Вайдекр, или темная страсть - Грегори Филиппа - Страница 98

Доктор Роуз кивнул и стал что-то записывать. Его компаньон сидел рядом и слушал. Это был огромный, тучный гигант со светлыми волосами и тупым лицом. Я думаю, что от него требовалась только одна помощь — короткий хорошо рассчитанный удар, если пациент вдруг становился неуправляемым.

— Были ли причины, которые могли вынудить его к этому? — продолжал расспрашивать доктор Роуз. Я взглянула на мои переплетенные пальцы.

— Как раз перед этим родился наш ребенок, — тихо произнесла я. — Я еще до свадьбы знала, что он бешено ревнив, но не понимала, насколько это опасно. Он был в Шотландии, когда родился ребенок, и когда он вернулся, им овладела мысль, что ребенок не его.

Доктор Роуз, поджав губы, постарался оставаться нейтральным. Но любой человек не мог не сочувствовать такой привлекательной молодой женщине.

— Той ночью умерла моя мать, — мой голос звучал не громче, чем шепот. — Мой муж был слишком пьян, чтобы надлежащим образом позаботиться о ней, и теперь он винит в ее смерти себя. — Моя голова склонилась еще ниже. — С тех пор в нашу жизнь вошло горе.

Доктор Роуз кивнул и едва сдержался, чтобы не взять меня за руку.

— Он знает, что мы здесь? — спросил он.

— Да, — ответила я, — в минуты просветления он стремится выздороветь. Думаю, что он старался не пить сегодня. Мы можем увидеть его в гостиной. Не пройти ли нам туда выпить кофе?

— Отличная мысль, — кивнул доктор, и я провела их в гостиную.

Джон был удивлен, увидев меня, входящей в гостиную в сопровождении двух мужчин, и его руки так задрожали, что он вынужден был поставить на стол свою чашку. Он бросил взгляд на Селию, и она ответила ему ободряющей улыбкой. Но его доверие к ней было поколеблено тем, что здесь присутствовала я.

— Это доктор Роуз и доктор Хилари, — представила я гостей. — Моя невестка, леди Лейси, мой муж, мистер Мак Эндрю.

Никто не заметил тот факт, что я опустила его титул, лишь Селия вопрошающе смотрела на меня, подавая руку двум докторам и приглашая их сесть.

Я проскользнула к столику и налила три чашки кофе. Джон следил за доктором Роузом глазами пойманной птицы и инстинктивно старался держаться подальше от массивной фигуры доктора Хилари.

— Я немного слышал о ваших проблемах, — мягко обратился доктор Роуз к Джону. — Думаю, мы можем помочь вам справиться с ними. У меня под Бристолем есть небольшая частная клиника, в ней сейчас всего четыре пациента. У каждого из них отдельная комната, своя прислуга, комфорт и покой. Сейчас они на пути к тому, чтобы научиться самим справляться с искушением. В первые самые тяжелые дни я даю больным немного лауданума, чтобы они легче перенесли этот период. Мое лечение приносит заметные успехи.

Джон кивнул. Он был предельно возбужден. Селия не отрывала от него глаз, светившихся любовью и поддержкой. Его взгляд тоже, то и дело, обращался к ней, как к талисману. Джон казался успокоенным мягким голосом доктора Роуза, но тревожно косился на его компаньона, возвышавшегося в кресле, как гора.

— Я охотно поеду с вами, — голос Джона звенел. как туго натянутая нить.

— Очень хорошо, — улыбнулся в ответ доктор Роуз. — Думаю, что мы сможем помочь вам.

— Я прикажу упаковать твои сумки, — сказала я и выскользнула из комнаты. Отдав приказание камердинеру Джона, я остановилась в холле и стала подслушивать.

— Тут несколько бумаг, которые вам требуется подписать, — послышался увещевающий голос доктора Роуза. — Пустые формальности. Вот здесь, пожалуйста.

До меня донесся шорох передаваемых бумаг и скрип пера Джона. Я удовлетворенно улыбнулась и вошла в комнату.

Слишком рано.

Я оказалась слишком нетерпелива и не рассчитала времени моего возвращения. Джон подписал документ, давая согласие следовать предписаниям доктора, но он еще не подписал отказ от своих прав. Мое возвращение насторожило его, и он взглянул на документ.

— Что это? — его глаза сузились, а голос прозвучал настороженно.

— Это документ об отказе от прав, — искоса глянув на бумагу, объяснил доктор. — Люди, вверенные мне, оставляют свои дела в распоряжение своих близких, пока они сами находятся на моем попечении.

