Война во Вьетнаме (1946-1975 гг.) - Дэвидсон Филипп Б. - Страница 176

Результаты Лам-Сон 719, что типично для этой войны, были неясными и спорными. О победе заявляли как южные, так и северные вьетнамцы. Первые потому, что взяли Чепон и тем самым как бы выполнили задачу, а вторые, поскольку им удалось вышвырнуть противника из Лаоса. В официальном “Донесении о результатах боя” XXIV корпуса США содержатся сведения о 19 360 убитых неприятельских солдатах‹4›. Если накинуть к этой цифре еще 35% надолго выведенных из строя солдат противника, получается всего 26 000 человек. Таким образом, не будет ошибкой считать, что АСВ потеряли около 20 000 человек, или примерно половину личного состава участвовавших в акции частей. В значительной степени урон врагу был нанесен американской авиацией – бомбардировщиками В-52 и штурмовиками. В отчетах южновьетнамской стороны превосходным образом отражены данные о том, сколь заметный ущерб в живой силе и технике понес противник от действий американских летчиков. Согласно рапорту XXIV корпуса, суммарные потери союзников по итогам Лам-Сон 719 составили 9065 человек – 1 402 американцев (включая 215 погибших) и 7 683 южновьетнамцев (из них 1 764 убитыми). Американские СМИ, освещавшие события операции, вели свою бухгалтерию. По данным журнала “Ньюсуик”, опубликованным 5 апреля 1971 года, только потери АРВ достигали 9775 человек, в том числе 3800 убитыми.

АРВ лишилась 211 грузовиков, 87 бронемашин, 54 танков, 96 артиллерийских стволов и всех задействованных в акции инженерных машин (бульдозеров, грейдеров и т.п.). АСВ утратила 2001 грузовик (из них 422 – по подтвержденным данным наземных войск), 106 танков (подтверждено 88), 13 артиллерийских стволов, 170 346 тонн боеприпасов (подтверждено 20 000 тонн) и 1250 тонн риса. Еще одним свидетельством того, насколько яростными были бои в Лаосе, может служить численность потерь вертолетного парка США (108 уничтоженных и 618 поврежденных машин) и количество затраченных артиллерией союзников боеприпасов (500 000 выстрелов).

Вот и вся статистика, которая между тем' мало что говорит о результатах операции. На несколько недель активность неприятеля на тропе Хо Ши Мина заметно ослабла, к тому же ему пришлось израсходовать людские и материальные ресурсы, которые он в противном случае мог бы задействовать для наступления в 1971-м или в 1972 году. По крайней мере, Киссинджер считает, что ущерб, нанесенный врагу в 1970-м в Камбодже ив 1971-м в Лаосе, давал союзникам маленький, но шанс на победу в 1972-м. Никсон косвенно поддерживает эту точку зрения. Лам-Сон 719 могла вынудить коммунистов перенести крупномасштабную атаку с 1971 на 1972 год, хотя есть свидетельства, которые говорят за то, что Зиап изначально намечал наступление именно на 1972-й. Несмотря ни на какие преимущества, которые США и ПЮВ, возможно, получили в результате операции, за них пришлось платить дорогой ценой.

Говорить об успехе или неуспехе Лам-Сон 719 можно только с позиции выполнения или невыполнения поставленных задач. Задачей в операции ставилось овладение районами базирования № 604 и № 611, удержание их в течение трех месяцев и уничтожение снабженческих грузов и военных объектов неприятеля на данной территории. АРВ находилась в Лаосе около полутора месяцев, при этом по большей части топталась на месте или отступала. Ей, как любят выражаться британцы, удалось “обгадить” район базирования № 604, но уничтожить основную массу складов и прочих объектов она не смогла. Район базирования № 611 и вовсе почти не пострадал. Тропа Хо Ши Мина вновь заработала на полную мощность сразу же после ухода АРВ.

