Империя волков - Гранже Жан-Кристоф - Страница 53

Шарлье, не поднимая глаз, крутил в огромных ручищах ножик. Когда он наконец заговорил, тон его изменился:

– Зема Гокальп не сможет тебе помочь.

– Вы… вы ее?..

– Нет. Ее задействовали в эксперименте.

– В каком именно эксперименте?

Пауза. Шиффер повторил свой вопрос:

– Так какой опыт вы на ней поставили?

– Психическая обработка. Новая методика.

Вот оно что. Манипулирование психикой человека всегда было навязчивой идеей Шарлье. Научиться проникать в мозги террористов, изменять сознание и прочий бред… Зема Гокальп стала морской свинкой помешавшегося на бредовой идее экспериментатора.

Шиффер оценил черный юмор ситуации: Шарлье не выбирал Зему Гокальп, она упала ему в руки с неба. Он не знал, что женщина изменила внешность, и понятия не имел, кто она на самом деле.

Он вскочил, чувствуя невероятное возбуждение.

– Почему вы взяли именно ее?

– Из-за психического состояния – Зема страдала частичной потерей памяти и потому легче поддавалась «лечению».

Шиффер наклонился ближе, не веря своим ушам.

– Хочешь сказать, вы промыли ей мозги?

– Можно сформулировать и так.

Шиффер в ярости ударил кулаками по столу.

– Черт возьми, именно эту память нужно было стирать в последнюю очередь! Она бы мне помогла!

Шарлье нахмурился.

– Я не понимаю. Что такого важного знала эта девушка? Ну, видела, как несколько турецких головорезов похитили женщину, и что?

Нужно притормозить.

– У нее есть информация об этих убийцах, – бросил Шиффер, расхаживая по кабинету, как тигр в клетке. – Думаю, ей известно, кто такая Дичь.

– Дичь?

– Женщина, которую ищут Волки. И которую они до сих пор не нашли.

– Это так важно?

– Три убийства, Шарлье, не многовато ли, как ты полагаешь? Они ведь будут убивать, пока не поймают ее.

– И ты хочешь сдать ее им?

Шиффер улыбнулся, но ничего не сказал.

Шарлье раздраженно пожал плечами – рубашка едва не треснула по швам – и нехотя произнес:

– В любом случае я ничем не могу тебе помочь.

– Почему?

– Она от нас ускользнула.

– Ты бредишь!

– Увы…

Шиффер не знал, смеяться ему или плакать. Он снова сел, подхватил со стола ножик, брошенный Шарлье.

– Придурков в полиции, как я погляжу, меньше не стало. Объясни, что произошло.

– Мы хотели добиться полного изменения личности. Это беспрецедентный эксперимент. Нам удалось превратить ее в добропорядочную французскую буржуазку, в супругу высокопоставленного чиновника. Перед нами открываются безграничные возможности. Мы…

– Мне насрать на твой эксперимент! – перебил его излияния Шиффер. – Лучше расскажи, как она смылась.

Комиссар насупился.

– В последние недели у нее начались провалы в памяти и галлюцинации. Новая личность – та, которую мы «подсадили» в ее мозг, – явно распадалась. Мы собирались госпитализировать ее, но в этот самый момент она сбежала.

– Когда это произошло?

– Вчера. Во вторник утром.

Невероятно. Дичь, за которой гонятся Серые Волки, снова на свободе. Не турчанка и не француженка, женщина с дырявыми мозгами. Внезапно его осенило.

– Значит, ее изначальная память возвращается?

– Мы не знаем, она нам не доверяла.

– Что у твоих людей?

– Ничего. Мы прочесали весь Париж – впустую…

Вот теперь ему следовало идти ва-банк. Он воткнул ножик для разрезания бумаги в столешницу.

– Если память вернулась, она будет действовать как турчанка. Это моя епархия. Я могу найти ее быстрее всех.

Выражение лица комиссара изменилось. Шиффер настаивал:

– Это турчанка, Шарлье. Особая дичь. Тебе нужен легавый, знающий этот мир и умеющий действовать скрытно.

Он понимал, о чем сейчас думает Шарлье, и «сдал назад», чтобы нанести решающий удар.

– Вот что я предлагаю. Ты даешь мне карт-бланш на двадцать четыре часа. Если поймаю ее – отдам тебе, но сначала допрошу.

В комнате повисло тяжелое молчание. Наконец Шарлье открыл ящик и вынул стопку документов.

