Вайдекр, или темная страсть - Грегори Филиппа - Страница 109

Но прав оказался он. А я ошибалась.

В какой-то момент я потеряла свою связь с деревней и с землей. Я была уверена, что это только шутка и вызов высокомерию гордячки мисс Беатрис. Если я ничего не скажу и ничего не сделаю, а буду просто продолжать огораживание земель, то гордость с обеих сторон будет удовлетворена и работы пойдут дальше как ни в чем ни бывало.

Но на вторую ночь заборы опять оказались поломаны.

На третью ночь их не только поломали, но и сожгли.

Это был аккуратный костер, сложенный заботливыми крестьянскими руками, с растопкой, принесенной из леса. Они сожгли забор и предусмотрительно затоптали огонь.

— И после этого они говорят мне, что ничего не могли поделать, — в раздражении жаловался мне Брайен. — Они утверждают, что к тому времени, когда они принесли воду из реки, все уже сгорело.

— Можно было передавать воду по цепочке от ручья на общинной земле, — возразила я. — До него всего несколько ярдов.

— Но он находится внутри огороженной территории, — буркнул Брайен. — Они сказали, что вы велели им держаться подальше от этой земли. И они так и делали.

— В этом есть известная логика, — мрачно улыбнулась я, но моя улыбка мгновенно угасла.

— Этого я больше не потерплю, — жестко продолжала я. — Я дала им шанс, но они, похоже, не заметили его. Если они хотят напугать меня, то им придется все-таки узнать, кто здесь хозяин. Я отправляюсь в Чичестер за новыми заборами. И вернусь с парой солдат, которые станут охранять их, пока они не будут готовы. И если эти парни окажутся рядом, то их научат хорошим манерам. Я позволила им пошутить. Но сейчас игры уже закончены.

Брайен кивнул. Его глаза сверкали от радости.

— Вы можете даже арестовать их, если поймаете с поличным. Их наверняка повесят за это.

— Не стоит преувеличивать. Их следует просто наказать, — резко сказала я. — Я сейчас же еду в Чичестер.

Я задержалась только, чтобы найти Гарри, который оказался в детской с Джулией.

— Это очень плохо, Беатрис, — сказал он. — Они совсем не хотят понять ход событий.

— Отчего же не хотят, — иронично отозвалась я. — Просто они предпочитают сами устанавливать его.

— Ты смеешься, Беатрис, — серьезно заметил Гарри. — А каждому ясно, что пара сумасшедших деревенских парней не в состоянии изменить положение вещей.

— Я знаю, — ответила я. — Во время моего пребывания в городе я разузнаю законы от лорда де Курси. Если так будет продолжаться, нам придется схватить этих парней и отдать под суд.

— Совершенно необходимо, — Гарри внимательно созерцал блестящий верх своих ботинок. — И без всякой снисходительности.

Я кивнула и вышла из детской. Тон Гарри коробил меня своей напыщенностью и глупостью, но все в Чичестере, казалось, разделяли его мнение. Лорд де Курси воспринял происшедшее как вооруженный мятеж и сразу же повел меня в казармы. Я сопротивлялась, поскольку не хотела возвращаться в Вайдекр в сопровождении целого взвода конной гвардии, но принять помощь шести солдат и сержанта мне все-таки пришлось.

К сожалению, я не могла рассчитывать на помощь нашей прислуги. Все мы были очень маленькое сообщество, и я прекрасно знала, что хотя любовь и симпатии наших слуг пока принадлежат только мне, они не станут устраивать засаду на своих родственников ради моих дурацких затей.

Я вернулась домой в повозке, нагруженной досками. Позади шагали солдаты. В доме мы объявили, что это небольшие каникулы для рекрутов, но сами они были готовы по моему слову отправиться в засаду.

Мы устроили ее уже на следующую ночь. В течение всего дня Джон Брайен и его усмехающиеся подчиненные устанавливали заборы, для пущей безопасности зарывая столбы в землю. Едва стемнело, мы с Гарри встретили солдат на том берегу реки и, стараясь не шуметь, перешли ее вброд и затаились на одной тихой и темной улице Экра. Было совсем темно, луна еще не взошла, на небе виднелись только звезды.

Я оставалась на лошади и видела, как нервно прядет ушами Тобермори из-за этой поздней прогулки. Рядом со мной сидел Гарри, ерзая в седле и дуя в рукавицы, чтобы согреть пальцы. Стоял влажный, жестокий холод позднего зимнего вечера.

