Война во Вьетнаме (1946-1975 гг.) - Дэвидсон Филипп Б. - Страница 209

События в Бинь-Динь отозвались дальше на юге. Потеря Бан-Ме-Туота открыла врагу доступ в провинции к югу и юго-востоку от города. Эти районы, где власти всегда чувствовали себя не очень уверенно, сдались АСВ практически без выстрела. 320-я дивизия АСВ продолжала уничтожать группы и отдельных деморализованных солдат, отставших во время отступления по трассе № 7В. 2 апреля 320-я с ходу атаковала Туй-Хоа и, почти не встречая сопротивления, овладела им.

На трассе № 21, ведущей из Бан-Ме-Туота в Нья-Транг, коммунисты, однако, встретили отпор. 10-я дивизия АСВ попыталась по этой дороге прорваться в Нья-Транг и натолкнулась на части 23-й дивизии АРВ (разбитой в Бан-Ме-Туоте) и 3-ю воздушно-десантную бригаду АРВ, которую вывели из-под Да-Нанга и переправляли в Сайгон. В Нья-Транге ее личному составу приказали сойти на берег и выступить на помощь войскам АРВ, сражавшимся с 10-й дивизией АСВ под Кань-Дуонгом. После недели тяжелых боев противник сломил сопротивление частей АРВ. Из бригады парашютистов осталось только 300 человек. В тот же день (2 апреля) 10-я дивизия АСВ захватила Дук-Ми и Нинь-Хоа.

В начале апреля враг вышел на позиции для штурма наводненного беженцами Нья-Транга. Полиция исчезла, заключенные вырвались из тюрем, солдаты и офицеры дезертировали, грабили и убивали жителей и беженцев. Военное руководство, включая штаб II корпуса АРВ, просто испарилось. Работало старое правило АРВ – “следуй за лидером”. Вслед за командиром бегством спасались штаб и действующие части. Не встречая почти нигде серьезного отпора, к середине апреля АСВ окончательно оккупировала ВР 2. Приближалась развязка.

Третья Индокитайская война завершалась не великой и героической Gotterdammerung (“Гибелью богов”){74}, а трусливым бегством крыс с тонущего корабля. Для АРВ война закончилась в ВР 1 и ВР 2 – в Хюэ, Да-Нанге, Бан-Ме-Туоте и на трассе № 7В. Беженцы толпами стекались на юг. Правительство пожертвовало лучшими войсками, а “семейный синдром” уничтожал остатки дисциплины в войсках. Поражения на севере деморализовали народ, начиная от президента Тхиеу, кончая последним рядовым в АРВ и крестьянином в глухой деревушке. В конце марта 1975-го единственное, на что мог надеяться Южный Вьетнам, – вмешательство США с их авиацией. Миражи и иллюзии помешали ОГШ и правительству подготовиться к обороне Сайгона и принять какие-то меры к тому, чтобы продолжить борьбу после падения столицы.

БОЕВОЕ РАСПИСАНИЕ – ВОЙСКА АСВ

1-й корпус – 320В, 312-я, 338-я дивизии

2-й корпус – 304-я, 324В, 325-я, 3-я (Золотая звезда) дивизии

3-й корпус – 320-я, 316-я, 70-я, 968-я дивизии

4-й корпус – 6-я, 7-я, 341-я дивизии

232-я группа – 5-я, 3-я, 9-я, 27-я саперная{75} дивизии.

Приближавшийся финал на Юге стал наконец-то очевиден и “прозорливому” Политбюро ЦК ПТВ. 25 марта, видя, что захват ВР 1 и ВР 2 практически предрешен, Политбюро приказало генералу Ван Тьен Дунгу освободить Сайгон до прихода юго-западного муссона. И решением этим политическое и военное руководство Северного Вьетнама до известной степени обязано “почетному главнокомандующему”, Зиапу. В декабре 1974-го на заседании Политбюро в Ханое он, выражая согласие в отношении концепции двухлетней кампании (1975 – 1976гг.), сделал оговорку: “Планируя, мы должны предусмотреть возможность закончить все в 1975 году…”‹!!›

Получив директиву о взятии Сайгона, Дунг предложил Политбюро назвать операцию “Кампанией Хо Ши Мина”. Начальство выразило согласие. Ни один вьетнамский коммунист не мог допустить поражения в кампании имени самого Хо, да и без того они бы не проиграли. В зависимости от времени вступления в боевые действия в операции участвовало от тринадцати до двадцати дивизий. Эту армию поддерживали “саперы”, танки, артиллерийские и зенитные части, а на последнем этапе в дело вступила импровизированная тактическая авиация. В организационном плане вся армия была разделена на четыре корпуса (1-й, 2-й, 3-й и 4-й) и равную корпусу 232-ю группу, состоявшую из четырех дивизий. И что особенно впечатляет, АСВ смогла наладить достойное тыловое снабжение всей этой огромной воинской массы, моральный дух которой был необычайно высок.