С другой стороны, военные поражения иногда оборачиваются победой в чем-то другом. Так, например, тем же коммунистам после разгрома в Новогоднем наступлении 1968-го удалось набрать массу очков на “внутреннем фронте” в Соединенных Штатах. Однако ничего подобного в результате Лам-Сон 719 в США не случилось. СМИ разрисовали все произошедшее, как очередную катастрофу, а президент Никсон назвал провал рейда в Лаос “психологическим поражением” США и Южного Вьетнама. Именно под таким углом на это смотрели и южновьетнамцы‹5›, шокированные масштабами потерь и тем, что, отступая, солдаты АРВ в большом количестве бросали раненых и оставляли убитых товарищей непохороненными. Как писал один южновьетнамский офицер: “Все это явилось чудовищным ударом для тех несчастных семей, которые, традиционно почитая мертвых и храня верность живым, принуждены были пребывать в постоянной горечи и сомнениях… Вьетнамцам невозможно забыть такое”‹6›. Ничуть не лучший эффект оказали последствия операции на принимавших в ней участие военнослужащих, которые задавались вопросом: а стоило ли достигнутое понесенных потерь? И хотя Тхиеу заявлял об успехе, солдаты и офицеры АРВ считали себя побежденными.

Лам-Сон 719 выявила глубинные недостатки ВСРВ, и это открытие делало призрачными надежды на быструю вьетнамизацию. Наипервейшей бедой оставалось неадекватное, чрезвычайно политизированное военное руководство АРВ. Генерал-лейтенант Лам не всегда мог управлять действиями двух из трех своих главных подчиненных, равных ему по званию командиров воздушно-десантной дивизии и дивизии МП. Командир десантников, генерал-лейтенант Донг, делал все, что ему заблагорассудится. Командир морских пехотинцев, генерал-лейтенант Канг, переложил свои обязанности на одного из полковников и фактически бойкотировал всю кампанию.

Поведение президента Тхиеу напоминало образ действий некомпетентного руководства АРВ. Хотя он вверил под начальство Лама дивизии воздушных десантников и морских пехотинцев, президент не вмешался, чтобы помочь командиру корпуса обуздать строптивых дивизионных командиров. Причина более чем понятна – Тхиеу зависел от этих двух соединений, особенно от воздушно-десантной дивизии, его дворцовой гвардии и опорной силы против государственных переворотов. Вина Тхиеу и в том, что на первых порах он деятельно поддерживал замысел Абрамса, а потом, почувствовав возможность негативных политических последствий, пошел на попятный. Его вмешательства неизменно приносили вред операции. Фактически приостановив 12 февраля наступление, он не только обрек на полную неудачу само предприятие, но и поставил войска в опасное положение. Затем президент вздумал в критический момент заменить десантников дивизией МП, а потом сделал передовым соединением вместо воздушно-десантной дивизии 1-ю пехотную дивизию. Его решение отправить два батальона 1-й дивизии в Чепон являлось чисто пропагандистской акцией, не преследовавшей никаких военных целей и сопряженной с риском подставить оба батальона под сильнейшей удар противника.

Отказ Тхиеу направить в начале марта в зону военных действий 2-ю пехотную дивизию АРВ можно счесть спорным решением, однако в свете всего случившегося оно представляется мудрым. По боевым качествам 2-я дивизия уступала уже задействованным в операции соединениям, а потому ее вступление в сражение не принесло бы, возможно, никакой пользы и лишь увеличило бы потери АРВ. Наверное, это было единственное разумное решение Тхиеу.

Лам, администратор, а не солдат, фактически правитель крупной области страны, также совершенно не годился на роль командира корпуса, особенно в такой сложной операции как, Лам-Сон 719. Он пытался руководить действиями войск с командного пункта в Донг-Ха, расположенного в шестидесяти километрах от вьетнамско-лаосской границы и почти в ста от деревни Чепон. Его штаб и подчиненные командиры, за исключением командира 1-й пехотной дивизии, также не соответствовали занимаемым должностям. По поводу некомпетентности высшего командования один южновьетнамский лейтенант в разговоре с американским морским пехотинцем с горечью заметил: “…американцы используют нас‹войска АРВ› в качестве учебных пособий для генералитета”‹7›.

Кроме того, в Лам-Сон 719 вновь обнажились недостатки так называемых пехотных дивизий, представлявших собой не армию, а скорее отряды самообороны. В ОГШ считали, что 3-я пехотная дивизия, дислоцированная в северной части Южного Вьетнама, не годилась для участия в подвижных операциях, по той же причине (как и по другим причинам) Тхиеу отказался задействовать 2-ю дивизию‹8›. В результате весь главный резерв состоял из дивизий воздушных десантников и морской пехоты. Лам-Сон 719 продемонстрировала неадекватность этого резерва, как в отношении боевых качеств, так и численности.