Джон дико оглядел кружок наших улыбающихся, уверенных лиц.

— Вверенные? — его тренированный ум сразу выхватил нужное слово. — Вверенные? Но я добровольно отправляюсь с вами.

— Конечно, конечно, — ответил доктор Роуз. — Это чистая формальность, но пациенты, имеющие пагубное пристрастие к алкоголю, считаются вверенными моей опеке. Поскольку именно мы гарантируем им отсутствие соблазнов.

— Я буду заперт? — голос Джона стал хриплым от шока. — Эти бумаги отбирают у меня состояние и заключают меня в сумасшедший дом. Разве не так? РАЗВЕ НЕ ТАК? — в панике он бешено обернулся к Селии. — Вы знали об этом? Это была ваша идея, вы убедили меня, что это спасет меня. Вы это планировали?

— Да, Джон, — Селия совершенно растерялась от атаки Джона. — Но в этом нет ничего плохого, правда?

— Кто будет распоряжаться моим состоянием? — и он схватил со стола документ, в то время как остальные бумаги разлетелись по полу. — Гарри Лейси! Гарри Лейси и его адвокаты! А все мы знаем, кто командует Гарри Лейси, не правда ли? — и он выстрелил в меня злым, но одновременно пугливым взглядом. Но тут бумага выпала из его рук.

— Мой Бог, Беатрис! — понимание происходящего повергло его в ужас. — Вы крадете мое состояние и прогоняете меня. Вы обрекаете меня на жизнь взаперти в сумасшедшем доме и при этом грабите меня.

Доктор Роуз незаметно подал знак помощнику, но Джон мгновенно заметил это. Доктор Хилари поднялся на ноги, и Джон закричал, как испуганный ребенок.

— Нет! — закричал он, — нет! — и бросился к двери, опрокинув по дороге маленький столик и рабочую корзинку Селии. Мотки пряжи и кофейные чашки упали на ковер, и вдруг, с неожиданной для такого тяжелого человека легкостью, доктор Хилари кинулся под ноги Джону и сокрушительным ударом бросил его на пол. Селия закричала, а я в ужасе сжала руки, видя как этот громадный мужчина пригвоздил Джона к полу.

Доктор Роуз выхватил из своего саквояжа смирительную рубашку, припасенную как раз для таких случаев, и кинул ее Хилари. Джон в панике и страхе закричал:

— Нет! Нет! Селия! Селия, не позволяйте им этого!

Селия ухватилась за смирительную рубашку, но я тут же оказалась около нее. Она оттолкнула меня и выкрикнула:

— Беатрис! Беатрис! Вы должны остановить их! Этого не нужно делать! Не позволяйте им бить Джона! Не давайте им связывать его!

Опытными руками доктор Хилари накинул на Джона рубашку и плотно, как цыпленка, обвязал его, скрестив руки на груди и завязав длинные рукава рубашки на спине. Спина Джона согнулась, он застонал, его глаза выкатились от ужаса.

— Вы — дьявол, Беатрис! — простонал он. — Вы — сам дьявол!

Тут его взгляд обратился к доктору Роузу.

— Не делайте этого, — его голос походил на карканье. Стиснутое отчаянием горло не пропускало никаких звуков. — Нет! Я прошу вас! Не делайте этого со мной. Это ошибка. Я все могу объяснить. Моя жена хочет уничтожить меня. Она шлюха и убийца.

Селия вырвалась от меня и бросилась к Джону.

— Нет! — вскричала она. — Не говорите таких вещей, Джон! Не будьте таким! Сохраняйте спокойствие, и все будет хорошо.

— И вы тоже с ней заодно, — он говорил почти беззвучно. — Вы предали меня, вы отдали меня ее людям, ее ставленникам. Она заманила вас в ловушку, и вы сделали за нее всю грязную работу. ВЫ…!

Джон оборвал себя и дико оглядел нас, четверых.

— Беатрис, вы — дьявол! — выдохнул он. — Дьявол. Господи, спаси меня от нее и от ее проклятого Вайдекра. — У него вырвалось судорожное рыдание, и он замолчал. Я стояла, не двигаясь. Доктор Роуз смотрел на меня с любопытством. Мое лицо было каменным и белым как молоко. Селия, по-прежнему стоя на коленях, закрывала лицо руками, чтобы не видеть ее доверчивого родственника, связанного и валяющегося на полу ее уютной гостиной.

Я продолжала стоять, будто скованная. Я не могла поверить в реальность разыгравшейся передо мной сцены, хотя предвидела нечто подобное. Одной рукой я нащупала стул позади меня и буквально рухнула на него, не отводя глаз от Джона.