Черепаховый суп - Галеев Руслан - Страница 54

Дождь не только не утихал, он становился все сильнее. Он ломил–ся в стены крепости, как будто это не вода, а души всех воинов ка–ганата вернулись штурмовать вражескую твердыню.

– Если так пойдет, – Сабж кивнул на лужу, скапливающуюся под окном, – то скоро мы будем иметь возможность сплавляться отсю–да. Только не в ту сторону. И при этом, как ни парадоксально, у нас появились серьезные проблемы с водой.

И правда, проблема питьевой воды становилась весьма насущ–ной. В крепости был небольшой запас. Но даже если удастся каким-то образом взять его с собой, на переход через перевал все равно может не хватить. Единственная Нулевая между Глазом Дракона и низиной по ту сторону хребта располагалась на открытом склоне чуть в стороне от дороги. Вряд ли после такого ливня от Нулевой ос–танется что-то кроме голых камней. А пополнить запасы в местных источниках представлялось сомнительным. Все ручьи и горные ре–чушки наверняка вышли из берегов и их воды перемешалось, а вку–пе с дождевой (отнюдь не экологически чистой) это ничего хороше–го не обещало.

– Что будем делать? – спросил я, сплевывая густую, клейкую слюну.

– Пока что ждать, – пожал плечами Сабж.

– Я имею в виду воду.

– Ну… Есть одно место, куда ливень не доберется, но, честно го–воря, я бы предпочел это дело лишний раз обкашлять и без особой нужды туда не лезть.

– Воды на переход не хватит. Набрать ее тоже негде.

– Я в курсе. Думаю.

Времени на размышления хватало. Дождь не прекращался и лишь немного ослабел, став обычным ливнем. Мы успели спасти с первого этажа короб с продуктами и большой пластиковый пакет с вещами. Когда я спускался туда в третий раз, надеясь урвать у непогоды не–много дров, чтобы наконец поесть чего-нибудь горячего, оказалось, что первый этаж по колено затоплен водой. Мне все-таки удалось набрать с верха поленницы немного сухих деревяшек, и мы с Саб-жем занялись приготовлением обеда. В этот день все равно никуда идти нельзя было – мы бы не успели добраться к следующей Нуле–вой до наступления темноты.

– Знаешь, что меня действительно беспокоит, – сказал Сабж, вя–ло ковыряя пластиковой вилкой в бумажной тарелке. – Если первый этаж затопило по колено, то подвалы наверняка залило полностью.

– Ну да, – подтвердил я, начиная догадываться, что он имеет в виду. – Ты думаешь, что те, кто там живет…

– Уверен.

Я отложил тарелку с удивительно безвкусным мясом. В Нулевой не оказалось ни специй, ни соли, а кисловатые корешки какого-то растения, которыми мы попытались сдобрить пищу, ничего не из–менили. И все же это была первая горячая еда за двое суток, и мы упрямо жевали ее – кто знает, как обстоит дело с дровами на бли–жайших Нулевых.

Взяв дробовик, я подошел к окну и осторожно выглянул. Живых тварей опасаться не приходилось, но если оголодавший монстр ре–шит прыгнуть в окно и мы снимем его на лету, стремительно холоде–ющий труп может причинить массу неприятностей.

– Зря стараешься, – сказал Сабж, – ее нельзя увидеть.

– Не понял.

– Мимикрия. Идеальная. Кожный покров не просто перенимает цвет окружающих предметов, но еще и меняет свою плотность и очертания. Капанта настолько сливается с окружающим ландшаф–том, что пока она не начнет двигаться, ее не заметишь. А двигается она, только когда атакует.

К вечеру дождь стих. Влажный воздух зябко лип к телу. Наступа–ло странное время – в этих практически лишенных сумерек широтах воздух до последнего удерживает свет, лишь слегка, почти незамет–но вибрируя намеком на синеву ближе к тому моменту, когда солн–це падает за горизонт.

– Интересно, а как получается, что Солнце не остывает в Океане, когда проходит под Землей? – спросил я. В окно периодически за–летали порывы ветра. Было мерзко.

– Ну, на этот счет есть много теорий, – ответил Сабж. – Некото–рые считают, что температуры Солнца хватает, чтоб выжечь в Океа–не коридор, и само оно как бы и не соприкасается с водой. Кто-то говорит о силовых полях.

– А ты как думаешь?