— Долго нам, интересно, ждать? — спросил мой брат. Он был взволнован как мальчишка, ему это казалось такой же игрой, как в школе, когда он сражался в банде своего героя Ставлен. Для Джона Брайена, который находился тут же, это было серьезнее. Несмотря на то, что его жена была родом из Экра, он ненавидел деревню и считал себя гораздо выше их. Он высоко ценил свой вертлявый городской ум и ни во что не ставил их медлительную деревенскую мудрость, и подобно всем, взбирающимся по шаткой и ненадежной лестнице снобизма, Брайен презирал тех людей, от которых пытался оторваться.

— Мы увидим их через час, — тихо сказала я. Я была встревожена и взбудоражена волнением засады, но какой-то уголок моего разума говорил мне: «Это твои люди, это же твои люди, а ты прячешься здесь с солдатами и двумя глупцами, которых сама презираешь».

Мне не верилось, что я утратила связь с Вайдекром, с землей, с людьми, что я прячусь в темноте, как шпион, чтобы напасть на них. Ах, если б не Ричард! Но место Ричарда в Вайдекре создало длинную цепочку событий, и теперь мой муж сидит в доме умалишенных, а пока я здесь уродую доброе, смеющееся лицо Вайдекра. Ах, если бы не Ричард! Но…

— Это они, — тихо сказал Брайен.

Вглядевшись, я увидела три фигуры, молчаливо идущие по тропинке. Я видела, как блеснули в свете звезд светлые волосы Джона Тайка, и мне показалось, что я узнала широкие плечи Сэма Фростерли. Джон Тайк что-то вполголоса сказал, и в ответ Нед Хантер тихо рассмеялся. Они были совершенно спокойны, потому что стояла ночь и они находились на своей земле, на которой родились и выросли.

Парни подошли к первому забору и приготовились свалить его. У одного из них была лопата, и он немного подкопал столб, а потом они втроем налегли на него, и забор дрогнул под их тяжестью.

— Сейчас? — тихо спросил меня Брайен.

— Сейчас! — мои губы были так холодны, что я едва могла говорить.

— Сейчас! — закричал Гарри и пришпорил лошадь. Солдаты тут же выросли из-за кустов и бросились к парням. Те вскочили на ноги и застыли, будто не верили своим глазам. Затем они бросились к Экру, как бежит испуганный олень, в глупой и смешной вере, что в своем логове он будет в безопасности.

Нед и Сэм, перепрыгнув через забор, бросились по тропинке, за ними гнались солдаты и Гарри. Но я увидела, как светлые волосы Джона Тайка мелькнули в другой стороне, и поняла, что он бежит в противоположном направлении, стремясь укрыться на берегу Фенни, а потом в безопасности проползти домой. Он не знал, что я здесь и что он бежит прямо на меня. Все его внимание бьшо поглощено ожидаемой погоней. Он почти наткнулся на меня и резко затормозил.

— Мисс Беатрис! — сказал он.

— Джон Тайк! — отозвалась я. Быстро пригнувшись, он нырнул в кусты и исчез.

— Вы не видели его, мэм? — спросил меня подбежавший сержант. Его солдаты уже вели схваченных на улице Сэма и Неда.

— Нет, — даже не успев подумать, ответила я быстро. Он был младший сын Тайка, а я любила старика. Он принадлежал к нашим крестьянам, а сержант был чужаком. Я почувствовала, что за людьми нельзя гоняться на лошади, как за дичью.

— Нет, мы упустили его, — повторила я.

Той же ночью солдаты увезли Сэма и Неда в Чичестер. Они должны были предстать перед судьей Броунингом на следующей сессии суда. Я не думала об этом. К тому времени, когда Экр проснулся, уже все бьшо кончено. Двух самых лучших парней Экра увезли в город, а молодому Джону Тайку, ничего не оставалось делать, кроме как сидеть перед маленьким камином своей матери, сжав голову руками от собственного бессилия.

Весь Экр понимал, что если Неда и Сэма схватили, то и Джон должен быть с ними. И Джон был не из тех парней, которые оставляют друзей в беде. Он размышлял целый день, пока восстанавливали забор и приступили, наконец, к рубке деревьев. Затем он признался старому Тайку.