Южновьетнамцы могли противопоставить противнику 5-ю, 18-ю и 25-ю дивизии (входившие в состав III корпуса АРВ) плюс к тому переформированную 22-ю дивизию (из ВР 2), а также остатки бронетанковой бригады, воздушно-десантной дивизии и дивизии МП и, кроме того, потрепанные группы рейнджеров. Существовали еще три дивизии IV корпуса АРВ, дислоцированные в дельте реки Меконг, однако они не могли принять деятельного участия в обороне Сайгона. Многие из солдат побывали в переделках в ВР 1 и ВР 2. АРВ страдала от нехватки всего необходимого, план обороны выглядел довольно туманным, а моральное состояние и дисциплина оставляли желать лучшего. Довольно скверно обстояли дела и в ВВС Южного Вьетнама.

Войска дислоцировались так, чтобы прикрывать Сайгон с пяти сторон там, где в город вели дороги. На севере 5-я дивизия АРВ обороняла шоссе № 13. На северо-востоке 18-я дивизия держала Ксуан-Лок, прикрывая шоссе № 1, а также город и авиабазу Бьен-Хоа. К юго-востоку от Сайгона две воздушно-десантных бригады и группа рейнджеров (все укомплектованные личным составом на 50%) держали оборону на шоссе № 15. К юго-западу от Сайгона фактически заново созданная 22-я дивизия “сидела” на шоссе № 4, главной дороге из дельты Меконга к столице. И наконец, на северо-западе 25-я дивизия защищала трассу № 1 между Тай-Нинем и Сайгоном. Передовые заградительные отряды дислоцировались на позициях, расположенных на расстоянии от двадцати семи до сорока восьми километров от окраин Сайгона. Генерал Труонг, после эвакуации из Да-Нанга ставший заместителем начальника ОГШ по планированию обороны Сайгона, понимал, что создать единую линию вокруг столицы не удастся. Круг был слишком большим, а войск катастрофически не хватало. Передвинув оборонительные рубежи ближе к городу, пришлось бы сдать важные пункты и построенные американцами военные лагеря в Бьен-Хоа, Ку-Чи и Лай-Ке плюс основную тыловую базу АРВ под Лонг-Бинь и огромную авиабазу под Бьен-Хоа. А кроме того, с более близкого расстояния в город долетали бы снаряды 130-мм орудий АСВ.

План АСВ по овладению Сайгоном являлся зеркальным отражением плана АРВ по спасению столицы. Дунг с небольшими изменениями принял концепцию пяти направлений Тран Ван Тра. Дунг помнил, каких разрушений стоило городу Новогоднее наступление 1968-го, и хотел избежать подобного, а кроме того, он не желал превращать оборонявшихся в “загнанных в угол крыс”. Главнокомандующий АСВ разработал соответствующую схему действий. Первое, он прочертил для каждого из своих корпусов главную ось наступления. Второе, приказал командирам корпусов попытаться окружить и уничтожить защитников на дальних подступах к Сайгону, чтобы избежать ожесточенных боев в самом городе. Третье, он наметил в столице пять критических объектов: Дворец Независимости (южновьетнамский “Белый дом”), ставку ОГШ (около авиабазы Тан-Сон-Нгут “ТСН”), саму базу ТСН, Управление Национальной полиции и штаб Столичной зоны, командующий которой контролировал войска в Сайгоне и вокруг него. Дунг рассудил, что, если коммунистам удастся быстро захватить эти пункты до того, как разгорятся серьезные бои в самом городе, битва за Сайгон будет закончена.

Но северные вьетнамцы не были бы северными вьетнамцами и коммунистами, если бы не планировали поднять в Сайгоне Великое восстание в помощь своему Великому наступлению. Несмотря на то что необходимости в восстании как будто бы не наблюдалось, к тому же прежде (в 1968 и 1972 гг.) восстания не удавались, в Ханое разработали план политической дay транъ, включавший программы дич вап и бинь ван.

До начала наступления на Сайгон АСВ предстояло взять Ксу-ан-Лок и перерезать шоссе № 4, чтобы не допустить подхода по нему в столицу подкреплений из дельты Меконга и создать себе район сосредоточения для атаки на Сайгон. Наиболее важным являлся захват Ксуан-Лока. К нему “крепились” оборонительные рубежи на востоке. Тот, кто владел этим городом, контролировал дороги, ведущие в Сайгон с востока и соединявшие его с Бьен-Хоа и Вунг-Тау. К тому же Ксуан-Лок прикрывал две авиабазы – одну в Бьен-Хоа и другую в Тан-Сон-Нгут. Обе стороны считали Ксуан-Лок ключом к обороне Сайгона.