Роза и Меч - Грегори Джил - Страница 19

Слова Бриттани ошеломили принца. Он стиснул зубы.

— Ты слишком много говоришь, принцесса, — но в его голосе явственно прозвучали нотки удивления и восхищения.

«Интересно, все женщины так мудры, — раздумывал он, — или только та, что досталась мне в жены?»

Бриттани поднялась на цыпочки, и ее губы оказались совсем близко.

— Я знаю, но ты не делаешь ничего, чтобы заставить меня замолчать.

Принц поймал ее за подбородок и склонился, почти коснувшись губами ее губ.

— Значит, нужно это исправить, — хрипло сказал Люций, сливаясь с ней в глубоком, страстном поцелуе.

У Бриттани от поцелуя закружилась голова, а сердце застучало так, словно хотело выскочить из груди. Ей ничего не оставалось как покрепче прижаться к мужу. Где вы, последние крохи здравого смысла, самообладания и силы воли?.. В мире остались только они с Люцием, морозная ночь, счастье, тепло и окутавшее их сияние.

Когда поцелуй закончился, щеки девушки загорелись ярким румянцем. Принц подхватил жену на руки и кружил ее до тех пор, пока она не начала задыхаться от смеха. А потом, продолжая держать Бриттани на руках, он снова завладел ее губами. На этот раз поцелуй был таким нежным, словно он целовал бесценное и хрупкое сокровище.

— Я люблю тебя, Бритта из рода Палладрин. Знаешь ли ты об этом или нет, но ты обладала Силой еще до того, как нашла Жезл Розы. Ты завладела моим сердцем в тот момент, когда наши глаза впервые встретились. С тех пор твое заклинание окрепло, и теперь я полностью в твоей власти.

Ее глаза потеплели, и Люций утонул в их золотистой глубине.

— Тогда я приказываю, мой принц: поцелуй меня. Потому что я тоже люблю тебя, — губы Бриттани коснулись его губ, скользнули по щеке. Потом баловница легонько укусила его за ухо. — И знай: если ты только подумаешь о том, чтобы поцеловать другую женщину, я превращу тебя в жабу.

Его хохот слился с ее серебристым смехом. Их губы снова встретились. В свете звезд и луны они праздновали победу и исполнение своих надежд, и в глазах их сиял отсвет магической силы под названием любовь.

Эпилог

Конечно же, был пир на весь мир.

Сотни факелов освещали длинные столы, ломившиеся от бесчисленных блюд с олениной, жареными курами и фазанами, засахаренными фруктами и пирожными. На столах стояли золотые кубки с вином. По залу плыла нежная мелодия арфы и флейты. Потом выступали фокусники и менестрели. Было много танцев, смеха и шуток. Замок наполнился радостью — все, и знать, и простые крестьяне, радовались возвращению Бритты из рода Палладрин и избавлению от Дария.

Неделя прошла с тех пор, как Жезл Розы и Меч Марриков положили конец его жестокому правлению. Все эти дни Люций занимался созданием новой армии из преданных принцессе людей, разыскивал и наказывал тех, кто служил Дарию, и укреплял границы королевства. Бриттани принимала представителей знати и крестьян. Она много успела узнать о своей земле и живущих здесь людях, с которыми ее так давно разлучили.

Люди съезжались на пир из самых дальних уголков королевства, чтобы хоть одним глазком взглянуть на прекрасную принцессу с волосами цвета дикого меда и золотистыми искорками в глазах, которую они так долго считали погибшей. Принцессу, которая разыскала легендарный Жезл Розы и спасла Палладрин от тирана.

Королева Элайзия приехала из Стрэсбери со своими придворными дамами. Их сопровождали вельможи и рыцари во главе с сэром Ричмондом. Медистерн, полностью оправившийся от ран, сидел на помосте рядом с Люцием. Еще до начала бесконечных тостов и песен он поспешил объявить притихшей толпе, что, узнав о смерти Дария, народ соседнего королевства Маррик восстал против власти короля Седжвика. Тот поспешно покинул королевство, и сейчас подданные пытаются его разыскать. Престол Марриков по праву займет принц Люций. В ближайшие дни состоится официальная церемония объединения королевств Палладрин и Маррик, которыми в мире и благополучии будут править будущая королева Бритта и ее муж, король Люций.