– Ее дело. Зему Гокальп теперь зовут Анна Геймз и…

Шиффер схватил папку, раскрыл и начал читать, потом взглянул на фотографию. Хирш описал ее внешность очень точно. Ничего общего с рыжей толстушкой, которую ищут убийцы. С этой стороны Земе Гокальп опасаться нечего.

Рыцарь антитеррора продолжил:

– Ее лечащего невропатолога зовут Эрик Акерманн…

– Плевать я хотел на ее новую личность и на тех, кто промыл ей мозги. Она вернется к истокам. Вот что важно. Что тебе известно о Земе Гокальп? О той турчанке, которой она была?

Шарлье беспокойно заерзал в кресле, на шее над воротничком судорожно билась жилка.

– Да… ничего! Работница-нелегалка, которой отшибло память, и…

– Ты сохранил ее тряпки, бумаги, личные вещи?

Шарлье отмахнулся:

– Мы всё уничтожили. Так я полагаю.

– Проверь.

– Это были обычные вещи, ничего интересного для…

– Сними эту гребаную трубку и проверь.

Шарлье набрал номер, сделал два звонка и проворчал:

– Не могу поверить. Эти придурки забыли уничтожить ее тряпки.

– Где они?

– На складе в Ситэ. Бованье дал девушке новую одежду, а ребята из Луи-Блан отослали старую в префектуру. И никто из моей распрекрасной элитной бригады не подумал забрать их.

– На какое имя они зарегистрированы?

– На Зему Гокальп, конечно. Мы уж если делаем глупости, так последовательно!

Шарлье схватил чистый бланк и начал его заполнять. Волшебный пропуск в префектуру полиции.

«Мы сейчас похожи на двух хищников, делящих добычу», – подумал Шиффер.

Комиссар поставил свою подпись и подтолкнул листок по столу к старому сыщику.

– Даю тебе одну ночь. Если у меня возникнет хоть малейшее сомнение, я сразу вызову людей из госбезопасности.

Шиффер подхватил пропуск и встал.

– Ты не станешь рубить сук, на котором мы оба сидим.

47

Пора было подключать к делу малыша.

Жан-Луи Шиффер поднялся по улице Фобур-Сент-Оноре, свернул на авеню Матиньон и на круге у Елисейских Полей заметил телефонную кабину. Его сотовый все еще не зарядился.

Поль Нерто ответил после первого же звонка и заорал:

– Черт бы вас побрал, Шиффер, где вы?

Его голос дрожал от ярости.

– Восьмой округ. Квартал шишек и набобов.

– Скоро полночь. Я как идиот ждал вас у «Санкака» и…

– История такая, что сразу и не поверишь, но я узнал много нового.

– Вы в кабине? Я сейчас перезвоню – мой сотовый сдох.

Шиффер повесил трубку, спрашивая себя, не просрет ли в один прекрасный день французская полиция арест века из-за разрядившегося сотового телефона. Он приоткрыл дверь кабины, чтобы не задохнуться – запах ментола все еще не выветрился.

Ночь была теплой, сухой и безветренной. Он смотрел на прохожих, магазины и добротные каменные дома. Роскошная жизнь со всеми удобствами, прошедшая мимо него, которую он очень скоро сможет себе позволить…

Телефон зазвонил, и он успел первым задать вопрос:

– Что там у тебя с патрулями?

– Два фургона и три радиомашины, – ответил Нерто с гордостью. – Семьдесят участковых и агентов уголовного розыска прочесывают квартал. Я объявил всю зону «криминогенной». Разослал фоторобот по комиссариатам и участкам Десятого округа. Мы побывали во всех общежитиях, барах и клубах, каждый обитатель Маленькой Турции видел фоторобот. Я собираюсь в комиссариат Второго округа и…

– Забудь.

– Что?

– Хватит играть в солдатиков. Это не то лицо.

– ЧТО?

Шиффер выдал наконец главную новость:

– Женщина, которую мы ищем, сделала пластическую операцию. Вот почему Серые Волки не могут ее найти.

– Вы… У вас есть доказательства?

– Лучше – у меня есть ее новое лицо. Все совпадает. Она заплатила за операцию сотни тысяч франков, чтобы стереть свою прежнюю личность. Полностью изменила внешний облик: перекрасилась в брюнетку и сбросила двадцать кило, после чего полгода назад спряталась в турецком квартале.