Война во Вьетнаме (1946-1975 гг.) - Дэвидсон Филипп Б. - Страница 214

Еще одним примером пускания тумана в глаза являются так называемые “соглашения”, будто бы достигнутые между северными вьетнамцами и администрацией Джонсона, когда в 1968-м США перестали бомбить Север выше 19-й параллели. Северный Вьетнам согласился не использовать ДМЗ в военных целях, не проводить крупномасштабных операций в Южном Вьетнаме, не обстреливать города и разрешить полеты самолетов-разведчиков над своей территорией. По настоянию коммунистов “соглашения” не фиксировались письменно и исправно нарушались Северным Вьетнамом. Когда же американские представители на мирных переговорах пеняли коммунистам на нарушения, те, не моргнув глазом, отвечали, что никаких “соглашений” не было.

Но США не только “глотали” двусмысленности, скармливаемые им коммунистами, а и плодили собственные. Так, мы называли американские воздушные удары “защитными мерами”, а вторжение в Камбоджу “вхождением”. Самой большой “липой” являлась тем не менее резолюция по Тонкинскому заливу. Хотя документ этот одобрило подавляющее большинство парламентариев, ни один из голосовавших за него конгрессменов не понимал его истинного значения. Смысл резолюции чем дальше, тем все больше сбивал с толку не только само руководство США, но и американский народ. Война как будто бы не являлась войной, она была чем-то еще, чем-то другим, и никому не хотелось отвечать на призывы столь невнятного голоса трубы.

Пятым неотъемлемым качеством революционно-освободительной войны является ее затяжной характер. Это свойство всегда работает, особенно против демократических стран. Таким образом, очень важно по возможности сократить ее продолжительность. США никогда не пытались сделать ничего подобного. Как раз напротив, они приняли на вооружение концепцию, которая вернее всего могла затянуть конфликт, – стратегию ограниченной войны.

Теория “ограниченной войны” – порождение умов ученых теоретиков, которые считали, что войну можно вести ограниченными средствами, добиваясь ограниченных целей. Суть ее в том, чтобы “искусным образом применять силы по всему спектру… заставляя противника договариваться через посредство градуированных военных ответов…”‹9›. Подобный “градуализм” как нельзя лучше играл на руку Зиапу и его стратегии революционно-освободительной войны. Северовьетнамский главком хотел затянуть конфликт, поскольку это позволяло ему наращивать силы и воздействовать на волю противника.

Концепция ограниченной войны создавала США во Вьетнаме и другие проблемы. “Сигналы”, которые “ограниченные воины” посылали Политбюро ЦК ПТВ, как правило, им не воспринимались или приводили к реакции, диаметрально противоположной ожидаемой, расценивались преимущественно как признак слабости и нерешительности. Наверное, хуже всего в ограниченной войне было то, что она вводила в заблуждение не только северовьетнамцев, но в конечном счете сбивала с толку и американский народ. Слабенькие “сигналы” и ненаправленное применение военной силы создавали у американцев ощущение, что правительство относится к войне несерьезно и само не очень хорошо знает, чего хочет. Более того, год за годом война шла, а прогресса не наблюдалось, что создавало у людей ощущение того, что победа вообще недостижима, а значит, все необходимо прекратить.

И наконец, революционно-освободительная война – меняющаяся война, состоящая из различных этапов, на каждом из которых к ней требуется особый подход. Соответственно, на каждой ступени надлежит принимать разные контрмеры, чего совершенно не понимали американцы, и это доказывают действия США и Южного Вьетнама на протяжении всего конфликта. В конце пятидесятых и в начале шестидесятых революционно-освободительная война находилась в фазе I, вследствие чего ПЮВ имело дело с коммунистическими повстанцами. Вместе с тем в этот период американские советники и южновьетнамские руководители создавали и готовили полки и дивизии, снабженные тяжелым снаряжением и предназначенные в первую очередь для отражения атак войск Северного Вьетнама. В действительности же на тот момент ПЮВ требовались небольшие формирования легковооруженной пехоты, способной вести боевые действия против партизан. Но важнее всего было сконцентрировать усилия на том, чтобы одержать победу в политической борьбе.