Но, по мнению их королевского высочества принцессы Бритты, самая лучшая часть праздника началась тогда, когда в полночь Люций, сославшись на усталость, под руку увел ее от министров Палладрина и по витой лестнице, освещенной факелами, проводил к королевской опочивальне. Потом запер массивную дверь и скользнул взглядом по фигуре Бриттани. На ней было красное, как рубин, бархатное платье с низким вырезом. Служанки искусно заплели ее волосы и украсили их лентами, усыпанными драгоценными камнями.

На губах Люция появилась хорошо знакомая хищная улыбка, сразу заставившая сердце принцессы забиться быстрее.

— Любимая, в этом платье ты великолепна, но я думаю, что уже готов увидеть тебя и без него.

— Люций, — укоризненно погрозила пальчиком принцесса, — ты уже видел меня без него. Да я хожу перед тобой в чем мать родила и вечером, и утром всю последнюю неделю! И, если ты не забыл, даже сегодня днем, в твоей спальне. Кстати, наш бедный шеф-повар сбился с ног, разыскивая меня, чтобы узнать, будет ли тридцати фазанов достаточно для…

— Конечно, я помню, что было сегодня днем, — усмехнулся Люций. Его глаза блестели в свете свечей, и Бриттани подумала, что никогда он не казался ей таким красивым. Темная расшитая золотом туника облегала его стройное, сильное тело, и ее сердце каждый раз замирало от счастья, когда она встречалась с ним взглядом.

Потом он подошел к ней с озорной улыбкой на губах. — Что ж, продолжим наши шалости?

— Шалости? — Бриттани тихо рассмеялась. Щеки принцессы расцвели нежным румянцем, когда Люций взял ее за руки.

— Так вот как ты это называешь, муж мой?

— А как бы ты это назвала, женушка? — он погладил ее по щекам, потом его руки скользнули по плечам и сомкнулись на тонкой талии.

— Я бы назвала это чудом. Сказала бы, что оно опьяняет. И доставляет массу удовольствия, — прошептала принцесса, поднимаясь на цыпочки, чтобы поцеловать его в губы.

— Тогда не будем терять ни минуты.

Долгие, глубокие, восхитительные поцелуи заставили Бриттани позабыть обо всем на свете. Очнулась она только когда почувствовала, что муж снял с нее платье.

— Но Люций! Как же наши гости?

Все возражения были забыты, когда он начал осыпать поцелуями ее щеки, губы, шею. Его нежность заставила ее позабыть обо всем, кроме этого мужчины и чувства, которое их связывает — настоящей любви, о которой она когда-то мечтала.

Бриттани с трудом перевела дыхание — и все закружилось у нее перед глазами. Она запустила пальцы в волосы мужа, с готовностью отдаваясь его поцелуям. Когда он нашел пальцами ее сосок, она застонала от удовольствия.

— Ты что-то говорила о гостях? — насмешливо спросил Люций, целуя ее в шею.

— Д-думаю… что они… не будут… без нас скуч-чать, — с трудом выговорила Бриттани, как всегда с радостью открывая для него не только губы, но и сердце.

Люций, посмеиваясь, подтолкнул ее к кровати. Когда он осторожно опустил принцессу на шелковое покрывало, Жезл Розы внезапно вздрогнул на своей хрустальной полке и на влюбленных полился дождь из розовых лепестков, наполняя комнату сладостным ароматом счастья.

Но они этого не заметили, растворившись друг в друге.

Пока гости пили вино и танцевали там, далеко внизу, Люций и Бриттани лежали обнявшись на усыпанной лепестками постели и упражнялись в магии, которая принадлежала только им двоим.