– А мне, если честно, по фигу.

Капли все реже срывались с выступов скалы и карнизов крепо–сти. Их монотонный стук давил на веки и замедлял дыхание. Я хотел расспросить у Сабжа о Капанте, потому что за обедом он не стал уг–лубляться в подробности. Но сил на разговоры не осталось. В конце концов, чуть не вывихнув челюсть в момент зевка, я сдался.

Но, видно, мы попали в какую-то кармическую заусеницу, и все, что ни планировали, – шло не так, как должно было. Вот и теперь, сто–ило мне капитулировать и смежить веки, как снаружи, едва ли не из-под окна послышался леденящий… С чем сравнить этот звук? В нем слились скрип, свист, шипение. И тут же вслед за ним раздался зна–комый предсмертный визг живого существа.

Я схватил дробовик и бросился к окну, где уже, вытянув руки, стоял и хлопал глазами Сабж. К тому времени визг стих, и слышно было толь–ко громкое чавканье. Я осторожно, затаив дыхание, выглянул наружу.

Прямо под окном стенная кладка, едва заметно шевелясь, пожи–рала крысу Магараджу. Именно так это и выглядело! Труп огромно–го грызуна, вздрагивая, погружался прямо в камень.

– Капанта, – еле слышно сказал над моим плечом Сабж. – Един–ственная тварь в Эпицентре, которую не могут видеть даже Провод–ники.

Я медленно втянул голову обратно в комнату и удивленно уста–вился на него.

– То есть как? Я думал, вам по хрену мимикрия и все такое.

– Макс, я же говорю, Капанта мимикрирует идеально, изменяя не только цвет и форму. Я тебе больше скажу, никто из Проводников даже не представляет, как она на самом деле выглядит.

– Вот бы прикончить ее и притащить Полковнику… – неуверенно предложил я. Мы разговаривали шепотом.

– Пробовали. Убить Капанту нельзя. По крайней мере, никому это пока что не удалось. Я имею в виду не только сталкеров. До вой–ны на нее устраивали настоящую охоту – привлекая вооруженные силы, бронетехнику и всех, кто готов рискнуть собственной задни–цей.

Что-то в этой фразе мне не понравилось. Что-то важное, что-то нелогичное… Догадка ошпарила, как ожог.

– Ты хочешь сказать, что Капанта существовала здесь и до вой–ны?

– Откуда мне знать? Я даже не представляю себе толком, что это такое! Известно, что Капанта обычно сидит в подвалах и пита–ется тем, что там водится. Наружу ее может выманить только край–няя необходимость. Такая, как сейчас. Но в этих местах еще с тех пор, как человек слез с дерева, ходит легенда о том, что иногда камни и трава в горах оживают и нападают на людей и животных. Якобы жестокий бессмертный дух просыпается и мстит человеку за грехи, ну, и все такое прочее. Имя духа – Капанта, и считается, что это женщина, хотя, блин, я не знаю, какими половыми признаками наделены духи. В XVIII веке о Капанте вообще забыли: то ли она на поверхность не выползала, то ли выползала, но не нападала на лю–дей. А может, просто решила отоспаться. В XIX веке снова пошли слухи об оживающих камнях, правда, в другом районе, в несколь–ких километрах отсюда. Так что первое, что сделал парень, отстро–ивший эти хоромы, – это забетонировал все выходы из пещер в ок–руге. Но я самолично видел дыры в бетоне, которые ведут из под–вала куда-то очень глубоко вниз, в катакомбы. И выглядят они так, как будто их прогрызли, Макс. Причем изнутри. Так вот, в XX веке Капанта не появлялась, хотя парочка охотников пропала неизвест–но по какой причине. Думаю, эта тварь опять надолго уснула. А во время бомбардировок проснулась.

Я сидел, сжимая в потных руках дробовик и пристально глядя в стремительно сгущающуюся темноту за окном, готовый в любую се–кунду открыть пальбу.

– Сабж, а эта штука соблюдает конвенцию? В смысле, в Нулевую она может сунуться?

– Если Капанта просто животное, то нет. Она слишком долго жи–ла в условиях Эпицентра.

– А почему ты сказал «если»?

– Ну… Потому что если Капанта все-таки дух… тем более жен–ский… то хер ее знает, что с ней может произойти.

– Спасибо, – кивнул я, не отрывая глаз от окна. – Тебе бы колы–бельные грудничкам петь.