Когда же революционно-освободительная война вступила во вторую фазу, возникла потребность в войсках, которые могли бы, с одной стороны, бороться с партизанами, а с другой – противостоять противнику в правильной войне на поле боя. Но и тут командование АРВ продолжало делать упор на свои тяжелые, неповоротливые и неспособные вести подвижную войну дивизии, одинаково плохо отражавшие как налеты партизан, так и нападения крупных регулярных войсковых частей противника. В результате в 1964-м Южный Вьетнам практически проиграл войну. Даже и тогда, когда американцы “взяли на себя заботы” о частях Главных сил АСВ и ВК, предоставив АРВ возможность бороться с партизанами, структура южновьетнамских войск не претерпела модернизации.

В 1968 и 1969 гг., когда АСВ вернулась к методам партизанской войны, американцы подкорректировали тактику в соответствии с произошедшими изменениями, тактика же АРВ, равно как и ее структурная организация, остались прежними. В 1970-м, когда США начали активно выводить войска, ни руководство АРВ, ни американские советники не смогли или не захотели превратить дивизии Южного Вьетнама в современные, способные вести маневренную войну силы.

Но одержать победу в революционно-освободительной войне посредством лишь одной своевременной реорганизации армии нельзя. Необходимо корректировать стратегию, тактику, менять вооружение, переориентировать работу разведслужб. Принятая Тхиеу в 1973 – 1974 гг. стратегия, направленная на то, чтобы не сдавать противнику ни метра территории, имела бы смысл в борьбе с повстанцами. В условия, когда противником выступали мощные, хорошо организованные регулярные силы, она оказалась самоубийственной. Тхиеу не понимал, что революционно-освободительная война давным-давно перешла в последнюю фазу.

Тяжелое вооружение – артиллерия, танки и реактивная авиация – по большей части малоэффективно в борьбе с партизанами, но совершенно необходимо в войне с регулярными войсками противника. Поскольку по мере перехода революционно-освободительной войны из одной фазы в другую меняется стратегия, тактика и вооружение, соответственно, должны меняться и подготовка личного состава, и методы сбора разведывательной информации, и задачи разведслужб. Тут вновь уместно повторить слова Клаузевица о том, что, “отправляясь на войну”, нужно знать, что это за война.

Наконец, существует еще один очень важный аспект революционно-освободительной войны, заслуживающий отдельного внимания, – программа дич ван, с помощью которой северные вьетнамцы стремились лишить военный курс правительства США поддержки американского народа. Сама по себе программа оказалась по большей части неэффективной, но достигла успехов за счет помощи невольных союзников коммунистов в Соединенных Штатах. Но и без дич ван вся стратегия Зиапа после Новогоднего наступления 1968-го ориентировалась на достижение главной цели. Затягивание войны и переговоров, пропаганда, пускание пыли в глаза, боевые операции, увеличивавшие потери среди личного состава американского контингента, все это служило только одной задаче – парализовать волю противника к продолжению борьбы.

Умение использовать в своих целях наиболее уязвимое место противника поставило Во Нгуен Зиапа в один ряд с самыми лучшими стратегами. После 1968-го он избегал лобовых нападений на американцев во Вьетнаме, используя то, что Б. X. Лидделл Харт, величайший теоретик войны двадцатого столетия, назвал непрямым подходом, для атаки на волю народа Соединенных Штатов. В результате Зиап перенес войну с рисовых полей Вьетнама на улицы американских городов – классический пример непрямого подхода. Таким образом, американскому руководству приходилось выбирать из двух зол. Если лидеры США ужесточают военные действия, они теряют поддержку народа, а если, идя на поводу у пацифистов, сворачивают активность боевых действий, то лишаются шанса победить на поле боя. Любая попытка идти в фарватере или лавировать (что делал Никсон) между Сциллой и Харибдой в конечном итоге гарантированно приводит к поражению – настоящий стратегический триумф бывшего школьного учителя.