилось в парке.

Кэтрин так хотела поверить Дагдейлу, но она знала, что не может себе этого позволить. Он пытается обхитрить ее, но зачем? Может быть, он хочет услышать от нее признание в любви к Джону, чтобы потом посмеяться над наивной провинциалкой?

Она прищурилась, глядя собеседнику прямо в глаза:

– Ах да, тот случай. Мне следовало понять, что именно об этом вы хотите поговорить.

– Я сказал это вам, потому что абсолютно уверен в этом, но совершенно не уверен, что Джон сам признается в своей любви. Возможно даже, что он просто еще не осознает силу своего чувства, поэтому я прошу вас быть снисходительной к нему.

– Сэр, у вас дурная привычка говорить за Джона. Он не нуждался в том, чтобы вы, якобы защищая его, угрожали девушкам, как и не нуждается в том, чтобы вы признавались в любви вместо него. По-моему, вам необходимо научиться держаться в стороне от его проблем.

Кэтрин отдала ему свою пустую чашку и ушла. Она найдет Вики, сошлется на головную боль и отправится домой. Ей не хотелось видеть Джона в этот вечер. Ей необходимо было подождать, собраться с мыслями и решить, что она ему скажет.

Что делать? Может, показать, что она сердита, а может, признаться ему в любви?

Глава 21

Джону потребовалась ночь и половина утра, чтобы составить план, и теперь он был готов действовать. На ходу натягивая сюртук, он открыл дверь и чуть не столкнулся с Эндрю. Но у Джона не было времени на друга.